Я вам пишу, чего же боле...

Похоже, в последнее время это именно так - вся сила приморских властей по большей части уходит в “гудок”, и получается он достаточно зычным. Всевозможные обращения, заявления, воззвания и даже ультиматумы первых лиц края и мэрии (к народу, друг к другу, к полпреду Кремля и лично - к президенту России) буквально заполонили всю местную прессу, весь местный теле- и радиоэфир. В связи с чем рядовой обыватель, кажется, окончательно потерял надежду на внимание отцов края и города к своей скромной и нескандальной персоне.

1 дек. 1997 Электронная версия газеты "Владивосток" №271 от 1 дек. 1997

Похоже, в последнее время это именно так - вся сила приморских властей по большей части уходит в “гудок”, и получается он достаточно зычным. Всевозможные обращения, заявления, воззвания и даже ультиматумы первых лиц края и мэрии (к народу, друг к другу, к полпреду Кремля и лично - к президенту России) буквально заполонили всю местную прессу, весь местный теле- и радиоэфир. В связи с чем рядовой обыватель, кажется, окончательно потерял надежду на внимание отцов края и города к своей скромной и нескандальной персоне.

Нет, скромная и неброская фигура приморского обывателя, его “низменные” коммунальные нужды постоянно присутствуют в апелляциях руководящих чиновников к общественному мнению и к вышестоящим инстанциям. Скажем больше, радение о народном благе - в каждой строчке, в каждой теле- и радиофразе популярных приморских руководителей. Так, обращение Виктора Черепкова к президенту РФ - крик совести России о наглом попрании элементарных прав человека, проживающего в Приморье. Письмо первого вице-губернатора Константина Толстошеина к полпреду Кондратову - крик боли за тысячи владивостокцев, живьем замерзающих в своих домах по вине безответственного градоначальника. Письмо управляющих территориями краевого центра (опять-таки к президенту Ельцину) - крик отчаяния от губернаторского самоуправства и финансовой блокады Владивостока. Письмо самого губернатора к генералу Кондратову - крик гнева в адрес злополучного мэра, таящего на своих счетах несметные миллиарды...

В общем, шуму много, а главный вдохновитель начальственных посланий - как мерз, так и мерзнет без отопления, сидит без воды, туже затягивает ремешок в ожидании зарплаты.

Видимо, удрученный возросшим числом приморских чиновников, желающих вступить с ним в личную переписку, генерал ФСБ Кондратов попытался пресечь на корню порочную, по его мнению, практику разрешения конфликта властей посредством “информирования” вышестоящих инстанций. На собранной в связи этим пресс-конференции генерал высказался в том смысле, что “не собирается быть третьим в раздираемом противоречиями приморском властном треугольнике”. По убеждению полпреда Кондратова, публичные заявления и взаимные обвинения местных руководителей, попытка перенести все проблемы края в политическую плоскость ни в коей мере не способствуют разрешению житейских нужд граждан... Генерал заявил журналистам, что именно по этой причине он не хочет участвовать с губернатором края Евгением Наздратенко в программе местного телевидения “Прямой разговор” - о насущных приморских проблемах. Кондратов считает, что смысла в теледебатах нет: проблемы решать надо, а не “дебатировать”.

Полпред президента обратился к первым руководителям края и города с предложением отказаться от непродуктивного “эпистолярного жанра” и перейти наконец к делу. Парадокс ситуации заключается в том, что сделал это наш генерал (вот напасть!) в форме... очередного начальственного заявления - с распространением во все местные и центральные СМИ и с озвучиванием при большом стечении журналистов. Так что очередная “эпистола” пополнит солидный свод творений приморских руководителей, при этом ничуть не улучшив участь скромного обывателя (сидящего без воды, без тепла и без денег).

Справедливости ради стоит отметить, генерал обнадежил-таки приморцев. Поскольку “наши” все заняты перепискою, помощь традиционно поступит с запада - к нам ожидается очередная московская комиссия из МЧС, которая и займется решением насущных проблем с водой.

Дотошные журналисты, замерзающие в своих квартирах, бесстыдно используя служебное положение, пытались выклянчить у генерала и московскую комиссию “по теплу”.