К Налоговому кодексу - с чистыми руками

Не успела Государственная дума принять внесенный правительством проект нового Налогового кодекса, как вокруг него разгорелись нешуточные страсти. Понятно, что тяжесть налогового бремени, раздутость и громоздкость законодательства неподъемными гирями висят на ногах экономики, балансирующей на границе “света” и “тени”. Понятно, что любые шаги к упорядочению этого механизма можно только приветствовать. В то же время группой депутатов подготовлен ряд поправок в его общую часть, в которых делается упор не столько на неподъемную тяжесть налогов, а... на тяжелую руку их “собирателей”. Дескать, если дать по этим рукам, то все стабилизируется само собой, налогоплательщик вздохнет облегченнее и движимый исключительно доброй волей понесет в бюджетные закрома не только положенную “лепту”, но и те “десятины”, которые сознательно прятал до этого в сфере черного нала, неисполнимого бартера или в дырах офф-шорных зон... А для этого надо - исключить органы налоговой полиции из числа участников налоговых правоотношений, осуществляющих контроль. Лишить их права приостанавливать операции по счетам налогоплательщиков, права производить изъятие наличных денежных средств для погашения требования об уплате налогов, а наделить этим правом лишь органы налоговой службы и т. д. и т. п. Насколько обоснованы эти требования и насколько они соответствуют реалиям сегодняшней налоговой сферы? Мы попросили прокомментировать ситуацию заместителя начальника управления Федеральной службы налоговой полиции России по Приморскому краю полковника налоговой полиции Олега ШАНИНА:

19 нояб. 1997 Электронная версия газеты "Владивосток" №263 от 19 нояб. 1997

Не успела Государственная дума принять внесенный правительством проект нового Налогового кодекса, как вокруг него разгорелись нешуточные страсти. Понятно, что тяжесть налогового бремени, раздутость и громоздкость законодательства неподъемными гирями висят на ногах экономики, балансирующей на границе “света” и “тени”. Понятно, что любые шаги к упорядочению этого механизма можно только приветствовать. В то же время группой депутатов подготовлен ряд поправок в его общую часть, в которых делается упор не столько на неподъемную тяжесть налогов, а... на тяжелую руку их “собирателей”. Дескать, если дать по этим рукам, то все стабилизируется само собой, налогоплательщик вздохнет облегченнее и движимый исключительно доброй волей понесет в бюджетные закрома не только положенную “лепту”, но и те “десятины”, которые сознательно прятал до этого в сфере черного нала, неисполнимого бартера или в дырах офф-шорных зон...
А для этого надо - исключить органы налоговой полиции из числа участников налоговых правоотношений, осуществляющих контроль. Лишить их права приостанавливать операции по счетам налогоплательщиков, права производить изъятие наличных денежных средств для погашения требования об уплате налогов, а наделить этим правом лишь органы налоговой службы и т. д. и т. п.
Насколько обоснованы эти требования и насколько они соответствуют реалиям сегодняшней налоговой сферы? Мы попросили прокомментировать ситуацию заместителя начальника управления Федеральной службы налоговой полиции России по Приморскому краю полковника налоговой полиции Олега ШАНИНА:

- Начну с того, что создание налоговой полиции как правоохранительного органа в экономической сфере и принятие закона “О федеральных органах налоговой полиции” в свое время были продиктованы отнюдь не маниакальной идеей “безусловной полицеизации всей страны”, а теми реалиями, которые сложились в бюджетообразующей сфере. Сегодня каждое четвертое преступление связано с экономикой, каждый второй рубль “крутится” в теневом обороте, целые бюджетообразующие отрасли выведены из-под государственного контроля и работают исключительно на себя. Можно ли в этих условиях говорить о какой-то либерализации и упразднении фискального органа, который может не только “попросить”, но при необходимости - и провести расследование, и потребовать безусловного выполнения действующих законов?

Причем, когда мы говорим о теневом обороте денежных средств и экономических преступлениях, речь идет необязательно о криминальной зависимости этих процессов. Все может выглядеть куда более буднично, но оставаться таким же опасным для хозяйственного и финансового организма.

За девять месяцев текущего года налоговой полицией края совместно с госналогинспекциями было реально взыскано и перечислено в бюджеты различного уровня более 616 миллиардов рублей. Оставим в стороне то, что было получено методом профилактического убеждения и за счет “правосознания” налогоплательщика.

Посмотрим другое: 38,5 миллиарда рублей было получено в ходе реализации арестованного имущества - предписание на арест дает налоговая инспекция, но осуществляет его и берет на себя ответственность за дальнейшую судьбу собственности именно налоговая полиция. 27,9 миллиарда рублей изъято у должников-недоимщиков как раз в качестве наличных денежных средств. По силам ли это было бы налоговым инспекторам, которые согласно закону не имеют права на подобные действия и не обладают для этого техническими возможностями? А ведь ситуации, когда предприятие числится банкротом по всем документам и не станет “распахивать душу” перед первым же проверяющим, возникают очень часто. За 9 месяцев этого года только группой розыска оперативной службы нашего управления было установлено более 400 налогоплательщиков, не сдающих отчетность в налоговые органы или сдающих “нулевые” балансы.

Совместно с правоохранительными и контролирующими органами нами проведено более 2360 рейдов, по итогам которых были выявлены 389 лиц, уклоняющихся от постановки на учет в налоговых органах, 959 нарушений установленного порядка производства и реализации спирта и алкогольной продукции, полноты уплаты акцизов и лицензионных сборов. Изъято 56 тысяч 566 декалитров алкогольной продукции, из которой часть подверглась административному аресту на сумму около полутора миллиардов рублей. Зная, какие деньги “крутятся” в этой сфере, попробуйте представить себе изъятие без наличия крепкого парня в бронежилете и без АКМ на изготовку. По этим фактам нами возбуждено 3 уголовных дела.

По-прежнему остается притягательной для нарушителей сфера хранения и реализации горюче-смазочных материалов. И здесь выявить весь механизм нарушений, установить все вертикальные и горизонтальные связи без участия налоговых полицейских практически невозможно. Для примера возьмем данные совместной проверки ТОО “Твин” налоговыми инспекторами и полицейскими в Находке.

Товарищество осуществляет оптовую торговлю ГСМ, лесом, продуктами питания и товарами народного потребления. Финансовое состояние - согласно сводному лицевому счету на июнь текущего года - показано как неудовлетворительное. На момент проверки за товариществом числились недоимки перед бюджетом на сумму около 300 миллионов рублей. Дебиторская задолженность по балансу составляла 1 миллиард 677 миллионов. Заработная плата не начислялась и не выплачивалась с 1995-го по первый квартал 1997 года.

Ни добровольное, ни принудительное взыскание дебиторской задолженности не осуществлялось. Тут, кажется, оставалось только посочувствовать предпринимателям... Но в результате проверочной деятельности было установлено, что фирма не так уж и прогорала. “Покойник” вел активную загробную жизнь, безлицензионно торговал нефтепродуктами, осуществлял бартер, по одной из операций которого в регистрах бухгалтерского учета ТОО не были отражены 1 миллиард 546 миллионов рублей. Не брезговали в “Твине” и завышением коммерческих и прочих расходов, формальным зачислением на работу инвалидов с целью получения льгот по налогообложению. Всего по актам документальной проверки сумма доначислений составила около 4 миллиардов рублей.

И таких фактов множество. Достаточно сказать, что только в рамках операции “Нефть” нами в этом году совместно с ГНИ и другими правоохранительными органами были пресечены нарушения на 87 объектах, осуществляющих реализацию ГСМ.

- Олег Михайлович, картина ясна. И тем не менее непонятна позиция определенных кругов “не мытьем, так катаньем” раздробить состоявшиеся структуры налогового контроля и если не ослабить, то хотя бы размыть сложившиеся между ними связи и паритеты. Что за этим стоит?

- Я думаю, что за этим - лоббирование интересов тех групп, для которых основную опасность представляет не сам “налоговый пресс”, а те, кто его осуществляет. Учитывая продолжающуюся криминализацию оборота наличных денежных средств, использование их для легализации преступно нажитых доходов, многие “генералы” теневого бизнеса крайне заинтересованы в том, чтобы оставить налоговую службу без мощной силовой поддержки налоговой полиции, без ее опыта и возможностей проведения оперативно-розыскной и следственной работы, без использования ее негласного аппарата.

Если такие поправки будут внесены в новый Налоговый кодекс, то органы налоговой полиции лишатся возможности исполнять полноценные функции правоохранительной структуры, возложенные на них законом “О федеральных органах налоговой полиции”, не вправе будут получать от налогоплательщиков необходимые для проверки документы и иную информацию, требовать от них устранения выявленных нарушений, осуществлять производство по делам о налоговых нарушениях, входить в их служебные помещения, возбуждать ходатайства о лишении лицензий и так далее. Более того, в предлагаемых поправках устанавливается, что арест имущества может осуществляться только “при наличии санкции прокурора; при наличии основания полагать, что налогоплательщик предпримет меры, чтобы скрыть свое имущество, либо собирается выехать за пределы Российской Федерации...” Да ерунда это полная. При существующем ныне законодательстве никому из нарушителей и в голову не придет идти на такие “крайние” меры. Ну зачем руководителю скрывать свое имущество, если оно замаскировано под вывеской АО, ОАО, ПКК, разбросано под крышами многочисленных “дочерних” компаний, филиалов, товариществ и так далее? Зачем ему бежать за границу, если и здесь он надежно защищен от “посягательств” закона.

Работа с руководителями предприятий-недоимщиков по погашению задолженности все чаще ставит нас перед вопросом о соответствии полномочий первых лиц перед Конституцией государства. Решения, принимаемые руководителями крупных акционерных предприятий, часто идут вразрез с объективными интересами не только самих производств, но и трудовых коллективов, акционеров. Мотивируя свою деятельность перед ними стремлением легально уйти от налогообложения и ареста имущества, “отцы-командиры” создают целые сети фирм-”дочерей”, в которых акционерная собственность зачастую является главным и единственным “учредительным взносом” руководителя-учредителя... Угроза банкротства головного предприятия таких “отцов” не пугает - все работают, так что документально проверочная деятельность налоговой инспекции их никак не затрагивает. Более того, ущерб от сознательно совершенных действий по запутыванию бухгалтерского учета, несвоевременного перечисления налогов и других бюджетных платежей ложится на плечи трудовых коллективов.

Предварительный анализ показывает, что часто “убыточными” являются предприятия, которые по своим параметрам убыточными быть не должны. В крае все крупные рыбодобывающие предприятия являются должниками перед бюджетом, многие по документам числятся едва ли не банкротами. В то же время продукция, ими производимая, пользуется высоким спросом как на внутреннем, так и на внешнем рынке. После проверок выясняется: две трети добываемой в крае морепродукции скрывается - путем перегруза в море для отправки на экспорт за рубеж.

В результате такой нечестной и недальновидной по отношению к своим акционерам политики руководителей на грани банкротства и утраты собственного флота оказались крупнейшие рыбодобывающие предприятия края. Чтобы не быть голословным, приведу пример “Южморрыбфлота”. Дважды положение дел на этом предприятии рассматривалось на заседании временной чрезвычайной комиссии по улучшению собираемости налогов в крае. И дважды АО не предприняло никаких конкретных шагов к исправлению положения. Более того, по данным межрайонного отдела налоговой полиции по городу Находке, явствовало, что руководство “Южморрыбфлота” продолжало осуществлять бесконтрольный экспорт рыбопродукции без таможенного оформления. Можно лишь предположить величину валютных средств, осевших в зарубежных банках, но совокупный долг предприятия перед отечественными бюджетами всех уровней и внебюджетными фондами вырос настолько, что без реализации основных фондов погасить его уже невозможно. Фактически предприятие уже развалилось и перед угрозой безработицы оказались тысячи его работников, которые законов не нарушали и вины за политику руководства нести не должны. Могу рассказать, как руководство предприятия принялось решать эту головоломку. Под предлогом погашения задолженностей по налогам была создана искусственная задолженность по зарплате. Через профсоюз инициировалось обращение коллектива в суд. Судебные исполнители, имея на руках решение суда и обладая правом первой очереди, арестовывают рыбопродукцию, реализуют ее через коммерческие структуры, связанные с предприятием (?!), и гасят долг по зарплате. В результате сложилась ситуация, когда флот ловит рыбу, большую ее часть отгружает в море на экспорт, а остаток доставляет к берегу, где судебные исполнители продают ее и выплачивают рабочим и морякам зарплату. В бюджет поступлений нет. И тем не менее все остается в рамках закона и делегируемых руководителям полномочий. Вот так-то...

Отсюда вопрос: кто и как может защитить интересы рядовых акционеров-налогоплательщиков от некомпетентного руководства или руководства, преследующего свои корыстные интересы? Отвечаю - налоговые и контролирующие органы в этих случаях не могут инициативно обратиться в судебные инстанции по признанию какой-либо сделки по залогу или аренде недействительной, если на предприятии нет доли госсобственности. Остается одно - использовать предусмотренные законом возможности на проведение расследования и выявления нарушений, а может, и преступлений в налоговой и экономической сферах. И вот это-то право не дает покоя некоторым “радетелям о благах народных”.

- Олег Михайлович, хотелось бы верить, что данная возня вокруг готовящегося кодекса не получит широкой поддержки и не даст ему оформиться в узаконенную “малину”. Ну а сами-то полицейские как относятся к реформированию в налоговой сфере?

- Только положительно. Это ненормально, когда в стране существует свыше двухсот видов федеральных и местных налогов, ставки по которым доходят... до 100 и выше процентов. Конечно же, государство загоняет предпринимателя в тупик. Громоздкость системы порождает безграмотность в отчетности и правовой нигилизм, вносит путаницу и неясность.

Со дня своего образования Федеральная служба налоговой полиции России неоднократно выходила и в Верховный совет Российской Федерации, и в Государственную думу с предложениями о наведении порядка в этом вопросе, о принятии действительно исполняемого закона.

Уверен, если новый Налоговый кодекс будет принят, он послужит хорошему делу. Но при условии - если к его составлению и принятию будут подходить с чистыми помыслами и руками.