501-й по Остапу Бендеру

Мой приятель собрался в Канаду. Намедни встретились у яхт-клуба на Берегу здоровья. На ногах - громадные кирзачи, на плечах - брезентовый балахон, в руках какой-то странный деревянный предмет, напоминающий то ли оглоблю, то ли старинное пиратское весло.

16 нояб. 1999 Электронная версия газеты "Владивосток" №690 от 16 нояб. 1999

Мой приятель собрался в Канаду. Намедни встретились у яхт-клуба на Берегу здоровья. На ногах - громадные кирзачи, на плечах - брезентовый балахон, в руках какой-то странный деревянный предмет, напоминающий то ли оглоблю, то ли старинное пиратское весло.

- Идем через Тихий океан, - выпалил он, - путешествие на лодках собственной конструкции, посвящаем поход первопроходцу Автандилу Перышкину. Кстати, можем тебя взять, будешь гнать свои репортажи...

- Какой Перышкин, какой океан, - я обалдело смотрел на приятеля, - да ты в своем уме?..

- Старик, - он покровительственно похлопал меня по плечу, - отстаешь от жизни. Сколько Остап Бендер знал способов? 500! Мы изобрели 501-й. Видел моих дубарей? Учиться не хотят, все в компьютерах чертей гоняют. Так вот я женю их на канадках. Как? Очень даже просто. Придем, допустим, в порт Галифакс. Остановка, всякие там церемонии, презентации, да и передохнуть надо, провизией запастись. А там, глядишь, поломка. Не случится, говоришь? А что сказал Федя в “Операции “Ы” - не забыл? То-то... Годик-полтора потолкаемся, а балбесы мои за это время в аккурат оканадятся. Я, конечно, домой, но к пенсии тыл обеспечен - покачу к новым канадцам доживать свой век. Как тебе, старина, мой проект века?..

И он с победоносным видом посмотрел на меня.

“Дурак ты, Петро, да еще с инициативой”, - чуть не сорвалось у меня с языка. Да вовремя осекся...

Изобретателен же, черт побери, русский мужик. Вот, оказывается, как просто можно обставить Запад с их иммиграционным занавесом. Мой приятель, конечно, находчив, но, боюсь, в Книгу рекордов Гиннесса опоздал.

Порывшись в блокнотах, я нашел с десяток подобных затей, очень разных по форме и очень схожих по содержанию. Ну и, конечно, именовавшихся не иначе как проектами века.

Сколько было звону в конце 80-х вокруг похода на Аляску на ботах - каких-то там святых Павлах и Гавриилах? Сверхдальнее путешествие, образец гребного искусства, мужество наследников славы великих предков... Где теперь почивают святые? А самое главное - инициатор и командир похода, яростно бивший себя в грудь и призывавший не забывать тех, кто шел до него к Тихому океану, - он теперь где остепенился? Там, между прочим, куда и собирается Петро со своими дубарями.

Тогда же некий приморский яхтсмен вдруг решил посостязаться у берегов другого заморского государства. Мы все ломали голову, какого лешего его понесло на край света. У себя, что ли, мало океану? Из года в год так исправно ездил, а потом вдруг перестал. Хотя и был в расцвете сил и мастерства. Только потом узнали, что финиш совпал с приездом в Ойкумену его чада, которое, как вы догадались, решило осесть на территории, присмотренной запасливым папашей.

Другой молодой человек, очень настырный и самолюбивый и также поучавший всех нас, недалеких, чтить матушку-Россию, плыл на кочах по Северу. Понятно, по одному Северу скучно и без перспективы. Тогда в маршрут внесли коррективу - с поворотом за бугор. Без этого, говорил он, ну никак нельзя. После одного из таких заворотов только его и видели...

Между тем и сегодня не перевелись первопроходцы. Более того, плодятся, что саранча. Причем, как и их достославные предшественники, не ищут новых маршрутов, а идут изведанным путем: осаждают кабинеты мэрий, состоятельных фирм и компаний, рекламных заведений. Благословите, подайте на благое дело. И подают. А как не дать - человек в поход за честь России собрался.