Между таймами была война

Два раза в неделю рано утром мы с приятелями играем в футбол. В число завсегдатаев нашего спортивного мальчишника входил одно время Серега – вчерашний школьник, без пяти минут боец российской армии.

14 дек. 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №1090 от 14 дек. 2001
Два раза в неделю рано утром мы с приятелями играем в футбол. В число завсегдатаев нашего спортивного мальчишника входил одно время Серега – вчерашний школьник, без пяти минут боец российской армии.

Когда однажды Сергей не появился в спортзале, мы поняли, что парень уже там. И вот месяц назад открывается дверь раздевалки, входит он - и мы в шоке.

Спрашиваем себя: неужели прошло полтора года? И стоит некоторых усилий поверить, но так оно и есть. А между тем парень действительно «дембельнулся». И не откуда-нибудь, а из Чечни. «В каких войсках служил?» – «В таких-то…» «Как служилось?» – «Так-то…» Происходит обычный в таких случаях «пацанский» треп, мы переодеваемся и идем играть в футбол. Кому как, а мне не дает покоя мысль, что у пацана между последним и нынешним матчами была целая война…

У не прошедших Афганистан или Чечню имеется вполне здоровый интерес. Или не вполне здоровый. Как посмотреть… Сергей сразу предупредил, что о крови говорить не станет.

Разговор состоялся в редакции. Условие было такое: без фамилий и фотографий. Сергей служил в элитных, не называемых из соображений секретности и личной безопасности войсках.

Но в качестве преамбулы я об этом парне кое-что сообщу. Есть так называемые косящие. А это человек - правильный. Занимался карате, тхэквондо, боксом и легкой атлетикой. Когда пришло время, напросился в военкомате на военную романтику - с парашютами и голубыми беретами. Наверняка знал, что попадет в конце концов в Чечню. Так и случилось. Теперь у него за плечами девять месяцев войны и огромный человеческий опыт. Хотя чисто внешне он мало изменился. Еще говорит, что был представлен к медали «За воинскую доблесть», двум медалям «За отвагу» и к ордену Мужества. Награды еще не пришли. Не первый год зная этого человека, я ему верю. Как только придет подтверждение о наградах, мы непременно сообщим. И кое-что рассекретим…

Передаем разговор в том стиле, как он шел.

Как сэкономить на солдате?

- Много чего обещали. Сплошной обман. Будто день войны идет за два и соответственно будут платить. Потом сказали, что вышел указ президента, что война закончилась в мае… Или врал начфин? По крайней мере деньги до сих пор не выплатили. Похоже, что их элементарно «крутят»…

Что еще удивило?

- Война – это деньги. Большинство едет в Чечню за деньгами и за медалями, то есть за будущими льготами. Воюют не с чеченцами, а друг с другом. Допустим, омоновцы – молодцы, но есть много таких «ментов», которые сдают своих за здорово живешь. За баксы. Никому доверять нельзя. Наши начальники все просчитали, мы идем на операцию, а там уже ждут. Нас в очередной раз подставили…

И есть шакалы…

- Помню первое впечатление. На пересылке в Моздоке встречаемся с ребятами, отправляющимися домой. Мужики в годах, многие без зубов. Порванный камуфляж и сантиметровый слой грязи. Они сидели маленькими группками и ели из одной банки, потом пели песни под гитару. Вот она – суровая романтика военных будней и настоящая мужская дружба. Но неужели у военного начальства не нашлось денег, чтобы проводить бойцов по-человечески?

Бывают, конечно, настоящие офицеры-отцы, но как много шакалов в офицерских погонах… Они жрут водку, трахают контрактных проституток. Но по большому счету о рядовом солдате в Чечне не заботится никто. Боец - это пыль, мусор или как ты его назовешь. Сочувствую родителям.

Или вот комендатура

- Кого в Чечне не любят, так это комендатуру. Те гребут всех и за все. Представь себе дембеля где-нибудь в Северной Осетии перед отправкой на поезде. Там его очистят как липку. Имеет парень при себе заработанные в Чечне деньги – возьмут половину. Это считается правилом.

«Чехи»

- Мы устали от войны, и чеченцы устали. Другое дело – ваххабиты. Фанатики. Для них смысл жизни – убивать, воровать, а главное – не работать. Их женщин мы называем одноразовыми. Молодые, те очень красивые. Кто постарше, держатся одной рукой за грудь (прикрывают золотые украшения), другой за поясницу. Радикулит. От непомерной работы стареют очень быстро. А их дома – настоящие дворцы, нашим новым русским такие не снились.

Кровь по заказу

- События в Чечне случаются по заказу. Вот мы кого-то ищем, делаем зачистку. Об этом сообщают центральные СМИ. А просто пришел приказ из Москвы. На самом же деле в любой час любого дня доподлинно знаем, кто где сидит. Допустим, делаем запрос: такой-то чеченский командир находится там-то. Можно брать? «Только попробуйте», - говорят московские начальники.

Чеченский синдром

- Не знаю, что это такое. Разве что поменялось отношение к людям, ведь жизнь – штука хрупкая. Не хочу драк и разборок. Предпочту нормальное объяснение. Понял, что жизнь на гражданке – сложная вещь. И что человека красит труд. А раньше был ленивым.

Что теперь?

- Выяснилось, что «чеченцу» трудно устроиться на работу. Наверное, думают: раз оттуда - значит псих. Какие-то предложения есть, посмотрим. А вообще хочется нормальной человеческой жизни – с семьей, с хорошо оплачиваемой работой. И чтобы еще оставалось время на футбол.