Родина Ким Бен Хо

Этот уютный распадок у самого подножия Чандолаза хранил большую тайну. Здесь я и студент Дальрыбвтуза Дмитрий нашли в прошлом году чугунную посуду с иероглифами и два каменных жернова.

15 дек. 2004 Электронная версия газеты "Владивосток" №1672 от 15 дек. 2004

История одной находки

Этот уютный распадок у самого подножия Чандолаза хранил большую тайну. Здесь я и студент Дальрыбвтуза Дмитрий нашли в прошлом году чугунную посуду с иероглифами и два каменных жернова.

Но не только вещественные находки свидетельствовали о жизни людей в долине. Пологие склоны сопок могли быть полями, а плоская возвышенность, явно искусственного происхождения, местом, где стоял дом. Обложенный камнями ров мог быть основанием погреба для хранения картофеля и овощей.

- Чжурчжэни? - высказал предположение Дима.

- Скорее всего крестьяне-корейцы, - ответил я. - Вещи еще не успели покрыться землей, и деревья на равнине не такие уж старые.

Тогда мы решили, что поселение возникло в конце XIX - начале XX веков. Исчезло, по-видимому, в

30-е годы прошлого века, когда корейцев в связи с напряжением на границе насильно переселяли в Среднюю Азию.

- Жаль, мы никогда не сможем узнать в точности, кто здесь жил и чем занимался, - заметил Дима.

Однако я с ним не согласился. В 90-е годы по разным причинам из Узбекистана, Таджикистана и Казахстана в Приморье вернулись сотни корейцев. Конечно, вряд ли кто-то из ссыльных 30-х годов остался в живых: слишком много времени прошло с тех пор. И все же не столько, чтобы последующее поколение начисто забыло рассказы отцов и дедов.

Я подходил к корейцам, торгующим овощами и фруктами на рынках, расспрашивал их, кто и откуда родом, где жили предки. У большинства отцы и матери жили прежде в Ханкайской долине, Спасском и Хасанском районах, у кого-то в Шкотовском.

Но нынешней осенью мое любопытство было вознаграждено. На повороте к Врангелю я остановился, чтобы купить арбуз. Как всегда, поинтересовался у женщины-продавца родословной.

- Мои предки жили у Ханки, - ответила она, - а мужа - под Чандолазом.

Пожалуй, мое состояние можно было сравнить только с радостью старателя, чудом отыскавшего золотой самородок. Не веря в свою удачу, записал адрес семьи в Новицком, фамилию, имя и отчество главы. Договорились, что я приеду в гости в ближайший выходной, к вечеру, когда торговля свернется.

Так состоялось знакомство. Михаилу Степановичу Киму исполнилось 65 лет. Он родился в Узбекистане и не раз слышал рассказ отца Ким Бен Хо о чудном месте под Чандолазом, где плодородный распадок между сопками пересекают сразу три ручья. Основал поселение дедушка Михаила Степановича - Ким Сэ Кый, родившийся в 1871 году в Корее.

Добирался сюда молодой и полный сил человек вместе с женой несколько лет. Вначале построил под Чандолазом землянку, корчевал лес и кустарник, готовил поля. Постепенно построил хороший дом, подсобные помещения, завел несколько коров, свиней, много разнообразной птицы. На земле выращивал кукурузу, чумизу, картофель, сою и овощи.

У Ким Сэ Кыя с женой было 13 детей. Последний, Бен Хо, родился в 1910 году. Он единственный остался в живых, остальных унесли болезни.

Дедушку и бабушку мой собеседник помнит смутно. Мужчина умер в 1945 году, женщина - в 1948-м. Ким Бен Хо дожил до 1987 года. Он постоянно говорил своему сыну и снохе, чтобы те возвращались на родину в Приморье, поближе к сопке Чандолаз.

Я слушал рассказ пожилого человека о событиях ноября 1937 года. В то время из Приморья выслали около 400 тысяч корейцев. Узбекистан встретил поселенцев сурово. Бараков всем не хватило, строили хижины из тростника.

Спустя два десятилетия на бывших малярийных болотах возникли благодатные оазисы. Хлопковые поля и виноградники орошала вода из арыков. На зеленых пастбищах нагуливали привесы овцы и быки. Возникли поселки с богатыми усадьбами, фермами и мастерскими. Все это благодаря удивительному трудолюбию и упорству корейских крестьян.

Колхозы имени Буденного и «Правда», основанные поселенцами, стали миллионерами. 23 корейца, работавшие в них полеводами и животноводами, носили звание Героя Социалистического Труда. Орденоносцем стал тринадцатый ребенок Ким Сэ Кыя - Ким Бен Хо.

В 90-е годы с распадом СССР история с переселением повторилась в обратном направлении. Все чаще корейцы в Узбекистане слышали упреки, что, дескать, захватили самые удобные земли, самые лучшие дома. Корейцы потянулись в Приморье, на родину своих дедов и отцов.

Опять пришлось начинать с нуля. Семья Михаила Кима арендовала заброшенную землю под Казанкой, взялась выращивать бахчевые. По копейке собрали деньги на покупку дома в Новицком.

- Нелегкая у вас доля, - говорю сочувственно хозяину.

- Нелегкая, но наш народ привык к испытаниям, - соглашается Михаил Степанович. - Земля дает нам и силу, и достаток, а ее в Приморье всем хватит.

После беседы мы вышли во двор, чтобы попрощаться. По трассе Находка - Партизанск неслись автомашины. Пахло горевшим жнивьем. Заходящее солнце освещало последними лучами хребет Чандолаз, о котором рассказывал своему сыну, родившемуся в Узбекистане, отец Ким Бен Хо.