Наша рыба лучше!

Но на владивостокских прилавках ее почти вытеснила сахалинская. Если вам в свободный день захочется погулять по заснеженному льду Амурского залива и вы уйдете далеко от берега, внимательно смотрите под ноги. Как только заметите торчащий вверх деревянный колышек, ищите взглядом поблизости такой же.

15 февр. 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №930 от 15 февр. 2001
Но на владивостокских прилавках ее почти вытеснила сахалинская. Если вам в свободный день захочется погулять по заснеженному льду Амурского залива и вы уйдете далеко от берега, внимательно смотрите под ноги. Как только заметите торчащий вверх деревянный колышек, ищите взглядом поблизости такой же.

Есть? Значит, немедленно разворачивайтесь и поспешайте к берегу, радуясь, что не ухнули в затянутую тонким ледком прорубь. Рыбаки называют ее майной.

А колышками они обозначили, как расположен подо льдом вентерь - огромный сетчатый мешок. Что в него попалось, они проверяют два-три раза в неделю. Вынимают улов и снова опускают в майну вентерь, то бишь ставят. Поэтому и именуются бригадой ставного лова. Сейчас в заливе Петра Великого работают четыре такие бригады Владивостокского рыбокомбината.

- Вроде нехитрая наука - вентерь поставить, однако и в ней есть свои тонкости, - рассказывает бригадир Анатолий Ракитов корреспондентам "В", пока мы вместе едем от берега по льду в тракторной тележке. Ее тянет колесный трактор, следуя строго по собственной - с предыдущего раза - колее. Этот путь выверенный, безопасный. Хотя лед нынешней зимой почти повсеместно крепкий, но, как говорится, береженого бог бережет.

Анатолий Николаевич сегодня рассчитывает на удачу:

- Поставили в уловистом месте, рыба тут гуляет, крутится. Горловина вентеря как раз по ходу рыбы, грех ей не зайти. Но вот чует мое сердце, больше будет камбалы, чем наваги. А ведь середина февраля - самое время для наваги, в прежние годы мы ее в эту пору тоннами брали.

Анатолию Ракитову есть с чем сравнить теперешние уловы: на ставном промысле от Владивостокского рыбокомбината он работает чуть ли не три десятка лет. Впрочем, и другие в его бригаде уже ветераны этого дела - 22 года рыбачит в заливе Петра Великого Валерий Данишев, немалый опыт и у Владимира Пугина, Александра Лабуза. Сейчас они споро пробивают майну: двухдневный ледок крошится легко, сильных морозов-то уже нет.

Неподалеку от нас с показным равнодушием ждет подъема вентеря морской орлан. Если его компаньонки-чайки нетерпеливо кружат и кричат над очищенной ото льда прорубью, то эта здоровенная птица отнюдь не суетится, как бы делая вид, что она тут просто присела отдохнуть. Но вот из воды показалась широко распяленная крыльями-растяжками горловина вентеря с трепещущей в нем рыбой, и орлан практически в тот же миг уже взмывает вверх, ухватив, похоже, самую аппетитную наважку.

А ее, наваги, и вправду мало - верно предсказывал бригадир. Валерий Данишев и Александр Лабуз вычерпывают сачком улов из вентеря, пересыпая рыбу в подставленные Владимиром Пугиным пластмассовые ящики с тракторной тележки, а Ракитов безрадостно прикидывает:

- Пожалуй, наваги только четверть, а три четверти - камбала. Мы ее полосатой зовем. Это вид местный, она из залива не уходит, здесь и нерестится. По размеру она некрупная, но на вкус ничего, почти как желтобрюшка. Да, - вздыхает Анатолий Николаевич, - и в этот раз наваги - кот наплакал.

Плохо ловится нынче во Владивостоке вкуснейшая зимняя наважка. Поднимая вентери, рыбаки считают улов не как раньше, тоннами, - центнерами, а то и килограммами. Причиной тому, возможно, стали нетипичные для нашего климата морозы - рыба ведь тоже ощущает что-то неладное, уходит, прячется.

Но больше грешат опытные рыбаки на сточные воды, коими беспрестанно загрязняет краевой центр свой залив. Хоть и стараются они располагать орудия лова подальше от мест выброса стоков, не любящая грязную воду навага, очевидно, уплывает еще дальше.

- Вот и вышло, - объясняют рыбаки корреспондентам “В”, - что в городе повсюду продается навага подледного лова, но в большинстве своем она сахалинская. Кто разбирается в рыбе и хочет действительно свежей, парной наваги, приезжает в наш магазин - возле проходной комбината. Там торгуют именно той рыбкой, которую поймали мы или бригады Виктора Казака, Александра Пономарева, Геннадия Насырова. А на других городских прилавках могут продавать сахалинскую, а скажут - местная.

Любопытно, чем же навага с Сахалина хуже нашей? На вид такая же, даже покрупней. Ну а вкус совсем не тот, уверяют Ракитов сотоварищи. Привозная навага, вне всякого сомнения, подледная. Но перед дорогой на материк ее специально подмораживают, да и везут в рефрижераторах.

- Конечно, мороженая рыба - это тоже рыба, - усмехается Анатолий Николаевич, - но вот соку в ней уже нет. А свежая, которая только сегодня из-подо льда, - сочная, сладкая, ароматная.

Корреспонденты “В” убедились в этом буквально через час. Вкуснее нашей рыбки нет! Будем надеяться, что на исходе зимы и в марте вентери еще переполнятся отборной навагой. А по весне владивостокцы наверняка с удовольствием отведают и другой рыбы, к примеру, терпуга или крупной проходной камбалы.

- С апреля мы, что называется, на полную катушку развернем прибрежный промысел, - говорит начальник лова рыбокомбината Андрей Новиков, - и будем по нескольку раз в день доставлять для торговли в разных местах города свежайшую, еще живую рыбу.

Удачи!