Большая трагедия в маленьком городке-2

В Уссурийске военные сборы для жителя Владивостока Дмитрия ЕПАНЧИНЦЕВА завершились непоправимой бедой. 20 августа мужчина скончался в «тысячекоечной» больнице краевого центра. Что же стало причиной его смерти – дедовщина или роковая случайность? С таким в

1 окт. 2008 Электронная версия газеты "Владивосток" №2413 от 1 окт. 2008
31623da1c5bf5979afd3a5bee5f9ec76.jpg

В Уссурийске военные сборы для жителя Владивостока Дмитрия ЕПАНЧИНЦЕВА завершились непоправимой бедой. 20 августа мужчина скончался в «тысячекоечной» больнице краевого центра. Что же стало причиной его смерти – дедовщина или роковая случайность? С таким вопросом журналисты «В» обратились за разъяснениями к военным и попросили их прокомментировать это ЧП.

Жизнь по уставу или нет?

Корреспондент «В» встретился с заместителем командира по тылу той самой войсковой части, в которой проходил сборы Дмитрий Епанчинцев. Вместе с Равилем ИНЮШКИНЫМ мы прошли по территории, где ещё недавно служили 10 резервистов.

- Я был назначен руководителем этих сборов, - начал свой рассказ Равиль Николаевич. - Личный состав в сопровождении представителя военкомата прибыл 12 августа. Как и полагается в таких случаях, новичков построили и рассказали, что в течение трёх недель, то есть с 12 августа по 5 сентября включительно, они будут жить по воинскому уставу. Распорядок дня следующий: подъём - в 6.00, отбой – в 22.00. Весь контингент должен был находиться на территории части. Днём с разрешения командира, дежурного офицера или моего дозволялось посещение продуктового магазина, расположенного неподалёку. В ночное время отлучаться с территории части категорически запрещалось, так как в районе неблагополучная криминальная обстановка.

Всех бойцов резервного фронта провели по части и показали, где находятся столовая, баня, умывальник, туалет, а в завершение экскурсии они получили форменную одежду и разместились в казарме.

Мы с Равилем Николаевичем подошли к её двери. Полтора месяца назад её открывал Дмитрий Епанчинцев. Сейчас помещение пустует. Ещё до того как я попала в расположение части, меня уверяли, что это самое спокойное и благополучное подразделение в городе.

Учебные сборы проходили здесь в штатном режиме. Вновь прибывших разделили на две команды: одна работала на вещевом складе, а другая – на медицинском. Резервисты следили за сохранностью военного имущества, проветривали его, занимались покраской и обслуживанием техники… Все работы исполнялись точно по плану.

- У нас часть так называемого сокращённого состава, то есть в ней из всего контингента находятся прапорщики, офицеры и гражданский персонал, - продолжал свой рассказ Равиль Николаевич. - Лично я, как руководитель сборов, находился на службе в субботу, 16 августа. На утреннем построении отсутствовали четверо граждан, прибывших из запаса: прапорщик МЕШКОВ и рядовые АБДАЗОВ, БАРАНОВ и Епанчинцев. В расположении части их не оказалось, и тогда я направил первый рапорт командиру о самовольной отлучке. В течение воскресного дня никто из отсутствующих так и не объявился. Вскоре сержант КОВАЛЕНКО выяснил и доложил мне, что «партизаны» (так называют прибывших на военные сборы гражданских лиц) разъехались по домам и прибудут в расположение части только в понедельник. Но 18 августа в 9 часов утра их по-прежнему не было в строю. Я направил командиру повторный рапорт и после дежурства отправился отдыхать.

- Когда бойцы пришли, не знаю, - продолжил Равиль Николаевич. – Командир части Николай ШИПОВАЛОВ (который сейчас находится на лечении в госпитале) рассказал мне, что в этот же день всю четвёрку отчислили со сборов приказом № 88 от 18 августа 2008 года «за систематическое нарушение распорядка дня и самовольное оставление части».

Когда беглецы-резервисты объявились (кажется, двое из них были в нетрезвом виде и вели себя по-хамски), то их оповестили о распоряжении командира. Попросили зайти в канцелярию, расписаться под приказом. Однако все проигнорировали команду. Они – люди взрослые и сами несут ответственность за свои действия, - констатировал Равиль Инюшкин.

Ночной кошмар

А далее заместитель командира по тылу пересказывал мне, со слов очевидцев, историю, которая произошла с Дмитрием Епанчинцевым.

- После того как для четверых резервистов сборы с приписным составом были завершены, Дмитрий развернулся и убыл с территории части. Насколько мне известно, в понедельник он побывал на автовокзале. Время было позднее, и автобусов во Владивосток не оказалось. Дмитрий решил вернуться назад. По дороге он встретил своего командира и попросил разрешения провести ночь в расположении части. Майор не отказал ему.

Ближе к ночи Епанчинцев и Коваленко самовольно покинули территорию в/ч. Предварительно оба пропустили по бутылочке пива. Партнёр Дмитрия утверждал, что они отправились в ресторан «Глория», который находится в историческом центре Уссурийска, где выпили. Потом Дмитрий вышел из здания на улицу и отсутствовал примерно 10–15 минут. Приятель отправился за ним следом и стал свидетелем драки. Сержант долго не раздумывал и бросился на выручку.

«Я едва отбил Диму у нападавших, - говорил он. – Наклонился над ним и кричу ему: «Дима! Дима!!!». А он лежит в луже… Я и ещё один сослуживец, который оказался поблизости, взяли пострадавшего под руки, дотащили до такси и поехали в часть».

В ту ночь дневальный видел Епанчинцева и во время внутреннего расследования говорил командиру, что пострадавший «не выглядел сильно избитым». Дмитрий сам умылся и лёг на кровать, но тут его начало тошнить. Сначала думали, что перепил, но рвота не прекращалась. Тогда и решили отправить его во Владивосток. Вызвали такси и повезли в больницу рыбаков.

На утреннем построении во вторник отсутствовал ещё один резервист из числа оставшихся. Он помогал с госпитализацией Дмитрия. В расположение части он прибыл в тот же день примерно в 18 часов. Я запомнил время, потому что началась вечерняя поверка. Лично мне сопровождающий доложил, что у Епанчинцева травма глаза, многочисленные ушибы.

Медицина не знала

- Почему же пострадавшему не оказали помощь на месте, а понадобилось везти бедолагу за сотню километров в краевой центр?

- Дело в том, что сослуживцы вместе с пострадавшим самовольно отправились во Владивосток на такси, - ответил начальник медицинской службы 5-й армии подполковник Евгений БОЛЯКОВ. – Более того, об этом мы узнали спустя сутки от их коллег, оставшихся в расположении части. Как начмед заявляю, что в экстренных случаях помощь оказывается сразу независимо от того, кто пострадал - солдат срочной службы или гражданин, призванный на военные сборы.

- Как вы думаете, при таких травмах есть шанс выжить?

- Сейчас сложно сказать. Это зависит от многих факторов, в том числе и от скорости оказания медицинской помощи. Судите сами, если травма была получена в три часа ночи, а в медицинское учреждение его доставили только в начале седьмого утра... Я просто уверен, если бы об инциденте не умолчали, то Епанчинцева срочно направили в близлежащее медицинское учреждение. Тем более что в непосредственной близости, прямо через дорогу от части, располагается военный госпиталь.

- ...После этих событий к нам зачастили проверяющие, - подвёл итог Равиль Инюшкин. - Приезжал офицер из Советско-Первореченского военкомата города Владивостока, потом приходил следователь из военной прокуратуры – мы ему предоставили все материалы внутреннего расследования. Ведь супруга Епанчинцева уверена, что её мужа избили на территории части, но, насколько мне известно, драка произошла в городе, и это уже стопроцентно доказано.

Как нам сообщила старший помощник руководителя следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Приморскому краю Аврора РИМСКАЯ, в настоящее время следственным отделом уголовного розыска УВД ПК по Уссурийскому городскому округу возбуждено уголовное дело по статье УК РФ № 111 ч. 4 «Умышленное причинение вреда здоровью, повлекшее смерть».

...Точку в этом непростом деле может поставить только суд.