Приморская архитектура? Нонсенс!

Нужно СИЛЬНО любить Владивосток, чтобы назвать его замечательным городом. Он очень плохо приспособлен для жизни. К тому же безобразен. В смысле “без своего образа”.

19 март 1999 Электронная версия газеты "Владивосток" №562 от 19 март 1999

Нужно СИЛЬНО любить Владивосток, чтобы назвать его замечательным городом. Он очень плохо приспособлен для жизни. К тому же безобразен. В смысле “без своего образа”.

“Спичечные коробки на сопках, продуваемых ветрами, а вокруг ржавые коробки гаражей. Разбитые дороги, грязь на улицах и в подъездах”, - таким запомнил наш город журналист из Англии.

Если бы не уникальный рельеф полуострова, город ничем не отличался бы от любого иного провинциального российского городка. “Фотоальбом с видами Владивостока?” – “Нет, нет, спасибо”, - гости города оставляют его в гостинице.

Кабы не пара-тройка старых улиц в историческом центре да не чудесная природа, жить в этом городе вообще бы не стоило.

Кого винить, если образцовой считалась застройка района Второй Речки. Архитекторам дали, кажется, госпремию. За что? Нет, не за архитектуру, а за комплексную застройку - предусмотрели школы, магазинчики, аптеку, сберкассу, кинотеатр, а из архитектуры - те же спичечные коробки: то на боку, то на попа, то плашмя.

Горожане ездили гулять на Седанку или Океанскую по какой-нибудь улице Глинки. Обычные деревянные домики сельского типа, но у каждого свой вид, свой палисадничек. Глаз отдыхает.

* * *

Пришло новое время. Время строительства коттеджей. Архитекторы радостно потирали руки - ну вот сейчас мы покажем. Показали. Сделайте снимок этих новых домов. Покажите кому-нибудь. Пусть угадает - Подмосковье это, Ставрополье или Поволжье? Да и вообще - Россия ли?

Однозначно Россия. Потому что хотя большинство этих проектов слизано с американских образцов, но в них внесено нечто, выдающее с головой и русского хозяина, и русского архитектора, и русского строителя.

Больше всего в глаза бросаются башенки и заборы.

И это понятно, в детстве не наигрались. Замки и рыцари , башенки и бойницы.

- А зачем ты, Вася, башенку построил?

- Буду сидеть, с друзьями пиво пить, на море глядеть.

Много друзей не поместится, потому что в центре - винтовая лестница, у нее диаметр минимум полтора метра, а диаметр всей башни - три.

Заборы - это отдельная тема. Их стоимость сопоставима с гостинкой. Во-первых, ворота: чугунная решетка, вензель из инициалов хозяина, а изнутри полосы оцинкованного китайского железа.

- Зачем оцинковка?

- Так чтобы через ворота ничего не было видно.

- А кованый металл зачем?

- Так красиво.

- А зачем закрыл жестью?

- Да чтобы не видно было сквозь ворота.

- Так тебе в первую очередь не видно своей решетки с вензелями!

- Так я ее и не для себя делал...

Забор из красного кирпича в человеческий рост. Или из металлического профиля в пять метров. Покушений, что ли, все боятся? Поэтому из всей архитектуры видна одна крыша все с той же башенкой. На иной крыше башенка напоминает сторожевую вышку. На другой - рубку боевого корабля. Видимо, хозяевам это что-то навевает.

* * *

Первой жертвой новой застройки пал седанкинский аэродром, который использовали санитарная авиация и вертолеты ТОФ.

Дома строили то ли китайцы, то ли корейцы и якобы по заказу того же ТОФ. Большинство до сих пор необитаемо. А с них уже сползает штукатурка. Рядом возводят огромные кирпичные асимметричные амбары. В целом – ничего русского и ничего восточного.

Типовые проекты. Одинаковые домики. Вырублен лес и рубится дальше.

Дома в три этажа, а гараж на одну машину. Уже лет пять все стоит заброшенное. Какой проектировщик поставил дома так, что на южной солнечной стороне глухая стена, а окна на север и запад?

* * *

В Скандинавии своя архитектура, немецкие дома не перепутаешь с французскими, а итальянские с греческими.

Каждый год в Великобритании проводится конкурс на лучший новый дом. И не вообще новый дом, а “коттедж в английском духе”.

А у нас - эклектика. Проекты, предназначенные для Айовы, Вашингтона или Колорадо, выдаются за последнее слово в российском индивидуальном домостроении. Разве что новый хозяин вдруг захочет приделать “рубленое крылечко”. Ломаные крыши, странные пропорции, асимметрия, безвкусица. Безумная дороговизна строительства.

Все это на совести архитектора.

Но что с него спросить, если он сам живет в стандартной квартире. Настоящий опыт придет не после пятого и не после десятого проекта, а после того, как архитектор построит дом для себя и год проживет в нем.

Что делать? Да хотя бы под эгидой мэрии провести конференцию об архитектурном облике Владивостока и отметить желательные образцы, на которые стоит ориентироваться. А наша газета готова предоставить место специалистам для продолжения разговора о том, каким быть нашему городу.