Обычная работа

“Только напишите про нас правду. Не надо высокопарных слов о патриотизме или святой борьбе за восстановление конституционного порядка. Все гораздо проще – командировки в Чеченскую республику мы воспринимаем как обычную работу. Примерно такую же работу, которую мы делаем во Владивостоке. Противостоим мы и там, и здесь обычным бандитам. Отметьте, те, кто стреляет в нас в Чечне, именно бандиты, а не какие-то защитники свободы и независимости своей республики, как к ним в последнее время относятся на Западе, да и некоторые у нас”, - такие пожелания корреспондент “В” неоднократно слышал от бойцов приморского ОМОНа во время командировки в горячую точку на Северном Кавказе.

14 март 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №944 от 14 март 2001

 “Только напишите про нас правду. Не надо высокопарных слов о патриотизме или святой борьбе за восстановление конституционного порядка. Все гораздо проще – командировки в Чеченскую республику мы воспринимаем как обычную работу. Примерно такую же работу, которую мы делаем во Владивостоке. Противостоим мы и там, и здесь обычным бандитам. Отметьте, те, кто стреляет в нас в Чечне, именно бандиты, а не какие-то защитники свободы и независимости своей республики, как к ним в последнее время относятся на Западе, да и некоторые у нас”, - такие пожелания корреспондент “В” неоднократно слышал от бойцов приморского ОМОНа во время командировки в горячую точку на Северном Кавказе.

В Чечню как на работу

Недавно, выступая в средствах массовой информации, председатель Счетной палаты при Государственной думе Сергей Степашин сообщил, что существует большая задолженность по выплате денежного довольствия перед сотрудниками правоохранительных органов, которые выполняют задачи в Чеченской республике. В частности, речь шла о так называемых боевых.

Тех самых боевых, которые достаются таким потом и кровью и которые не всегда удается получить нашим милиционерам. Буквально за два дня до откровений Сергея Степашина корреспондент “В” услышал от бойцов ОМОНа: “Мы стояли на блокпосту в Мескер-Юрте три месяца, а что нам заплатили? За ноябрь боевые закрыли только за шесть суток, за декабрь – за 15. В январе же мы вообще еще ничего не получали. Где справедливость?”

Вопрос о боевых для тех, кто побывал в Чечне, является отнюдь не последним. Многие из них расценивают свои поездки в мятежную республику именно как возможность хорошо заработать, обеспечить хоть на время нормальное существование себе и своим семьям. Не надо стесняться этого или замалчивать, как что-то неправильное или нехорошее. Это нормально. Это тяжелая работа, и она должна оплачиваться соответственно. Между прочим, те самые боевые составляют 850 рублей в день.

Не смогу спать в тишине

Предвижу, что кто-нибудь спросит: а заслуживают ли те же омоновцы таких средств за свою работу? С точки зрения корреспондента “В”, ответ может быть только утвердительным.

Один из офицеров ОМОНа, который сменился на блокпосту в Чечне и возвращался во Владивосток, сказал: “Я теперь, наверное, дома без ночных выстрелов и заснуть не смогу. Настолько к этому привыкаешь. Придется, наверное, поставить ночью на балконе старшего сына с карабином и сказать ему, чтобы время от времени стрелял”.

Это отнюдь не бравада. Там, на блокпосту, ночью бойцы приморского ОМОНа слышат буквально каждый шумок, каждый шорох. И в случае малейшей опасности готовы сорваться с койки и бежать к огневым точкам, чтобы отразить нападение или накрыть точки, откуда по ним ведется огонь.

“Мы все понимаем, рядом селение, мирные жители, напропалую лупить куда ни попадя нельзя. Тут нужна выдержка. Бывает, мы с полчаса сидим в укрытии, не “огрызаемся” огнем, вычисляем, откуда по нам стреляют. А потом накрываем в течение нескольких минут эти точки из гранатометов и подствольников. Пятнадцать минут - и бой закончен. Но, повторяю, нужна выдержка”, - говорит один из офицеров ОМОНа.

Спасаться приходится чудом

Стреляют не только по блокпосту. Во время последней командировки омоновцев был обстрелян и их “Урал”, на котором бойцы возвращались с базы с продуктами питания. Недалеко от блокпоста по машине с двух сторон был открыт огонь из пулеметов. Троих находившихся в кузове ребят – двух омоновцев и бойца внутренних войск – ранило сразу. Сидевшего рядом с водителем старшего группы тоже зацепило. Пуля пробила кабину грузового автомобиля, прошла через бронежилет, висевший на сиденье. Это несколько смягчило ее ударную силу. Попадание повредило офицеру только мышцы спины.

С одной стороны у “Урала” были пробиты колеса (в переднем позже насчитают 13 пулевых отверстий), машина пошла юзом. Свались она в кювет, и невозможно было бы представить исход нападения для омоновцев. Но водитель и старший группы сумели удержать ее на дороге, и буквально на ободах “Урал” вышел из-под обстрела. Кстати, раненые, которые были в кузове, все это время продолжали отстреливаться. Как потом выяснилось, одному из омоновцев пуля пробила “броник”, прошла между ребер. А он уже на блокпосту постоянно повторял: “Ничего, царапина”.

Кстати, хорошо еще, что пули не попали в две бочки с бензином, которые стояли в кузове…...

Рассказывая о своей жизни в Чечне, никто из ребят не говорит, что страшно. Предпочитают отшучиваться фразами типа: “Да ничего, нормально. Даже весело, как мы под обстрелом на блоке бегаем, прямо как сайгаки какие-то”.

Это, по мнению корреспондента “В”, отнюдь не значит, что страха там никто не испытывает. Страх присущ каждому.

Когда это кончится?

На этот вопрос никто из бойцов ОМОНа так и не смог ответить определенно. Похоже, этого не знает даже наше правительство. О том, что за этой войной стоят большие деньги, говорилось уже немало. Судьбы простых исполнителей приказов, похоже, не очень-то беспокоят тех, кто отдает их из московских кабинетов.

Сроки ребята называли самые разные – год, три, пять лет. Кто-то даже сказал – лет 30. Может быть, и так...

Кстати, несмотря на эти непрекращающиеся командировки, на ранения и гибель своих товарищей, никто не испытывает лютой ненависти к чеченскому народу.

“Попадаются среди них и хорошие ребята. Один, несмотря на угрозы со стороны соплеменников, помог вытаскивать из кафе в Чири-Юрте раненных после взрыва собровцев. Потом на своей машине, без надежной охраны вез боеприпасы СОБРа для передачи их другим частям. Да, некоторые помогают, но вот только их мало, очень мало”, - говорят сотрудники правоохранительных органов.

И все-таки хочется, чтобы все кончилось там, в Чечне, побыстрее. Хватит получать оттуда трагические известия...…