Мужская профессия с женским акцентом

Ее голос, звучащий по радио, запоминается сразу. И дело здесь даже не в артистических данных или особом тембре. А в той неповторимой “ноте”, которую приносит в жизнь встреча с умным, интеллигентным, проницательным и неравнодушным собеседником.

15 июнь 2000 Электронная версия газеты "Владивосток" №800 от 15 июнь 2000

Ее голос, звучащий по радио, запоминается сразу. И дело здесь даже не в артистических данных или особом тембре. А в той неповторимой “ноте”, которую приносит в жизнь встреча с умным, интеллигентным, проницательным и неравнодушным собеседником.

Татьяна Сабанова, радиослушателям больше известная как Татьяна Деева, главный редактор главной редакции тематических программ Приморского радио ТРК “Владивосток”. Мы знакомы с нею давно, с университетской скамьи, вот уже почти 20 лет. А на газетной полосе встречаемся впервые. В журналистской профессии как-то не принято рассказывать о своих коллегах. Но сегодня как раз тот особый случай, когда сделать это просто необходимо.

За авторскую программу Татьяны Деевой, посвященную 55-летию Победы в Великой Отечественной войне, Приморское радио было удостоено первого места на Всероссийском конкурсе за лучшее журналистское произведение по военно-патриотической тематике в номинации “Региональное радио”. На торжественной встрече в Москве Татьяне также вручили правительственную грамоту за подписью вице-премьера В. Матвиенко. Такой чести были удостоены всего три журналиста России.

- Татьяна, награда впечатляет - поздравляю! Но, насколько помню, она в твоей творческой биографии не единственная?

- В прошлом году совершенно неожиданно для себя узнала, что получила гран-при Всероссийского фестиваля журналистских работ по военно-патриотической тематике за программу, посвященную 30-летию Даманских событий. Признаюсь, это было приятно. Что касается правительственной грамоты, к слову, написанной от руки каллиграфическим почерком, с настоящим росчерком В. Матвиенко, - это действительно событие определенного “масштаба”. Как шутят знающие люди - приравненное к прижизненному памятнику на родине.

А если серьезно - фронтовая, ветеранская, военно-патриотическая тема пришла сама. Вернее сказать, время пришло. С годами, я надеюсь, мы все же мудреем. И если в 17 лет мы задумываемся, зачем живем, то в 40 - о том, что можем оставить после себя.

Сейчас самым “молодым” участникам Великой Отечественной далеко за 70. Двести тысяч приморцев ушли на ту войну - тогда их уцелело чуть больше половины. Сегодня в живых осталось около 20 тысяч. Вот такая грустная арифметика. И может быть, это последняя возможность о них рассказать. И что самое главное - их выслушать. Для старых солдат той далекой войны это сегодня жизненно необходимо.

И еще. У каждого из нас есть долг перед своими стариками. Мой дед Василий Максимович Степанюк воевал на Дальнем Востоке в 45-м, здесь и остался, дослужился до звания полковника. Он был из того поколения военных, для которых понятия честь, долг, отвага были не пустым звуком...

Наверное, мне повезло с героями. Ни один из них во время наших встреч, а их было немало, не проронил ни единой жалобы по поводу сегодняшней несладкой жизни стариков. Они как-то очень разумно оценивают прошлое и настоящее: не кляня, не обвиняя и, что самое важное, не теряя присутствия духа.

Теперь я уже точно знаю, патриотизм - это не забытое слово, которого мы так стеснялись в последнее время. Он есть.

- Действительно, каждому времени свои песни. И сегодняшняя наша жизнь, в том числе журналистская, сильно отличается от той, доперестроечной. В какой из них тебе интереснее работалось?

- Предпочтения нет. Мое начало на радио совпало с “Эфиром-105”, первым радиоднем в России, и с перестройкой тоже. Мы, как и все, хотели поверить в перемены. И мы в них поверили. По двое суток не выходили из студии. Все делалось на таком подъеме! Но прошло время - и реалии стали другими. С этим нужно примириться, вернее, принять как должное. Начала буксовать перестройка - исчез “Эфир-105”.

Сейчас у нас непонятно какая демократия. Но во все времена, и даже в такие непростые, во многом компромиссные, как теперь, журналист должен сохранить собственную честность и не быть циничным. Это мое убеждение.

- На твой взгляд, журналист должен иметь сентиментальное, “живое” сердце?

- Давай определимся в понятиях. Сентиментальность, как я понимаю, это внешнее проявление чувств. Она в нашем деле не годится - журналистика жесткая профессия. Сопереживание - другое дело. И то, наверное, до какой-то “черты” (вот только как ее определить), иначе просто сердца не хватит. Профессия настолько эмоционально затратная - не мне тебе это говорить. Не зря журналист по продолжительности жизни стоит сразу после шахтера. И не только потому, что в него стреляют...

- А что ты думаешь по поводу “женской” и “мужской” журналистики?

- Для меня не существует такого деления. Хотя соглашусь с утверждением, что это больше мужская профессия, требующая предельной собранности, логического склада ума. Но это отнюдь не значит, что женщине здесь не место. Два года назад мне довелось побывать на Камчатке, в соединении атомных подводных лодок. Без хвастовства скажу: с редакционным заданием справилась. Никаких проблем не возникло. Единственное, что пришлось сделать, - надеть брюки для удобства передвижения.

- Татьяна, в то время, когда ты отправляешься в командировки, проживаешь жизнь своих героев, как живет твоя семья?

- Непросто живет. Я частенько чувствую вину перед своими ближними. Профессия требует такой самоотдачи! Бывают дни, когда я прихожу домой настолько эмоционально “выпотрошенная”, что не хватает сил на разговор с собственным мужем. Он, конечно, все понимает. Но не знаю, надолго ли его хватит. А ведь есть еще сын, десятиклассник.

Но, с другой стороны, это наша жизнь. Иной не дано. И неизвестно, было бы им легче, если бы мама работала, скажем, в банке или в школе.

- Ты специально занималась постановкой голоса? Не помню, чтобы в студенчестве он был таким притягательным...

- Голос действительно изменился, хотя специального тренажа не было. Сказывается, наверное, опыт работы на радио. А еще мне повезло с учителем - им был прекрасный приморский диктор Алексей Хортов. Что касается правильности языка, здесь помогла природа, спасает, практически всегда, врожденное чувство слова.

К тому же у каждого есть свои маленькие секреты. Включая микрофон, я, например, про себя пытаюсь проговорить какую-то короткую фразу и лишь потом, на “средней” интонации, открываю программу. Но при этом голос не должен оставаться бесстрастным. Ведь по своей эмоциональной наполненности он может иногда сказать больше, чем сам текст. Недаром замечено: “Не важно, что говоришь, важно - как говоришь”.

- И все же, за что ты по большому счету благодарна своей профессии?

- Она полностью меня изменила. И продолжает “воспитывать” изо дня в день. В детстве я была страшно застенчивым, ранимым, закомплексованным ребенком. Преодоление себя и каждый раз взятие новой “высоты” - наверное, это и есть главное. А еще я благодарна ей за самую большую роскошь, которую может позволить себе человек - роскошь общения с удивительными, интересными людьми.