Это фантастика: В деле Поплавского «наплевали» на ещё один миллиард рублей

Меняются адвокаты, растет количество томов, а суд отметает все ходатайства защиты

12:06, 4 декабря 2019 Политика
thumb_359416_news_xxxl.jpeg
Фото: предоставлено Еленой Махно

Во Фрунзенском районном суде подходят к финалу слушания по уголовному делу Андрея Поплавского, бывшего директора ФГУП «Дирекция по строительству в Дальневосточном федеральном округе» Управления делами президента РФ. Далее предстоят прения и приговор, сообщает РИА VladNews со ссылкой на корреспондента газеты «Владивосток».

«Сегодня ищут только 1,021 миллиарда рублей, якобы украденных Поплавским. Пропажа бюджетного миллиарда никого не интересует»

Тем не менее сторона защиты убеждена, что следствие либо не смогло, либо не захотело найти истинного виновника (или виновных) преступления, инкриминируемого обвиняемому. Если оно вообще было. 

По мнению адвокатов Поплавского, доказательства «злодеяний» их подзащитного надуманы, подтасованы, многие сфальсифицированы. В то же время, считают они, суд не был заинтересован в исследовании доказательств невиновности подсудимого. 

Об этом судебном процессе «В» уже рассказывал. По версии следствия, бывший директор ФГУП «Дирекция по строительству в ДФО» Андрей Поплавский при пособничестве генерального директора ООО «НПО Мостовик» Олега Шишова и генерального директора ЗАО «Косандра» Александра Косяченко растратил более одного миллиарда бюджетных рублей, выделенных на строительство научно-образовательного комплекса «Приморский океанариум». Также, по версии следствия, Поплавский получил от Косяченко и Шишова более 145 миллионов рублей за приемку, оплату и дальнейшее финансирование строительно-монтажных работ, выполнявшихся генеральными подрядчиками по строительству океанариума. Обвиняемый своей вины не признает. 

Еще год назад эта история регулярно освещалась в краевых и даже федеральных СМИ. Сегодня пресса потеряла к ней интерес. И совершенно напрасно. У «дела Поплавского» есть шанс стать сенсационным, а также попасть в анналы местного судопроизводства в статусе одного из самых затяжных разбирательств – начиная с возбуждения уголовного дела вкупе с судебным процессом. 

Доказательство – покаяние

Андрея Поплавского арестовали 15 ноября 2014 года. Пять лет он и его адвокаты пытаются доказать, что уголовное дело против экс-руководителя ФГУП «Дирекция по строительству в ДФО» сфабриковано специально, чтобы скрыть истинных виновников хищения денег из федерального бюджета. 

Год длилось следствие, почти на четыре года, начиная с февраля 2016-го, растянулся судебный процесс. За это время выяснилось, что океанариум строили «в складчину»: более 12,438 миллиарда рублей пожертвовало ПАО «Транснефть», перечислив ФГУП, которое возглавлял Поплавский, средства через международный благотворительный фонд «Константиновский». Второй инвестор – Российская Федерация. Из ее казны в 2013 году добавили еще 7,761 миллиарда, выдав их непосредственно Управлению делами президента РФ для передачи ФГБУ «Дирекция по строительству и реконструкции объектов федеральных государственных органов».

Два инвестора, два заказчика и два подрядчика: сначала приморская компания ЗАО «Косандра», которая начинала стройку века, а с 2010 года – ООО «НПО «Мостовик» из Омска. И учет, и расходование денег у каждого свои.

У благотворителей нет финансовых, а также иных претензий к господину Поплавскому, этот факт они подтверждают до настоящего времени. 

А у Российской Федерации – недостача, установленная решением Арбитражного суда Омской области: выдав в конце 2013 года «Мостовику» аванс для строительства океанариума без каких-либо гарантий с его стороны, управление делами недосчиталось 1,023 миллиарда. Получив аванс, директор «Мостовика» Шишов начал банкротить свое предприятие, забрав деньги «на неустановленные нужды». 

К сожалению, ни следствие, ни суд не осознали различия между бюджетным финансированием и благотворительностью. Для бывшего директора ФГУП «Дирекция по строительству в ДФО» это непонимание обернулось уголовным преследованием – после того как арестованный гендиректор «Мостовика» Олег Шишов подписал досудебное соглашение со следствием и дал показания против Поплавского. За эту «услугу» дело Шишова рассматривалось во Фрунзенском районном суде Владивостока в особом порядке, без исследования доказательств и свидетельских показаний. По приговору суда в марте 2016 года «раскаявшийся» гендиректор «Мостовика» получил три года колонии общего режима, откуда через год вышел по УДО. В данный момент он – главный свидетель со стороны обвинения в деле Поплавского. 

На следствии Шишов признался, что помог Поплавскому похитить у возглавлявшегося им ФГУП 1,021 миллиарда рублей. Его «покаяние» – это вся доказательная база, которой сегодня располагает сторона обвинения в деле Поплавского. 

Цифры говорят сами за себя: если из бюджета РФ, как установлено гражданским судом, Шишов забрал «на нужды» 1,023 миллиарда, то Поплавский помог ему украсть еще и благотворительные деньги, но из ФГУП – в сумме 1,021 миллиарда. Сегодня ищут только 1,021 миллиарда, якобы украденные Поплавским. Пропажа бюджетного миллиарда никого не заинтересовала.

Приписок нет, миллиард исчез 

В то же время, как утверждает обвинение, Поплавский этот миллиард не прикарманил, а безвозмездно, то есть без какой-либо личной заинтересованности, перечислил на расчетный счет «Мостовика». Фактически подарил. 

Как сказал бы по данному поводу персонаж телевизионной рекламы известной марки сыра: «Это фантастика!» Тем не менее следствие Шишову поверило. Поэтому экс-директору ФГУП «Дирекция по строительству в ДФО» вменяется не присвоение денежных средств, а только безвозмездная растрата. При этом ни сотрудники Следственного комитета РФ, ни Управление делами президента РФ, ни Сбербанк, выдававший Шишову под честное слово банковскую гарантию для получения авансов у возглавлявшегося Поплавским ФГУП, не поинтересовались: где, собственно, миллиард рублей, который Поплавский якобы подарил его фирме? Куда он испарился? И сколько всего миллиардов исчезло со счетов «Мостовика» за время строительства океанариума: 1,023 бюджетных или 1,021 благотворительных или оба миллиарда сразу? Ответы на эти вопросы неинтересны ни следствию, ни суду, поскольку главный расхититель уже обозначен. 

Москва нам не указ. Мы сами с усами 

Два с половиной года спустя после начала судебного процесса, понимая, что судебное расследование топчется на месте и даже свидетели со стороны обвинения заявляют о невиновности обвиняемого, следствие добавило в материалы дела заключение экспертов Института криминалистики Центра специальной техники НИИ ФСБ России в восьми (!) томах. 

Надо ли говорить, что экспертиза «чекистов» подтвердила вину подсудимого в завышении стоимости работ? Хотя специфика данного научного учреждения не позволяла делать строительные экспертизы. Для ее проведения генерал-майор юстиции Рустам Габдулин из Главного следственного управления СК России, руководивший следственной группой по делу Поплавского, созвал комиссию из 14 (!) специалистов. Из них семеро – сотрудники КГУП «Приморский центр по ценообразованию в строительстве и строительных материалов» (РЦЦС). 

Можно предположить, что данный альянс науки и следствия сложился не случайно. В свое время именно специалисты РЦЦС по заданию господина Габдулина выдали экспертное заключение об ущербе по делу экс-мэра Владивостока Игоря Пушкарева. Надо полагать, что свою работу приморские эксперты выполнили на «отлично». Иначе московские следователи к ним бы еще раз не обратились: их такие расчеты устраивали. 

Между тем почетный строитель России, президент Союза инженеров-сметчиков Павел Горячкин (по его учебникам и методикам учатся все сметчики страны), рассмотрев судебную строительно-техническую экспертизу, ставшую основой обвинения против Игоря Пушкарева, посчитал ее непрофессиональной и некорректной. И это еще мягко сказано.

Работая над строительной экспертизой по делу Поплавского, применяя свои способы исследования, специалисты Приморского РЦЦС признали «неправильными» сметы строительства океанариума, утвержденные ФАУ «Главгосэкспертиза России» и признанные достоверными аудиторами Счетной палаты РФ при проверке объекта в 2012 году. Эксперты из Владивостока посчитали, что стоимость работ, указанная в этих документах, слишком высока для подрядчиков. Им не понравилось, что ФГУП рассчитывалось с подрядчиком по федеральным расценкам, как того требовала «Главгосэкспертиза России». Они пересчитали стоимость уже выполненных и оплаченных работ по строительству океанариума по своим расценкам, которые применяет РЦЦС. Мол, Москва нам не указ. Мы сами с усами. 

Но лучше бы они этого не делали. Так, согласно расчетам специалистов Приморского РЦЦС стоимость бетона, применявшегося при строительстве океанариума, оказалась ниже даже его средней цены, озвученной... РЦЦС в собственных сборниках «Смета» за 2010–2012 годы. Эксперты определили, что за бетон заплатили «лишних» 42 миллиона рублей, хотя расчет за стройматериалы производился по утвержденным сметам «Главгосэкспертизы». 

При этом при определении качества и количества бетона у членов экспертной комиссии произошло разногласие со своими же коллегами. Так, привлеченные в комиссию специалисты «ДальНИИС» Юрий Ефименко и Алексей Фарафонов, проводившие натурные исследования в зданиях океанариума, определили, что марки бетонов, использованных на строительстве, по своему составу оказались выше, чем ФГУП фактически оплачивало подрядчику. Это давало экономию средств. И существенно улучшало качественные показатели зданий и сооружений. Но при пересчете стоимости бетона в сторону уменьшения эти нюансы, положительно характеризующие сотрудников руководимой Поплавским дирекции, не были отражены. 

Водозабора не заметили

Между тем здесь не грех вспомнить поговорку о том, что гладко было на бумаге, да забыли про овраги. На судебных заседаниях государственный обвинитель неоднократно заявлял: «в рамках проведенной экспертизы органами следствия направлены экспертам другие документы по другому бетонному заводу», «документы об изготовлении воздуховодов не исследовались», «отсутствие документов у эксперта не позволяло достоверно определить стоимость материальных ресурсов» и т.д., и т.п. Цитаты дословные, зафиксированы диктофоном и в протоколе судебного заседания. 

При явных «дефектах» исследования, подтвержденных даже гособвинителем, суду впору задуматься о достоверности расчетов и объективности выводов экспертов Приморского РЦЦС, отрапортовавших заказчику экспертизы о выполнении задания. Согласно их калькуляциям строительство океанариума обошлось на 1,4 миллиардарублей меньше, чем было запланировано его бюджетом, утвержденным до начала строительства ФАУ «Главгосэкспертиза России» и председателем правительства РФ Дмитрием Медведевым. Специалисты Приморского РЦЦС эти высокие решения… отменили. При этом гособвинение и суд даже не допускают крамольной мысли о том, что расчеты местных экспертов могут быть либо ошибочными, либо их делали люди с низкой квалификацией. 

Иначе как тогда объяснить, что эксперты РЦЦС в своих расчетах вычеркнули из состава инфраструктуры океанариума морской водозабор и выпуск очищенных сточных вод, по которым поступает вода в аквариумы и выпускается после очистки обратно. Де-факто эти объекты существуют и работают, но де-юре их нет – благодаря «волшебникам» из Приморского РЦЦС. По мнению экспертов, зафиксированному в акте экспертизы, морскую воду в огромные танки и аквариумы, где обитают рыбы и животные, сотрудники океанариума носят ведрами. Смех, да и только! 

Гособвинитель попросил пригласить на заседание суда экспертов, выдавших заключение по делу Поплавского, но также получил от судьи Натальи Орловой категорический отказ. Такая же реакция была у нее на аналогичное ходатайство адвоката Александра Графа: «Суд обладает критическим пониманием и самостоятельным мышлением и считает излишним вызов экспертов в суд». Цитата дословная из протокола заседания. 

Отказ – норма для судьи Орловой

В общей сложности за все время, что длится судебный процесс по делу Поплавского, защитой заявлено около 300 различных ходатайств, 90 % из которых суд не удовлетворил. При этом подавляющее большинство документов судья даже не исследовала, видимо, полагаясь на свое «критическое понимание и самостоятельное мышление». 

К примеру, на заседании 15 октября (в присутствии корреспондента «В») адвокат Александр Граф заявлял более чем 20 обоснованных ходатайств по приобщению к материалам дела доказательств защиты. Все они были отклонены. Многократно, в унисон с гособвинением, судья отказывала и в допросе свидетелей не только в формате видеоконференции, но даже тех, кто живет во Владивостоке. При такой расстановке сил – когда двое против одного – судебный процесс похож на фарс, где нет свидетелей, а приговор суда не в пользу обвиняемого заранее спрятан под сукном. 

По убеждению адвокатов, а их у Поплавского было трое, и все по назначению именно судьи Орловой, суд систематически препятствовал защите представлять доказательства невиновности подзащитного, тем самым нарушая право адвоката на защиту и сбор доказательств по уголовному делу согласно ст. 119–121, а также ст. 271 УПК РФ. 
В данной ситуации у стороны защиты был единственный способ отреагировать на «самостоятельное мышление» судьи Натальи Орловой – подать заявление о ее отводе. Что и сделал адвокат Александр Граф на заседании 15 октября. Хотя рассчитывать на победу было нереально: судья никогда сам себя не высечет, то есть не отведет. Так оно и случилось. Судья Орлова отказала защитнику в своем самоотводе. И судебный процесс вернулся в прежнее русло. 

На заседании 29 ноября судья Орлова вообще запретила адвокату представлять доказательства, а обвиняемого лишила права давать показания о своей невиновности. Хотя он готовился, ждал допроса свидетелей. 

На данный момент Андрею Поплавскому разрешено говорить только в двух случаях: «согласен» и «возражаю». На все «разрешите, Ваша честь» подсудимого у судьи незамедлительный ответ: «Не разрешаю». Что просил подсудимый – судье неинтересно. И на ходатайство адвоката о допросе свидетелей защиты тоже отказ: «Суд не находит оснований. Свое решение уже высказал, в вызове свидетелей отказано». Почему отказано? Без объяснений.

Способен ли суд разобраться? 

В свою очередь, защите пришлось проделать огромную работу, чтобы изучить и проверить мотивировочную часть заключения экспертов о «завышении стоимости строительства океанариума». После чего выяснилось, что сумму «завышения» в 1,4 миллиарда рублей Приморский РЦСС определял одновременно по двум заказчикам, принимавшим выполненные работы от «Мостовика». Это ФГУП, возглавлявшееся Андреем Поплавским, и ФГБУ, возглавляемое Владимиром Зверевым. Эта организация находится в Москве. 

В окончательном расчете эксперты не учли, что это два разных предприятия, у них разные руководители, работы они принимали врозь и что финансирование у них тоже из разных кошельков. 

По расчетам экспертов защиты, более 80 % от суммы «завышения» – ответственность Московской дирекции, которая оплачивала «Мостовику» государственный контракт. И к этим бюджетным деньгам Поплавский не имел никакого отношения. Защита просила уточнить, сколько из 1,4 миллиарда «завысила» Дальневосточная дирекция и сколько – Московская. Чтобы все по справедливости. Но суд доводы защиты систематически отклонял: они портили общую картину процесса и не вписывались в структуру обвинения Поплавского в растрате всего миллиарда. 

Защита заявила более 60 ходатайств только по мотивам нескрываемой ущербности проведенной экспертизы. Многократно просила назначить дополнительную экспертизу. И ни одну из них судья не удовлетворила. Основание для отказа стандартное: «Суд способен разобраться сам». 

Решение суда предсказуемо? 

Судебный процесс по делу Поплавского достиг апогея 29 ноября. С этого дня ходатайства защиты больше не принимаются. Услышав от адвоката, что «на сегодня у нас все, Ваша честь, прошу перенести судебное заседание на завтра», судья Орлова с явной радостью известила присутствующих: «У защиты нет больше ходатайств, суд предлагает подсудимому дать показания». Судя по всему, судья с трудом сдерживалась, чтобы не начать оглашать приговор в этот же день. Но всему свое время. Подсудимый заявил, что он «подготовил показания на 280 листах и готов их дать, но только когда сторона защиты завершит представление доказательств и допрос свидетелей его невиновности». 
Зря он это сказал. Возражения адвоката и его подзащитного о том, что у них закончились ходатайства только на сегодня, поскольку по плану они все огласили, привели к обратному эффекту. Ответ председательствующей на процессе последовал незамедлительно: «Подсудимый отказался дать показания, в связи с чем суд зачитает их из материалов дела».

В этот день защита проиграла. Но только в этот день. Потому что судебный процесс по делу Поплавского еще не закончился. И приговор пока не оглашен. Будет ли он справедливым, сказать трудно. Хотя, судя по всему вышеизложенному, его итог предположить можно. 

Надо отметить, что в последнее время громкие судебные процессы во многих регионах России, закончившиеся абсурдными решениями и приговорами, привели к тому, что судейское сообщество стремительно стало терять остатки уважения и, более того, вызывать отторжение у многих наших соотечественников. 

На процессе по обвинению экс-руководителя ФГУП «Дирекция по строительству в Дальневосточном федеральном округе» Управления делами президента РФ Андрея Поплавского в растрате бюджетных средств РФ судья Фрунзенского районного суда Наталья Орлова раз за разом принимает решения не приглашать заявленных ранее свидетелей защиты, явно желая поскорее завершить затянувшееся судебное следствие. А представление доказательств со стороны защиты обвиняемого, свидетельствующих о его невиновности, судья считает «намеренным затягиванием рассмотрения дела». В свою очередь, защитники Поплавского сомневаются в беспристрастности суда, о чем открыто заявляли во время судебных заседаний.

Защитники остались без защиты 

Между тем понять судью Орлову можно. Уголовное дело в отношении Андрея Поплавского рассматривается во Фрунзенском районном суде Владивостока с февраля 2016 года, лишь в августе 2018-го сторона обвинения закончила представление своих доказательств и допрос свидетелей. Два с половиной года слушали государственных обвинителей. Чуть больше года защита представляла свои доказательства. Поэтому судья Орлова в последнее время торопит процесс. Наверное, хочет войти в новый год без долгов по работе. 

График заседаний значительно уплотнился, а для обвиняемого назначены три госзащитника для «работы в непрерывном режиме». При этом двое из них ничего не знают о деле и с материалами незнакомы (а это 164 объемных тома). Тем не менее они должны приходить по требованию судьи ежедневно, видимо, для галочки. 

 Третьим защитником, назначенным волевым решением судьи Орловой стал... все тот же адвокат Александр Граф, с которым подзащитный ранее расторг соглашение об оказании помощи по причине давления судьи на защитника. Об этом случае на судебном заседании мы уже рассказывали (см. номер «В» за 23 октября 2019 года). Но судья посчитала, что адвокат Граф обязан ходить к ней на заседания теперь уже по ее желанию. Невыполнение грозит возможным лишением адвокатских полномочий, соответственно, потерей работы. 

Кстати, в предыдущем материале о «деле Поплавского» мы надеялись, что председатель Адвокатской палаты Приморского края Борис Минцев отреагирует на ситуацию с «адвокатским рабством», сложившуюся на процессе у судьи Орловой. Прошло больше месяца, но от Бориса Петровича ни звонка, ни свистка. Зато на многочисленные жалобы адвокатов отреагировала председатель Фрунзенского районного суда Владивостока, направив ходатайство в адрес Главного управления Минюста РФ по Приморскому краю. В своем послании Нина Краснова просит лишить адвокатских званий всех адвокатов, защищавших бывшего директора ФГУП Андрея Поплавского. И никто из нас не застрахован от того, что призрак Фрунзенского районного суда не постучится и в его дверь. Как говорится, попробуй только рот открыть… 

Сергей Кожин, газета «Владивосток»