Приморские губернаторы: от Казакевича до Михалыча

Генерал-губернаторы успевали и командовать, и править краем

15 июнь 2011 Электронная версия газеты "Владивосток" №2950 от 15 июнь 2011
e27dc2f6d074b27a66c40739dfdbdf59.jpg Генерал-губернаторы успевали и командовать, и править краем.Недавно один популярный виртуальный информационный ресурс, рассказывая о Е. И. Наздратенко, назвал его первым приморским губернатором. Молодой пиарщик, желая, видимо, бросить леща, мог и не догадываться, что названный им руководитель не первый, не второй и даже не десятый губернатор в истории края. Разумеется, Евгений Иванович тут ни при чем, просто в порыве расположения коллеги решили лишний раз прогнуться. Между тем история губернаторского управления в нашем краю имеет давнюю, богатую и в чем-то даже детективную историю.Начать хотя бы с того, что собственно термин «Приморье» впервые появился на Дальнем Востоке, когда территории в привычном нашем представлении еще не существовало. В ноябре 1856 года «высочайшим повелением» в составе Восточно­-Сибирского губернаторства была образована Приморская область, включавшая ряд территорий современных Хабаровского и Камчатского краев, Чукотки, Амурской области, ряда островов на северо¬востоке. А вот с 1860 года, после основания Владивостока, ряда других населенных пунктов, военных и казачьих постов, в состав области уже входит и территория Южно­-Уссурийского края, т. е. современного Приморья.Служить Отечеству!Первым руководителем восточного анклава с момента его образования стал военный губернатор, контр­-адмирал Петр Казакевич. Центр долго и терпеливо подбирал кандидатуру, вопрос находился на контроле у императора Александра Второго, только что вступившего на престол...Надо отдать должное – не промахнулись! Петр Васильевич Казакевич сыграл выдающуюся роль в становлении и развитии Приморья - был, если можно так выразиться, главным идеологом строительства Владивостока, впрочем, и другие подведомственные территории не были обделены вниманием. Неутомимая, самоотверженная деятельность губернатора­первопроходца по обустройству окраины стала своеобразным камертоном для последующих первых лиц региона, установила ту планку, ниже которой отныне нельзя было опускаться.Начиная с Казакевича и вплоть до 1917 года в качестве военных губернаторов в Приморье пребывало 14 руководителей. Практически все они проявили себя не только высокопрофессиональными воинскими начальниками, но и грамотными политическими деятелями, умелыми хозяйственниками. Сменил Казакевича контр­-адмирал Юган Халтусович Фуругельм (в русской транскрипции – Иван Васильевич) – умелый руководитель, имевший уже опыт руководства на востоке – с 1858 года правил Русской Америкой. Он немало сделал для южных территорий края и прежде всего Владивостока, приступил к строительству Амурского телеграфа, при нем начал действовать док для кораблей Сибирского флота… Набиравшая обороты деятельность неожиданно прервалась – в апреле 1871 года в заливе Находка трагически скончался его брат Гаральд, и Юган Халтусович решил вернуться на запад. Его именем в заливе Петра Великого назван остров.Новым губернатором области и командиром портов Восточного океана был назначен контр­-адмирал Александр Егорович Кроун – представитель знаменитой морской династии, давшей многих видных деятелей военно-морского флота. Пробыл в этой должности пять лет (1871-75), в середине 80-х годов центр вновь решил направить Кроуна на Дальний Восток – он назначается командующим отрядом судов Тихого океана.Одним из наиболее деятельных руководителей по праву считается вице-адмирал Густав Эрдман. Сегодня это имя мало что скажет, а ведь этому руководителю мы обязаны многим. Если не сказать больше.Получив летом 1875 года назначение на должность главного командира портов Восточного океана и военного губернатора Приморской области, Эрдман прежде всего побывал во всех портах региона. Он пришел к выводу, что основной военно¬морской базой России на Тихом океане должен стать Владивосток, и именно в бухту Золотой Рог должен быть перенесен из Николаевска-на Амуре главный порт, что и было сделано. Кроме того, именно при Эрдмане Владивосток впервые был превращен в настоящую военную крепость. За военными хлопотами неутомимый адмирал находил время вникать в нужды гражданской составляющей. Опять¬таки именно он инициировал устройство во Владивостоке городского самоуправления.Между тем Эрдман был последним военным моряком, стоявшим у руля региона. Отныне и до самого конца дореволюционного губернаторского цикла – 1917 года эту должность будут занимать исключительно сухопутные военачальники.Держали генералы восточные рубежиПервым в этой череде станет генерал­-майор Михаил Павлович Тихменев (1880-1881), но... Как говорится, первый блин вышел комом. Губернаторский пост занимал сравнительно недолго, хотя в целом прослужил на Дальнем Востоке без малого 20 лет. Вошел в историю как один из самых непримиримых борцов с хунхузами. У Тихменева не сложились отношения с руководством Восточной Сибири, и он вынужден был покинуть свой пост «по болезни». В дальневосточных путеводителях неизменно указывается, что в честь губернатора названа одна из улиц Хабаровска. А между тем он и в Приморье увековечен – его имя в Лесозаводском районе носит село Тихменево.Гораздо дольше возглавлял область сменивший Тихменева генерал Иосиф Гаврилович Баранов (1881-88). Почти вся его служебная деятельность связана с востоком. С марта 1865 года являлся начальником разведочной экспедиции для прокладки телеграфной линии от Хабаровска до рек Уссури, Даубихэ (ныне – Арсеньевка) и Новгородского поста. Служил в штабе Восточно­-Сибирского военного округа, затем длительное время – на командных должностях в войсках Приморской области. Неоднократно замещал приамурского генерал­-губернатора во время его командировок в столицу, пользовался большим авторитетом у центрального руководства. Принял эстафету у Баранова Павел Федорович Унтербергер (1888-97), пожалуй, самый выдающийся из плеяды приморских губернаторов. Не случайно он был ценим царями, впоследствии назначался приамурским генерал­-губернатором, возглавлял Нижегородскую губернию. За свою деятельность на благо Отечества был внесен террористами-интернационалистами в «проскрипционные» списки (см. «В» от 23 февраля 2011 г. – Прим. ред.).Затем на посту военного губернатора был генерал­-лейтенант Деян Суботич (1897-98), выходец из Сербии, перешел на службу к русскому царю, участвовал в подавлении боксерского восстания.Китайский памятник губернатору ПриморьяГенерал-лейтенант Николай Михайлович Чичагов руководил Приморьем четыре года – с 1899-го по 1903-й и показал себя большим патриотом края. Будучи еще и наказным атаманом Уссурийского казачества, проводил большую работу по укреплению казачьих поселений, видя в них главную опору государства при охране пограничных рубежей. Одна из основанных им станиц получила название Чичаговская (ныне – село Вольно-­Надеждинское). Чичагов также командовал Заамурским округом отдельного корпуса пограничной стражи, сыгравшей заметную роль в охране Китайской Восточной железной дороги (КВЖД), а также в боевых действиях в Маньчжурии в ходе Русско­японской войны.Благодарные китайцы изваяли два памятника Чичагову, один установили у себя, другой подарили Владивостоку. Николай II объявил «высочайшим рескриптом» благодарность Чичагову «…за вполне успешную и энергичную деятельность по охранению Восточной Китайской железной дороги, благодаря чему могло успешно завершиться сосредоточение Маньчжурской армии».Деятельность четырех последующих первых лиц - генерал­-лейтенантов Алексея Колюбакина (1903-05), Василия Флуга (1905-09), Михаила Манакина (1911¬14) и Арсения Сташевского (1914-15) пришлась на годы революционной смуты, сложных преобразований в государственном устройстве, наконец, на Первую мировую войну, так что, как отмечал современник, лично от них уже мало что зависело.Лишен звания… старикаПоследним руководителем дореволюционного Приморья в ранге военного губернатора был генерал­-лейтенант Владимир Толмачев, также исполнял обязанности наказного атамана Уссурийского казачьего войска. Направлен был в Приморье в 1916 году по рекомендации министерства внутренних дел – смута докатилась уже и до восточной окраины. Владимир Михайлович отличался толерантностью, старался не обострять отношений, был равноудален от всех оппозиционных настроений. Но это его не спасло. В марте 17-го, спустя 10 дней после Февральской революции, сходом Уссурийского казачьего войска Толмачев был отстранен от должности. Он спокойно воспринял неизбежное, только попросил, как уходящий в отставку, разрешить ему носить казачью форму. Новый предводитель уссурийских казаков некто Шадрин категорически отказал, подчеркнув, что отставной атаман также лишается звания… почетного старика. Надо же до такого додуматься: лишить звания старика...В те же дни дорвавшиеся до власти интернационалисты и их сторонники из социалистических партий подобным образом поступили и с шефом Толмачева – приамурским генерал-­губернатором Николаем Гондатти. С позором сместили, под охраной, словно государственного преступника, отправили в Петроград. Временное правительство, правда, не вняло ретивости дальневосточных «перестройщиков», отпустило экс¬губернатора с миром. И на том, как говорится, спасибо… P.S.Спустя 77 лет все вернулось на круги своя - в субъектах России вновь введена губернаторская форма правления.