Прессинг теневого бизнеса

Приморье замерло в ожидании новых предвыборных баталий. Неминуем всплеск острых дебатов, можно было бы сказать – общественных, но в большей степени они носят все-таки кухонный характер. Хотя вопросы, которые горячо обсуждают закаленные невзгодами старушки на скамеечке, разгоряченные спором мужики за пивом, стихийно сложившиеся компании, подчас на самом деле очень важные. Помогли бы еще нам всем сориентироваться в том, что происходит вокруг, ученые, профессионалы. Да и не о политике первым делом должна бы идти речь, а об основе основ нашего бытия – труде, трудовых отношениях.

13 март 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №943 от 13 март 2001

Приморье замерло в ожидании новых предвыборных баталий. Неминуем всплеск острых дебатов, можно было бы сказать – общественных, но в большей степени они носят все-таки кухонный характер. Хотя вопросы, которые горячо обсуждают закаленные невзгодами старушки на скамеечке, разгоряченные спором мужики за пивом, стихийно сложившиеся компании, подчас на самом деле очень важные. Помогли бы еще нам всем сориентироваться в том, что происходит вокруг, ученые, профессионалы. Да и не о политике первым делом должна бы идти речь, а об основе основ нашего бытия – труде, трудовых отношениях.

Во Владивостоке работает Дальневосточный филиал Научно-исследовательского института труда Министерства труда и социального развития Российской Федерации. Но насколько востребован его потенциал?

- Чтобы не будоражили общественное мнение или, не дай бог, не добрались до запретных сфер, нас стараются, наоборот, задвинуть и ни до чего не допускать, - откровенно признается директор филиала, доктор социологических наук, профессор Юрий Казаков. – Мы предлагали свои услуги в анализе энергетического кризиса и работы основных предприятий энергетики края, но нам недвусмысленно дали понять: “Не лезьте”. Уже сам по себе факт, что мы власти не нужны, красноречиво говорит об ее отношении к экономике, к тому, чтобы честно вскрывать те процессы, которые внутри нее происходят.

- Социализм мы пустили под откос, а капитализм построили? Я понимаю, Юрий Николаевич, что это слишком глобальный вопрос, но он интересует многих.

- Для перехода от плановой к рыночной экономике были в свое время, как вы помните, программы, рассчитанные на сто, пятьсот дней. А вот уже и пятнадцать лет перестройки минуло. Теперь ясно, что никто сначала не понимал, что будет дальше. Экономику бросили на выживание – как пойдет. И в каждом регионе она пошла во многом по-своему. В Москве не успевали наблюдать, что происходит на уровне макроэкономики, не говоря о том, чтобы проанализировать особенности обвала промышленности в том же Приморье.

Да, сейчас уже есть некоторые заделы, есть точки экономического развития, есть экономический рост, но он уходит в теневую экономику. Теневой бизнес очень силен, за эти годы он определил ключевые точки, где нужно контролировать движение капитала и бюджетных средств, и осуществляет прессинг. Административный аппарат формируется с подачи определенных лиц. Людей, отстаивающих государственные интересы, немного, и контроль над ними со стороны теневых структур настолько силен, что их по сути дела нейтрализуют.

- Чувствую, что разговор опять-таки склоняется к политике…

- Да нет, “ноги” всех этих процессов растут все-таки из экономики. Приморский край продемонстрировал кризис в целом управления рыночной экономикой, главная причина которого в том, что сегодня четко не сформулированы уровни государственного сектора, государственного влияния. В результате чиновник может распоряжаться государственным имуществом как своим. В США или Японии, где очень долго шло формирование этих отношений, их законодательной базы, такое просто невозможно. Но у нас становление аппарата управления пока находится в самой начальной стадии. Государственный служащий – он же часто и руководитель коммерческой структуры, “крыша”. Там все повязаны, все друг друга знают, выручают, деньги между собой делят. А основная масса населения, которая исправно ходит на работу, платит за квартиру, остается все в той же ситуации – бедности и угнетенности своим положением.

Пока два сектора – государственный и негосударственный – не разделят на законодательном уровне, у нас так и будут продолжаться революции, которые вершат пришедшие к власти чиновники. И стабилизации мы не дождемся.

- Но ведь если взять по большому счету, акционерные общества, частные предприятия, предприниматели тоже должны блюсти государственный интерес?

- Именно так, а не наоборот. Губернатор, как представитель государства на территории, его аппарат должны перед предприятиями любых форм собственности ставить задачи, важные для развития края, добиваться их выполнения. У нас же административные органы прикрываются аргументом, что они не имеют права вмешиваться в деятельность тех же АО. Смешиваются разные понятия, а в результате получается то самое разбазаривание госсобственности, о чем справедливо говорят в народе. В частные руки помещения, предприятия, учреждения передаются вроде бы из лучших побуждений – сами муниципальные органы с ними не справляются. Однако, отпочковавшись (новыми хозяевами становятся, конечно, не люди с улицы – родственники чиновников, коллеги по бизнесу), новоявленные структуры ничего не дают в бюджет, доходы скрывают, то есть “уплывают” в никуда.

Сегодня налицо явный перекос – государственное влияние на управление экономикой почти отсутствует. Считаю, что президент правильно старается выровнять этот крен.

- В крае сохранилась часть государственных предприятий. Некоторым благодаря именно этому статусу удалось избежать развала. Наглядный пример – Дальневосточный завод “Звезда”.

- Государственные предприятия сохранились вопреки проводимой в свое время политике приватизации чаще всего благодаря субъективному фактору. Либо директор был до мозга костей государственником, и для него рыночные рельсы были просто неприемлемы, либо сам коллектив был так настроен, поэтому и удалось избежать акционирования.

- Сейчас мы за это им должны спасибо сказать?

- Большинство предприятий все еще не в благодарности нуждаются, а в поддержке. Хорошо, что развивается производство на “Звезде”. Другие крупные приморские предприятия тоже готовы начать стабильно работать, и тут определяющей должна стать помощь со стороны отцов территории, ее властей. Они сохранили свой производственный потенциал, а это очень важно.

На другом полюсе – средний класс с его не менее острыми проблемами. Поначалу правительство пыталось поддерживать мелкие фирмы, предпринимателей. Но потом снова стало невозможно взять кредиты, работать честно в правовом поле. Мы убедились в этом на конкретных фактах и цифрах, внимательно проанализировав положение мелкого бизнеса в Сахалинской области. Но даже в таких условиях есть предприятия, которые добиваются успеха. В Приморье тоже надо находить примеры экономического развития, анализировать их, развивать. Наш институт вполне мог бы помочь в этом, был бы спрос.

- Получается, рынок рынком, но, как ни крути, экономика края – это единый организм, и он не может эффективно работать без руля и ветрил?

- Очень важно, чтобы избиратели не забывали с этой точки зрения посмотреть на будущих кандидатов в губернаторы. Чиновник такого ранга должен обладать государственным стилем управления. Это не противоречит философии рыночной экономики.