Сергей ЖЕКОВ: В истории с “Курском” не должно быть белых пятен

В середине мая этого года комитет по вопросам безопасности Совета федерации вновь вернется к решению вопросов, связанных с трагедией атомохода “Курск”.

4 май 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №971 от 4 май 2001

В середине мая этого года комитет по вопросам безопасности Совета федерации вновь вернется к решению вопросов, связанных с трагедией атомохода “Курск”.

Председатель думы Приморского края Сергей Жеков работает в этом комитете. С августа прошлого года, когда подводная лодка легла на дно Баренцева моря, Сергей Викторович не раз выступал с заявлениями по поводу расследования причин катастрофы. О том, как развиваются события вокруг истории с “Курском” сегодня, - наши вопросы Сергею Викторовичу.
          - После того как вы озвучили собственную версию гибели “Курска”, в ваш адрес от некоторых политиков и военных начали поступать обвинения в некомпетентности и предвзятости. На ваш взгляд, в чем причина подобной неприязни?
          - И в августе прошлого года, и сегодня мое мнение о причинах катастрофы и о методах ее расследования не изменилось.
          Я сам бывший подводник, капитан 2-го ранга запаса, 15 лет отслужил в дивизиях стратегических подводных лодок. После трагедии с “Курском” много разговаривал на эту тему со своими друзьями, у которых за плечами - многолетний опыт службы на атомных подводных лодках. Мы считаем, что, возможно, “Курск” на глубине 100 метров делал опасный маневр, недопустимый на этих глубинах. И если приказ о маневре экипаж получил от тех, кто планировал учения, значит, вина за трагедию на них и лежит. И еще... Как бы военные ни отрицали возможность столкновения “Курска” с каким-либо объектом, я думаю, столкновение все же было. Об этом свидетельствуют повреждения “Курска”.
          Что касается обвинений в мой адрес по поводу заявлений… Оказалось, что люди, которые имеют смелость высказать свою собственную, подчеркну, неофициальную точку зрения, неугодны тем, кто строит “официальные” версии. Я уверен - делается все для того, чтобы главные вопросы по “Курску”, на которые так никто и не дал официального ответа, были забыты и не выносились на обсуждение широкой общественности. Есть лица, занимающие высокие посты в правительстве и военном министерстве, кому невыгодно правдивое освещение проблемы “Курска”. О причинах той трагедии мы до сих пор ничего конкретного не знаем. Поэтому и рождаются нелепые слухи якобы о том, что на “Курске” был бунт среди экипажа и из-за него лодка погибла. Как это до боли знакомо – обвинить в катастрофе тех, кого уже нет в живых. Они ведь не смогут возразить. Списывать всю вину за “Курск” на погибший экипаж, мягко говоря, некрасиво. Это предательство по отношению к погибшим морякам, их близким и родным.
          Когда же на уровне Совета федерации мы пытаемся добиться правдивых ответов о “Курске” - на нас пытаются давить. Кому-то очень хочется оставить все как есть, так как раскрытие тайны гибели “Курска” повлечет за собой целую вереницу уголовных дел. И некоторым высокопоставленным чинам придется отвечать по всей строгости закона. На запросы нашего комитета Совета федерации о получении информации, связанной с “Курском”, мы не получаем конкретных ответов. Но отступать не собираемся. Следующее заседание нашего комитета, которое пройдет в мае, будет посвящено как раз этим проблемам. В Совете федерации в связи с президентскими инициативами по реформированию нашей армии и флота месяца 3-4 назад создан экспертный совет. В него вошли начальники штабов флота, бывшие командиры подлодок и другие специалисты высокого уровня. Я думаю, совместными усилиями мы добьемся того, чтобы пролить свет на историю с “Курском”. Это надо сделать - иначе никто не даст гарантии, что подобного не повторится. Не дай бог, конечно.
          - Сергей Викторович, сегодня очень много говорят о том, что в сентябре “Курск” будут поднимать со дна Баренцева моря. Как относится к этому ваш комитет Совета федерации?
          - В этом случае, на наш взгляд, никто не отвечает на вопрос о последствиях поднятия “Курска”. Хорошо, поднимут лодку, а что дальше? Ее должны отбуксировать на побережье, где живут люди. Не только военные, но и гражданские. Я считаю, что потенциальное соседство с погибшим атомоходом для них представляет опасность. Однако никто не спросил этих людей, хотят ли они жить рядом с останками атомной лодки. А для ее утилизации нужны финансы. Где их взять? Эта проблема в военных министерствах тоже не обсуждается.
          Я считаю, расследование причин трагедии на Северном флоте – повод для скорейшего разрешения назревших проблем всех вооруженных сил России, в том числе и связанных с затянувшейся войной в Чечне, где практически еженедельно гибнет людей не меньше, чем их было в экипаже “Курска”. Но там потери замалчиваются, а гибель атомохода вызвала такой резонанс только потому, что стала известна средствам массовой информации. Августовские события в Баренцевом море показали, насколько несовершенна нынешняя система управления армией и флотом. Ее надо менять – это поможет возрождению былой мощи российских вооруженных сил.
         
          Материал оплачен из предвыборного фонда кандидата в губернаторы Приморского края Сергея Жекова.