Лежанка для безработных

Раз ты безработный, считают сегодня многие в Надеждинском районе, то твое место на лежанке. Только не на той, теплой, что прославила настоящую русскую печь, а на студеной, которых все больше становится в эти дни на льду Амурского залива возле поселка Девятый Вал.

29 февр. 2000 Электронная версия газеты "Владивосток" №744 от 29 февр. 2000

Раз ты безработный, считают сегодня многие в Надеждинском районе, то твое место на лежанке. Только не на той, теплой, что прославила настоящую русскую печь, а на студеной, которых все больше становится в эти дни на льду Амурского залива возле поселка Девятый Вал.

Здесь лежат и местные, и приезжие, добывая камбалу. Она сейчас не ловится на крючок, не ест наживку, как летом, а плавает у дна туда-сюда в поисках партнера для брачных игр. Неподалеку от берега, там, где глубина не превышает двух метров, добытчик проделывает лунку, ложится на лед животом, высматривает в свое окошко проплывающих камбал и прокалывает их “пикой” - длинной палкой с зазубренной железкой на конце.

Столь примитивный, причем лишенный даже малой толики комфорта способ рыбной ловли, похоже, дошел до нас с первобытных времен. Но если еще год, два, три назад на лед ложились лишь отчаянные пацаны-подростки, чтобы похвастать друг перед другом своей ловкостью и гордо принести матери или кошке пяток камбалешек, то нынче у лунок легли сотни людей. На льду на животе дни напролет лежат и мужчины, и женщины, и дети в поте лица своего, вернее, в сосульках, промышляя рыбу для пропитания или на продажу.

- Жрать захочешь - ляжешь, - зло объяснил корреспондентам “В” свой выбор деятельности 45-летний Владимир Васильевич. Он говорит, что с тех пор, как в поселке Девятый Вал развалился рыбколхоз имени Чапаева, а в соседней Тавричанке закрылась шахта “Капитальная”, почти никто из оставшихся без работы не смог найти себе новое место. Редкие счастливчики пристроились в райцентре, еще кое-кто ездит на работу аж во Владивосток. Остальные же - вот они, на лежанках.

Наколотую рыбу Владимир Васильевич уносит домой. Ею в основном и кормится семья. А Сергей Иванович и его 16-летний сын Игорь, с которыми корреспонденты “В” познакомились у другой лежанки, добытую камбалу продают.

- Мы же из Арсеньева приехали, вон наш автобус стоит, - показывает Сергей Иванович. - Собрались компанией - и сюда, на лежанку, на 10 дней. У себя на заводе мы денег давно не видели, теперь вот опять в неоплачиваемом отпуске. Пикой орудовать уже наловчились, за вчерашний день на пару с Игорем 30 килограммов камбалы накололи. Перекупщики берут ее по 6 рублей за кило.

Оказывается, по вечерам вдоль многочисленных лежанок Амурского залива ездят машины коммерсантов, скупающих улов. В городе эта камбала пойдет как минимум по 12 рублей за килограмм, а здесь, к примеру, тот же Сергей Иванович счастлив, отдавая по шесть. Подсчитывает, что если промысел и дальше пойдет удачно, то из 10-дневной поездки привезут они с сыном тысячи полторы, а это для арсеньевцев большие деньги.

- Ночует вся наша команда в автобусе, на еду стараемся тратить в день не больше 20-30 рублей на человека, так что будем с заработком, только бы камбала, - он суеверно сплевывает через левое плечо, - из-под берега не ушла. Местные говорят, такое иногда бывает, - Сергей Иванович грустно усмехается. - Вот уж не думал, что, можно сказать, на старости лет вдруг рыбаком заделаюсь.

- А мы, что ли, думали? - поднимает лицо от лунки похожая в многослойной теплой одежде на матрешку женщина средних лет. - Я знаешь как заболеть боюсь - ведь целый день животом на льду! А жить-то не на что, сегодня у меня даже на хлеб денег нет. Рыбу продам, хлеба куплю и риса.

- Ну а нам только на бутылочку надо, скажи, Вася? - подмигивает приятелю щербатый бомж, выдергивая из воды пику с трепещущей камбалой на ней. И Вася согласно кивает, улыбаясь в смерзшиеся усы.