Артист «Королевского цирка» из Приморья: Я не верил, что еду домой

Максим Бощенко – о цирке, гастролях, животных и семье – в интервью РИА VladNews

12:02, 5 августа 2019 Интервью
1739e0976553b5a2c7c411ad77637d79ceaac60f.jpeg
Фото: предоставлено продюсерским центром Гии Эрадзе

Спустя семь лет Заслуженный артист России Гия Эрадзе привёз во Владивосток новое грандиозное шоу «Королевский цирк». Но мало кто знает, что в команде Гии есть артист из Приморья Максим Бощенко, который ровно семь лет назад принял решение связать свою жизнь с цирком, собрав все документы, он отправился в «жизнь на колёсах».

В интервью РИА VladNews Максим рассказал, как он попал в цирк, о работе с животными и о том, что такое «жизнь на колёсах».

- Максим, расскажи, с чего всё началось, как ты попал в цирк?

- Всё началось ровно семь лет назад. Как раз в это время во Владивосток на гастроли приезжал цирк, тогда он назывался Цирк Гии Эрадзе «Пять континентов», и мне предложили подработку в балете в нескольких номерах. У нас есть такая практика, что во время гастролей мы набираем в городах «балетных» ребят, вот и мне так же предложили. За неделю до окончания гастролей Георгий Гиулевич меня вызвал к себе и предложил поехать с ними, в роли королевского шута. Естественно я согласился и поехал уже не просто как балетный танцор, у меня, можно сказать, была главная вторая роль после Короля  - Королевский Шут. Во время шоу я вёл зрителей через все пять континентов вместе с короной, рассказывая путь Короля.

- Ты родился и вырос в Приморье. Насколько тяжело парню из глубинки было попасть в команду Гии Эрадзе?

- Я родился и вырос в Большом Камне, во Владивосток я переехал в 2004 году после окончания школы. Здесь я сам «зарабатывал» себе имя, занимался в Камерном балете «Алетейя», под руководством Дмитрия Сухарева, потом я создал свою студию современного танца «Green Way». Можно сказать, что моё имя было на слуху. Мне повезло познакомиться, когда я занимался в «Алетейе», с такими именитыми хореографами как Евгений  Шевцов и Ольга Полторак. Евгений является главным режиссёром Большого Московского Цирка на проспекте Вернадского и нашим режиссёром-постановщиком всех четырёх коллективов, можно сказать, что с его руки и руки Димы я стал частью этой команды.

- Помнишь свой самый первый выход в манеж?

- Это было  7 августа 2012 года. Моим первым выходом была «Бразилия», такой весёлый номер: воланы, перья, девочки в больших шапках – это был Бразильский карнавал. Можно сказать, что было легко, в принципе я привык выступать на людях, но манеж – это совсем другое, нежели сцена. На сцене ты работаешь только вперёд, а на манеже ты работаешь везде и всюду, то есть, как бы ты не повернулся, тебя со всех сторон будет видно, поэтому здесь ты в два раза больше выкладываешься и работаешь.

- Закулисье закрыто для глаз зрителей, что там происходит?

- Суета, беготня (смеётся). Можно сказать, что обычная рабочая обстановка: готовится реквизит, готовятся артисты к выходу, кто-то уже в костюмах бегает, кто-то с каркасами, кто-то кому-то помогает. Это такой рабочий «муравейник».

- Ты выступаешь с яками, расскажи об этих животных, насколько они хорошо поддаются дрессировке?

- Я бы не сказал, конечно, что это легко. Любое животное дрессировать сложно, но у меня были хорошие учителя. Такие как Георгий Гиулевич, который предложил, рассказал, показал и, можно сказать, поставил на путь дрессировщика. Сергей Чету, который у нас является директором по технической части, но так же он дрессировщик лошадей. И Екатерина Зверинцева. Она сейчас находится в другом нашем коллективе «Бурлеск», который на данный момент на гастролях в Москве. Именно она мне и Екатерине, моей партнёрше в манеже и супруге по жизни, очень помогала, когда мы взяли малышей.

Изначально ко мне попали три яка – Алмаз, Мачо и Илюша, у которых уже была рабочая программа, мне просто нужно было понять для себя, где мне нужно встать, куда отойти, как придержать, увести с манежа. Тут я учился у яков. Когда мы взяли малышей, я учился с ними и учил их. У каждого яка свой характер, они дикие, горные животные, упрямые, к каждому свой подход. Не сказать, что это сложно, но и нелегко. Главное – терпение. Через палку никто работать не будет, и мы абсолютно против такой дрессуры. У нас только ласка и, конечно же, игра. Изначально вся дрессура начинается с игры, то есть изучения каких-то трюков. С каждым яком мы проходили все трюки отдельно: катание шаров, прыжки через барьеры, вальсы, вольты и многое другое. И кто хватает быстрей и кому это нравится - видно сразу. Заставлять  животное делать то, что ему не хочется - не правильно. От этого и закладывается доверие между дрессировщиком и животным.

- Бывало, что животные отказывались работать?

- Иногда, конечно, бывает. Но это происходит не на шоу, а во время репетиции. На шоу они знают, что они звёзды и им хочется показать все, на что они способны. Репетиции - это другое. Два, три раза прохождение одного и того же трюка. Скажем, оттачивание до автоматизма. Пробуем что-то новое. И тут иногда и бывает «отказ» от работы. Но здесь может быть много причин. Обычно это жаркая погода. Они у меня ребята с северных гор. Но как я сказал ранее - главное терпение. Просто если начал делать тот или иной трюк, а животное по каким-либо причинам отказывается, тут я всегда вспоминаю слова Кати Зверинцевой, отходим на пару шагов назад, побольше морковки, помедленнее прохождение трюка и в конце почесать за ушком. И на следующий день он сделает все быстрее.

- Максим, что такое жизнь в цирке, жизнь на колёсах?

- Это такая цыганская жизнь. Это всегда приключения.  Я начал ездить на гастроли с 15 лет, когда ещё учился в школе. Танцевальные фестивали, конкурсы. Но цирковая разъездная жизнь - это другое.  В год у нас по пять-шесть городов, в каждом мы по два-три месяца на гастролях. Ты постоянно на чемоданах. Только распаковался, как уже нужно обратно запаковываться. С другой стороны, это очень интересно: посещаешь те города, в которых раньше не был, знакомишься  с новыми людьми, видишь новые цирки. Мы приезжаем в новый город, репетируем, дарим шоу зрителям и получаем в ответ аплодисменты и овации. И уезжая, ты слышишь, что вас ждут вновь. И ждёшь когда же твои цирковой «табор» вновь посетит этот замечательный город, который вновь оставит частичку себя в воспоминаниях и сердцах благодарных зрителей.

- Как родные и близкие отнеслись к твоему решению связать свою жизнь с цирком?

- Так получилось, что  отца я поставил перед фактом. Он узнал, когда я уже уехал. Мама с братом узнали, когда мне только предложил Георгий Гиулевич. На что мама спросила: «В цирк? Кем, клоуном?». Я ответил, что почти – шутом (смеётся). Мама нормально к этому отнеслась. Она всегда меня во всем поддерживает. Она меня и отвела впервые на мою первую репетицию, когда мне было шесть лет в только начинающий свой путь коллектив эстрадного танца «Капельки», с которого и началась моя карьера. Так что моё имя сейчас и все чего я достиг это изначально благодаря моей маме.

- Прошло семь лет, какие чувства ты испытывал, когда летел домой?

- Я не верил. Было такое чувство, что это просто очередной город, но в тоже время понимал, что это твой родной город, в котором ты вырос, где много друзей, родных. Было волнение, что сегодня увижу и обниму маму и брата. Только потом, когда я отдохнул в семейном кругу, когда мама приготовила все вкусности, я начал понимать, что, наконец-то, я дома. Когда у нас была премьера, меня давно так не трясло, было ощущение, будто я выхожу на манеж в первый раз.

- Родным и близким понравилось шоу?

- Да. Многие даже и не знали, что я начал работать в амплуа дрессировщика, думали, что я выступаю только как танцор. И да все просто в восторге от шоу. Буквально в это воскресенье на шоу был мой хореограф Дима Сухарёв. Он, когда я только пришел, тоже на время гастролей, работал в программе. Он тогда и был первым шутом. Он увидел абсолютно обновленное шоу и ему очень понравилось. Многие говорят, что это самое шикарное шоу, которое они видели.

- Работа в цирке – это чуть ли не круглосуточная работа, где ты берешь силы?

- Они просто есть и берутся из воздуха (смеётся). С утра просыпаешься, потом начинается работа с животными, балетные репетиции, вечером может быть репетиции «воздуха».  Наверное, мы просто привыкли работать в этом темпе. Понимаешь, что нужно всегда вертеться, что отдых наступит только тогда, когда ложишься спать…

- Ты можешь представить свою жизнь без цирка?

- Сейчас, наверное, уже нет. Цирк, если тебя вобрал в себя, то, наверное, это уже навсегда.

- Во время отпуска скучаешь по цирку, по животным?

- Иногда бывает, что у нас отпуск тоже проходит в цирке. Вот сейчас у нас не было отдыха, потому что мы готовили новый аттракцион.

Если отпуск всё-таки есть, то, конечно же, скучаешь по животным. Цирк всегда внутри. Но частенько и вокруг, так как отдыхать мы ездим с ребятами  из цирка.

- Максим, вот спустя семь лет ты прилетел во Владивосток, что-то изменилось в городе?

- Многое осталось прежним. Много чего отреставрировано, отремонтировано. На месте некоторых заведений открылись новые. Можно сказать, что Владивосток просто облагородился, как столица, можно сказать, что это мини-мегаполис.

- Во время гастролей скучаешь по Приморью? Чего больше всего не хватает?

- Да, конечно, по родному краю всегда скучаешь. Не хватает морепродуктов, потому что во многих регионах это очень дорого, а тут просто позвонил, заказал, и тебе привезли. По родным скучаешь больше всего. Конечно, несколько раз в неделю мы созваниваемся, но это не то. И очень классно, когда во время гастролей в разных городах встречаешь своих знакомых.