Покровские ворота, или Кто покоился в старом гробу

Было это зимой 1936 года, когда Покровское кладбище начали “переоборудовать” под городской парк культуры и отдыха. Дорожный отдел горкомхоза сломал входные ворота со стороны Партизанского проспекта, а кирпич употребил для ремонта печей в своем общежитии. Чуть позже эта же служба демонтировала одну из подпорных стенок кладбища - на сей раз для нужд спиртоводочного завода. Несколькими годами раньше “Коммунстрой” продал до 200 тонн ценного мрамора, в том числе итальянского (могильных плит, надгробий), Рыбопродукту - он решил таким образом облагородить лестницы вновь строящегося дома. А витую металлическую лестницу, которая вела на колокольню, после того как взорвали Покровский храм, рабочие перенесли в котельный цех ТЭЦ. Говорят, она жива и поныне…

8 дек. 2000 Электронная версия газеты "Владивосток" №896 от 8 дек. 2000

Было это зимой 1936 года, когда Покровское кладбище начали “переоборудовать” под городской парк культуры и отдыха. Дорожный отдел горкомхоза сломал входные ворота со стороны Партизанского проспекта, а кирпич употребил для ремонта печей в своем общежитии. Чуть позже эта же служба демонтировала одну из подпорных стенок кладбища - на сей раз для нужд спиртоводочного завода. Несколькими годами раньше “Коммунстрой” продал до 200 тонн ценного мрамора, в том числе итальянского (могильных плит, надгробий), Рыбопродукту - он решил таким образом облагородить лестницы вновь строящегося дома. А витую металлическую лестницу, которая вела на колокольню, после того как взорвали Покровский храм, рабочие перенесли в котельный цех ТЭЦ. Говорят, она жива и поныне…

Из старых кладбищ Владивостока, а их было более десяти, именно Покровскому выпала особая судьба и мука. Его земля приняла прах многих поколений владивостокцев, рядовых и именитых горожан, которые первыми осваивали эти далекие, пустынные берега. Известен план кладбища, составленный землемером Помаскиным и датированный 1878 годом, где обозначены участки: православный, католический, лютеранский. Кроме того, здесь были еще японский, китайский, еврейский, магометанский сектора, старообрядческая территория. Это десятки и десятки тысяч могил.

В 1923 году кладбище было закрыто. В 1935-м взорвана пятиглавая красавица церковь – Покрова Пресвятой Богородицы, вмещавшая во время больших служб до тысячи прихожан (хотя были предложения устроить в ее стенах клуб). Больше полувека на кладбище, на отеческих костях, веселилась молодежь – здесь была устроена танцплощадка, пока в 1990 году сессия Владивостокского городского совета не приняла решение – “Объявить ЦПКиО мемориальным Покровским парком… Ввиду особой исторической значимости бывшего Покровского кладбища как некрополя виднейших деятелей периода освоения края и героев революционного движения прекратить на его территории всякое строительство…”.

Но нет глумлению предела. Несколько лет назад буквально в бывшей церковной ограде порушенного в пятилетку безбожия православного храма компания “Влад-Фаст-Фуд” построила закусочную, которая ни по своему питейному характеру, ни по архитектурному облику никак не вяжется с нынешним статусом парка - мемориальный. Но и это еще не все.

“Сегодня доподлинно известно, что в церковной ограде были похоронены одни из самых заслуженных и именитых горожан, - рассказывает известный краевед Нелли Мизь. – Это Владимир Павлинович Пьянков, Михаил Григорьевич Шевелев, Михаил Иванович Суворов, Яков Лазаревич Семенов, Иван Митрофанович Польский, Сергей Гордеевич Малеванный, Анна Ферапонтовна Салманова. А рядом с оградой покоится прах первого редактора газеты “Владивосток” Николая Соллогуба, известно даже предположительно место его захоронения.

Та же Салманова, учредившая гимназию, в домашнем, духовном завещании писала: “Гимназию со всем ее инвентарем (классной мебелью, учебными пособиями, шкафами, библиотекой) завещаю городу и прошу об учреждении одной бесплатной стипендии для беднейшей ученицы, об оставлении стипендии Гондатти, Суворова… Поручаю позаботиться о том, чтобы погребение соборне совершил священник Владимир Давыдов и диакон Михаил Молчанов. Хоронить просто. В гроб положить на грудь икону Покрова Пресвятой Богородицы, а на шею надеть маленькую икону Спасителя…”

Как рассказывал старожил Владивостока Грицкевич, на церковной территории были также похоронены герои Цусимского сражения. А Ковалевская, жившая во Владивостоке в 30-е годы рядом с кладбищем (ее отец был здесь сторожем), вспоминала, что рядом с Покровским храмом была большая братская могила и довольно много одиноких воинских захоронений. Когда храм взорвали, все сровняли катками…

Разумеется, это далеко не полные сведения. Поиск продолжается”.

Не так давно при Покровском приходе создан церковно-научный центр. Один из его отделов, редакционно-издательский, уже подготовил 500 листовок, где будут указаны имена тех, кто захоронен в церковной ограде, рассказана история бывшего Покровского кладбища. Хочется, чтобы листовки попали прежде всего в руки студентов, которые, как оказывается, приходят выпить-закусить на могилах своих славных предков. В самом скором времени планируется также установить перед входом в парк специальный “исторический” щит.

Сейчас, когда после долгих судебных тяжб с администрацией города Владивостока православному приходу Покрова Божией Матери выделен земельный участок территории Покровского парка с правом постоянного (бессрочного) пользования для строительства и эксплуатации собора, а также права аренды на 50 лет, приход намерен подать иск в Приморский арбитражный суд на ООО “Влад-Фаст-Фуд” с требованием убрать возведенные ею строения.

А ставить новый собор будут на старом фундаменте Покровского храма, который удалось обнаружить после архитектурно-археологических исследований, которые проводил государственный научно-производственный центр по охране памятников истории и культуры администрации края совместно с прихожанами.

И еще. Известно, когда рядом с Покровским парком строился подземный переход, экскаваторщик подцепил ковшом старый цинковый гроб. Говорят, когда его открыли, рабочие успели увидеть останки мужчины, увы, прах почти мгновенно рассыпался. Редакционно-издательский совет Покровского центра просит откликнуться тех, кто был свидетелем этого случая. Для того чтобы попытаться восстановить, на чью же могилу наткнулись строители.

В цинковом гробу мог быть прах Владимира Павлиновича Пьянкова, известного во Владивостоке предпринимателя, который был доставлен во Владивосток из Ниигаты, где весной 1903 года скоропостижно скончался.

В цинковом гробу, только уже осенью 1912 года, привезли также тело Михаила Ивановича Суворова. Уважение к этому человеку было настолько огромным, что городская дума, не считаясь с расходами, распорядилась привезти прах 53-летнего владивостокского предпринимателя, мецената и общественного деятеля из Москвы, где он находился по делам, в город, ставший для него родным. Он был похоронен в первом ряду могил у церковной ограды. Для увековечения памяти усопшего городская управа решила: навечно поместить портрет М. Суворова в двух школах города, назвать “суворовской” койку в городской больнице, сделав ее бесплатной для больных, не имеющих средств на лечение. Одну из строящихся школ для мальчиков назвать именем Суворова, а также переименовать улицу Набережную, где стоял его дом, в набережную им. Суворова.

Таких посмертных почестей этот человек был удостоен за то, что при жизни сделал очень много добра для Владивостока и владивостокцев. Зная его исключительную добросовестность и трудолюбие, городские власти поручали М. И. Суворову строительство самых ответственных объектов. Наверное, поэтому все они прекрасно сохранились и служат людям и поныне. Это Восточный институт (ныне главный корпус ДВГТУ на ул. Пушкинской), женская гимназия (сейчас гимназия № 1 на ул. Уборевича), главный корпус краевой больницы, памятник Г. И. Невельскому и многие другие.

Он же практически полностью на свои средства построил ночлежный дом, где за умеренную плату могли рассчитывать на приют владивостокцы, временно потерявшие работу и жилье.

Михаила Суворова называли “владивостокским Саввой Морозовым”. Будучи попечителем городского училища, он покупал детям из малоимущих семей ученическую форму, письменные принадлежности, оплачивал им учебу. Такие же расходы нес меценат в Николаевской церковно-приходской школе. Впрочем, все состояние Суворова после его смерти было передано городу и горожанам, а самые ценные книги из его богатейшей библиотеки, которая оценивалась в 30 тысяч рублей, попали в Общество изучения Амурского края, где хранятся и поныне.

Может быть, этот рассказ всего об одном из именитых горожан, нашедших свой последний приют в церковной ограде Покровского храма, заставит нас задуматься о вечном. Ведь, как гласит древнее изречение, тот, кто забыл могилы близких, не найдет и собственную.