Мать Ганнибала Лектора

Она сказала: "Это ведь не исповедь, это только пресс-конференция". И улыбнулась. Она не любит слово "бы", гипотетических, личных вопросов и вообще - категоричности: "Ну как я скажу, с кем из партнеров было интереснее работать, если каждый из них хорош по-своему?". У нее удивительное лицо: минуту назад на нем сияла фантастической красоты улыбка, сейчас - глаза задумчивые, еще через минуту она с чисто французской экспансивностью всплескивает руками и смеется. Женщина-река. Ингеборга Дапкунайте.

16 дек. 2005 Электронная версия газеты "Владивосток" №1871 от 16 дек. 2005

Она сказала: "Это ведь не исповедь, это только пресс-конференция".
И улыбнулась.
Она не любит слово "бы", гипотетических, личных  вопросов и вообще - категоричности: "Ну как я скажу, с кем из партнеров было интереснее работать, если каждый из них хорош по-своему?". У нее удивительное лицо: минуту назад на нем сияла фантастической красоты улыбка, сейчас - глаза задумчивые, еще через минуту она с чисто французской экспансивностью всплескивает руками и смеется. Женщина-река. Ингеборга Дапкунайте.

Хранитель фестиваля

Вообще-то ее должны были назвать Рутой. Мама так хотела. Но папа, отправившийся в загс регистрировать дочь, решил: а пусть у меня будет две Ингеборги, и назвал дочку в честь матери.

- Кстати, "инг" - значит "охрана", - улыбается актриса. - Так что я не крестная мать, а ангел-хранитель фестиваля "Французское кино сегодня".

Так получилось, что я выросла, как и многие советские дети, именно на французском кино - на "Фантомасе" и Жане Маре, Алене Делоне, Жераре Филиппе. Всех их очень люблю.

Первый город "проклятого капитализма", в который я попала, - Париж. В Париже я познакомилась с Жоэлем Шапроном, с тех пор мы друзья. Видите, меня многое связывает с французским кино. Так что во Владивосток летела с огромным удовольствием.

- Актер - профессия космополитичная. Живете в одном городе, играете во втором, снимаетесь в третьем, родились в четвертом: Где вам уютно, где вам нравится?

- У меня есть несколько городов, которые я очень люблю. Вильнюс, в котором я родилась, в котором живут мои родные. Лондон - там дом, муж, друзья, работа. Абсолютно родной город - Москва, там было много работы, много друзей, я приезжаю туда домой: Париж - просто его люблю: Владивосток? Поживем - увидим, я очарована городом!

- О вас часто говорят "русская актриса", вы так себя ощущаете?

- Я не люблю категоричность. Часто говорят: "Вы оптимист?" Как ответить на этот вопрос? Если минуту назад меня стукнули по голове, то сейчас я не совсем оптимист, понимаете? Я родилась в Вильнюсе, я литовка. Национальный вопрос - вообще очень сложный, я стараюсь его не затрагивать, сегодня, можно сказать, впервые. Когда мой муж первый раз приехал в Литву знакомиться с моими друзьями, он спросил у одного: "Адам, какой ты национальности?". Адам отвечает: "Я еврей". Саймон удивился: "Еврей - это вероисповедание". Понимаете, из-за советского прошлого у нас извращенные понятия о том, что такое национальность.

- Вам легко было адаптироваться на Западе?

- Когда 14 лет назад приехала в Чикаго уже не с труппой, а сама по себе - играть в спектакле с Джоном Малковичем, было непросто. Самый настоящий культурный шок. Помню, пошла первый раз в супермаркет - нужно было купить соль, кофе, хлеб. Зашла - а там 20 сортов соли. Мне не нужно было 20, мне нужна просто соль, понимаете? Я стояла и не знала, какую купить. Все вокруг было другое. Даже отношения в театре. Коды общения, это ведь в подкорке: Везде приличны разные вещи, понимаете? И что прилично в другой стране - ты не знаешь:

Проститутку играю на русском

- В Лондоне вы работаете в театре?

- Ваш вопрос подразумевает, что в Лондоне в театре можно работать, как в Москве, - постоянно. На самом деле не так. Другая система. Условно ее можно назвать антрепризой или системой контрактов. Если бы я работала в Лондоне, не сидела бы здесь сейчас. Работа там - это четыре недели постоянных репетиций (если ставится Шекспир - то шесть), а затем - спектакли восемь раз в неделю, и продолжаются они в зависимости от театра от шести недель до полугода. Так что сейчас в театре Old vic я не работаю, но играла год назад.

Old vic - известнейший театр, начинал его Лоуренс Оливье, а сейчас им руководит Кевин Спейси. В его первом спектакле - "Клоака" - я играла в прошлом году,  четыре месяца, 100 представлений. Роль моя была - проститутка, я играла ее на русском языке, кстати.

- Почему вы дали согласие сняться в фильме "Ночной продавец"?

- Мне кажется, что нужно давать людям шанс попробовать себя. Когда пришли Валерий Рожнов и Сергей Сельянов и сказали: "Ингеборга, это всего лишь 10 дней съемок", я подумала: 10 дней не жалко на попытку молодого режиссера сделать свое кино. Пусть это кино не будет шедевром, но, может, его следующий фильм будет шедевром? Сценарий был очень интересным, черная комедия, неожиданная роль:

- В литовских проектах принимаете участие?

- Слишком давно не снималась на родине. Хочу ли? Да. Почему не работаю? Потому что так сложилось. Мне вообще трудно ответить на вопрос "почему не?". Намного проще сказать, почему я буду что-то делать или что-то сделала. Собственно, я и предпочитаю такие вопросы.

- Есть ли у вас фильм, который вам дорог?

- Есть. "Как украсть миллион" с Одри Хепберн и Питером О'Тулом. Это романтическая комедия, но с тех пор, как я ее посмотрела еще в подростковом возрасте, она всегда поднимала мне настроение. И Питер О'Тул - такой красавец. И когда они целовались в чуланчике, это было просто как бабочки в животе. Между прочим, действие фильма происходит в Париже (смеется). А самое удивительное - у этой истории есть продолжение. Когда я играла "Клоаку" в Лондоне, к нам на спектакль часто приходили разные знаменитости. И вот как-то завтруппой говорит: сегодня в зале Питер О'Тул. Впервые я заволновалась. В процессе спектакля я на сцене показывала стриптиз. А он сидел в первом ряду. И когда мы вышли на поклон, подумала: не могу ему не улыбнуться. Подошла, заглянула в глаза и улыбнулась. И О'Тул сделал так (показывает, поднимая сцепленные руки над головой). С этим я ходила целую неделю: боже, мне аплодировал сам О'Тул!

Послеслужебный роман

- Вы работаете вместе с мужем?

- Мы с Саймоном познакомились на работе. В Чикаго я играла с Джоном Малковичем в спектакле "Ошибка речи". Режиссером был Саймон Соукс. Играли мы семь месяцев по восемь раз в неделю. А в конце я влюбилась в режиссера и вышла за него замуж.

- Это можно назвать служебным романом?

- Скорее, послеслужебным (хохочет). Пока мы работали, романа не было. Мы работали. Знаете, выпустить спектакль за четыре недели - это значит, что времени не остается ни на что, тем более на роман.

Второй раз вместе с мужем мы работали спустя семь лет, Саймон ставил пьесу, в которой драматург написал роль специально для меня,  и выхода не было (улыбается). А так: Он делает свое дело, я свое. Работать с ним только потому, что я его жена, мне неинтересно, и Саймону неинтересно.

- Вы любите футбол?

- Люблю вникать в драматургию чемпионата, понимаете? Мне нравится болеть за маленькую команду, которая совсем не имеет шансов на первые места. "Луч-Энергия", говорите? (хохочет). Пока за нее не болела, посмотрим:

- Вы прилетели во Владивосток...

- Из Праги. Там снималась в фильме "Молодой Ганнибал" - это приквел "Молчания ягнят". Играла мать Ганнибала Лектора. Да-да, ту самую, что воспитала его (хохочет). Куда поеду после фестиваля? В Вильнюс - встречать Рождество с бабушкой Геновайте. Ей 100 лет и полгода, она всегда уточняет, потому что в 100 лет и половина важна.

- Какое блюдо вам более всего нравится готовить?

- Не знаю. Утром я ем овсянку, но это не значит, что всей на свете утренней еде я предпочитаю овсянку! Я люблю разную еду. И готовлю довольно редко. Особенно мужу - мы с ним так редко бываем вместе, к сожалению. И не очень люблю отвечать на личные вопросы.

- Вы частенько появляетесь в российских мужских журналах в списках самых сексуальных женщин. Что по этому поводу думаете вы и ваш муж?

- Я всегда говорю: спасибо, что вы так хорошо обо мне подумали. А муж не читает по-русски, но (смеется) я думаю, что ему приятно.