Коготь тигра. История жизни необыкновенного охотника из Восточной Азии

Это история жизни и подвигов Юрия (Джорджа) Михайловича Янковского - замечательного профессионального охотника, знаменитого в Восточной Сибири, Корее и Маньчжурии. Я собирала книгу об этом человеке по фрагментам на протяжении многих лет своей жизни в Коре

30 янв. 2007 Электронная версия газеты "Владивосток" №2087 от 30 янв. 2007
5d2677d7def64db97e84910c74a7f341.jpg

What of the hunting,
Hunter bold?
Brother, the watch was
Long and cold”.
Rudyard Kipling,
Jungle Tales1

Это история жизни и подвигов Юрия (Джорджа) Михайловича Янковского - замечательного профессионального охотника, знаменитого в Восточной Сибири, Корее и Маньчжурии. Я собирала книгу об этом человеке по фрагментам на протяжении многих лет своей жизни в Корее.


Этот бесстрашный охотник произвел на меня самое яркое и волнующее впечатление. Его талант увлекательно рассказывать, сидя у гостеприимного очага в его охотничьем доме в поместье «Новина» в северной Корее, его неутолимая жажда опасности, захватывающие обстоятельства бегства с семьей и имуществом из России в Корею под самым носом большевистских преследователей распалили мое воображение и заставили меня записывать любую информацию, которую я только могла собрать. Главным источником при написании «Когтя тигра» послужили рассказы самого господина Янковского во время моего визита в его поместье «Новина», информация, которую я почерпнула от членов его семьи, друзей и тех, кто охотился с ним в России и Корее, а также из его книги, написанной на русском языке и позднее переведенной для меня нашей общей русской знакомой, которая сама не раз посещала «Новину». Таким образом, «Коготь тигра» - это соединение личного опыта, устного предания, литературного пересказа и впечатлений о великом человеке, чье имя мало известно Западу, разве только немногим исследователям и охотникам, таким как Рой Чэпмен Эндрюс, Уиллард Прайс, Стен Бергман из Стокгольмского музея и профессор Фердинанд Оссендовский.

Когда я жила в Корее в 1918–1942 годах, Джордж Янковский был легендарной фигурой в Восточной Азии, где рассказы о его подвигах передавались из уст в уста почти как эпос. В течение полувека он со своим отрядом странствовал и охотился в Сибири, Корее и Маньчжурии. Он был не только великим охотником, но также энтомологом и орнитологом, о чем свидетельствуют более 20 видов бабочек, насекомых и птиц, носящих его имя.

Господин Янковский родился в 1880 году. В 1923 году, оставив в русском Приморье в Восточной Сибири свое обширное имение, он дерзко бежал от большевиков в Корею вместе со всей семьей, большим отрядом белых русских, работниками-корейцами и лучшими экземплярами живности из своего поместья: лошадьми, скотом и оленями.

Когда советские вошли в Корею в 1945 году, они схватили Джорджа Янковского и его семью и отправили их туда, откуда мало кто возвращается. Насколько я знаю, с 1945 года никто больше о нем не слышал и неизвестно, жив он или мертв.

В своей книге я старалась по мере возможности сохранять манеру говорить самого господина Янковского. Я признаю, что сама я ровно ничего в охоте не понимаю.

* * *

Папа Тигр - так называли дети своего отца Джорджа Янковского, с которым я впервые встретилась в его охотничьем поместье в Северной Корее. Меня пригласила туда его дочь Виктория (Ора), с которой я познакомилась в Сеуле. Это прозвище подходило этому человеку во всех отношениях.

В то время Янковскому было чуть меньше шестидесяти. Он был невысок ростом - примерно 5 футов и 6 дюймов, силен и подвижен, и достоинства его фигуры подчеркивала желтоватая замшевая туника типа «кафтан», которую он обычно носил. Его густые рыжеватые вьющиеся волосы были тронуты сединой, а кожа - красноватой от постоянного пребывания на свежем воздухе. При первом знакомстве пронзительный взгляд его голубых глаз из-под кустистых бровей производил пугающее впечатление. Его прямой крепкий нос, волевой рот, квадратные челюсти, посадка головы и разворот широких плеч восхитили бы любого скульптора. Его движения были живые и точные. Он был преданный муж; его семья и работники им восхищались; его уважали, любили и боялись. По натуре он был несомненный лидер, но главное - он был прирожденный охотник…

* * *

В то время, когда Джордж Янковский только начал обустраиваться со своей семьей и работниками в Северной Корее, японцы выпустили из-под ареста семнадцать сотен его соотечественников, также «белых русских», которые многие месяцы безвыходно находились на кораблях в порту Вонсан на восточном побережье Кореи2. Эти люди бежали сюда от революции, совершив 400-мильный переход по морю. Они шли трагической процессией на нескольких судах, которые буксировали военные корабли Русского императорского флота. В Вонсане беженцы испытали все мыслимые несчастья. Те, кому разрешили выйти на берег, провели холодную зиму в бараках из гальванизированного железа и землянках.

Весной Китай и Америка согласились принять эти суда и их несчастных пассажиров в своих портах. Но некоторые не пожелали покидать Корею и попросили позволения остаться. Японцы согласились, и они прибыли в Сеул, где надеялись начать новую жизнь. Эти люди представляли самые разные слои общества - от дворян до крестьян.

(Продолжение в следующем номере)


1Смелый охотник, с удачей ли ты?
Долго, брат, ждал я среди темноты.
Редьярд Киплинг «Книга джунглей» (перевод – Владимир Динец).

2 Речь идет об эвакуировавшихся морем из Владивостока в Вонсан в октябре 1922 г. белых войсках и членах семей общей численностью до 10 тыс. человек. Часть этой флотилии покинула Корею в конце 1922 г. и отправилась через Филиппины в Сан-Франциско. Другая часть - около 5000 человек - оставалась в Вонсане до лета 1923 г. и проживала на кораблях под строгим контролем японских миноносцев. Для проживания на берегу были отпущены только гражданские лица, не являвшиеся членами семей военнослужащих. В дальнейшем русских в Корее осталось очень немного. Возможно, поначалу - несколько сотен человек, а к 1930-м годам их число сократилось до нескольких десятков. - Об этом см.: Волков С. В. К вопросу о русской эмиграции в Корее в начале 20-х годов // Российское корееведение. Альманах. Вып. 2. - М., 2001. С. 149–156. - Здесь и далее примечания переводчика.