Старинные часы - шарм настоящего времени, или «Ваше благородие» из прошлого века

Почему-то считается, что дарить часы плохая примета. Владимир Потоцкий, который последние несколько лет посвятил себя благородной и дорогой страсти - коллекционированию старинных часов: настенных, каминных, напольных, мог бы с этим поспорить. Ему часто снится бой старинных часов, тех, что из детства. И тогда он просыпается с ощущением ожидающей его радости и удачи. Так оно и происходит.

10 дек. 2004 Электронная версия газеты "Владивосток" №1671 от 10 дек. 2004

Почему-то считается, что дарить часы плохая примета. Владимир Потоцкий, который последние несколько лет посвятил себя благородной и дорогой страсти - коллекционированию старинных часов: настенных, каминных, напольных, мог бы с этим поспорить. Ему часто снится бой старинных часов, тех, что из детства. И тогда он просыпается с ощущением ожидающей его радости и удачи. Так оно и происходит.

Сам Потоцкий не так давно подарил настенные «часики-лилипутики», правда, современного производства, жене Наташе - они ей очень понравились во время поездки в Париж. Сейчас французские сувенирные «ходики» украшают их спальню и составляют прекрасную компанию еще почти 30 почтенным «сотоварищам», вернее было бы сказать, господам - учитывая их почтенный возраст и благородное происхождение: Австрия, Германия, Англия, Япония. Российских тоже хватает, но уже более позднего периода.

- Удивительно, но факт - самые первые часы, которые положили начало моей коллекции, привезли с Украины, можно сказать, с исторической родины, откуда вся родня переселилась на Дальний Восток, хотя сам я родился в Приморье, - рассказывает Владимир Потоцкий. - Это массивные напольные часы черного дерева с «густым» боем австрийского производства, конец ХIХ века.

Сегодня они, без всякого преувеличения, самое главное украшение интерьера, поэтому расположились в гостиной. Пришельцы из позапрошлого века, часы смотрятся по старомодному фасонисто и величественно, несмотря даже на то, что кое-где облетели деревянные украшения. До их «макушки» не дотянешься: два с лишнем метра в высоту - фигурные стрелки, огромный, размером с тазик, циферблат - такие часы сейчас увидишь разве что в музее или в кино.

В замечательной коллекции Владимира Потоцкого уживаются самые разные часы (их роднит только одно - все они механические). На кухне нельзя не заметить строгие по форме японские часы 20-х годов прошлого века - они заводятся против часовой стрелки, и шестеренки в них тоже крутятся в обратную сторону, при этом часы обладают самым точным из всего собрания ходом. Рядом немецкие из позапрошлого века - Trade mark с роскошным медным маятником. К слову, у них единственных сохранился родной ключ для завода.

Французские Le Roy 60-х годов ХIХ века, украшенные изящной женской головкой, видишь сразу же, как только попадаешь в просторную квартиру Потоцких. Рядом с ними русские часы знаменитого Орловского часового завода, 1937 год. К слову, чем дороже часы, тем меньше в них вычурности и помпезности.

- А вас не раздражает это беспрестанное тиканье во всех комнатах, на все лады, да еще ежечасный бой, даже ночью? - не удерживаюсь я от провокационного вопроса.

- Нисколько, скорее, наоборот. Что касается боя - это же настоящая музыка и сну совершенно не мешает. Вообще у каждых часов свой голос: у одних - бас, у других баритон, у третьих - меццо-сопрано.

- В окружении стольких часовых механизмов не возникает ощущения, что очень быстро уходит-утекает время?

- Кто-то из великих сказал: «Это не время проходит, а мы проходим сквозь время».

Одно из последних приобретений Владимира Потоцкого и предмет его особой гордости - морской хронометр с клеймом «Сделано в СССР» производства Московского часового завода им. Кирова. Футляр из красного дерева, вместо подшипника - алмаз, а сколько драгоценных металлов использовано при производстве этого сверхточного прибора. Да, не перевелись еще в России хранители времени!

При этом хочется заметить, что с отечественным часовым искусством связано не только имя знаменитого Павла Буре. Настоящие знатоки гораздо выше ценят работы менее известных, но в чем-то даже более талантливых братьев Четуновых, живших в Москве в ХIХ веке. Братья Четуновы сами занимались изготовлением сложнейших механизмов. Буре же закупал их в Швейцарии, а в России производил только сборку.

 Сейчас Потоцкий мечтает приобрести еще одни корабельные часы, «расписанные» на 24 часа. И… простенькие ходики с жестяным циферблатом, которые одно время можно было купить в любом сельпо, теперь же они как сквозь землю провалились.

 Вообще-то часы требуют немало внимания. Особенно напольные, настенные, каминные. Их нужно регулярно заводить, чистить, точно вывешивать или выставлять для идеального хода.

Владимир Потоцкий никому не доверяет этой процедуры: ни жене, ни трем своим дочерям. Он священнодействует сам. И делает это с особым удовольствием, как правило, после рабочего дня. Во-первых, уже никуда не нужно спешить. Во-вторых, это снимает усталость.

В-третьих, к каждым часам он умеет подобрать свой ключик, в прямом и переносном смысле слова. Здесь важно знать, с каким усилием провернуть ключик, на сколько оборотов, чтобы не сорвать старый механизм. Потоцкий его чувствует как живой организм. Быть может, потому, что в свое время получил два образования: одно техническое, второе - медицинское.

- Самая большая проблема с содержанием старинных часов состоит в том, что их некачественно реставрируют: используют элементы механизмов, которые не соответствуют оригиналу, - продолжает свой рассказ Владимир Потоцкий. - На иной коллекционной вещи, к примеру, английского производства, можно увидеть деку Челябинского часового завода. Опытные мастера все старинные детали восстанавливают вручную.

Практически у каждого коллекционера есть собственный реставратор. Несколько лет назад судьба свела меня с прекрасным мастером Андреем Павловичем. Он всегда старается не просто поставить часы на ход, но также по возможности сохранить старые детали.

Редкость наряду с уникальностью - непременное условие коллекционной ценности часов. Хотя термин «тираж» относится скорее к современному рынку, огромные партии часов от Павла Буре, фирм Моser, Gustav Becker и других еще в ХIХ - начале ХХ веков буквально заполонили Россию. Этих часов сохранилось такое количество, что, несмотря на солидный возраст, стоимость их не превышает 80 долларов, а коллекционная ценность равна нулю.

Положение может спасти лишь факт принадлежности часов известному лицу или причастности историческому моменту.

Первое, что сделает эксперт по антиквариату, взяв в руки старинные часы, - заглянет в механизм, выяснит, рабочий ли он, родные ли в нем детали. Только после этого займется «рубашкой». Чтобы попасть в коллекцию, часы должны быть на ходу. Во всех ведущих музеях мира, в том же Лувре, Эрмитаже все старинные часы идут. Никто не коллекционирует «мертвые» часы.

- Старинные вещи греют душу! - восклицает Владимир Потоцкий при прощании. - От них веет прошедшим временем, где по-другому жили, иначе чувствовали. Они имеют тот ни с чем не сравнимый шарм и аромат, который придает особую прелесть времени настоящему.

КСТАТИ

Сегодня коллекционеры дарят особой благосклонностью каминные часы, в основном английского производства, с улиточной цепной передачей. Стальная пружина для этого механизма изготавливалась по специальным требованиям на заказ, поэтому огромное количество экземпляров ХVIII века до сих пор ходит с высокой точностью. К тому же у каминных часов красивый бой: простой - с одним колокольчиком, отбивающим полчаса и час, и сложный - с 12 колокольчиками и барабаном на 12 мелодий.