Пятилетка темноты

Еще несколько лет назад Приморье считалось проклятым местом, а Владивостоком пугали непослушных детишек по всей России. Да и сами жители края грешным делом думали, что прогневили бога. А как прикажете понимать тот факт, что почти всю последнюю пятилетку ушедшего века регион провел в затемнении – наподобие прифронтовых городов в ожидании бомбежек.

15 июль 2004 Электронная версия газеты "Владивосток" №1589 от 15 июль 2004

Еще несколько лет назад Приморье считалось проклятым местом, а Владивостоком пугали непослушных детишек по всей России. Да и сами жители края грешным делом думали, что прогневили бога. А как прикажете понимать тот факт, что почти всю последнюю пятилетку ушедшего века регион провел в затемнении – наподобие прифронтовых городов в ожидании бомбежек.
Электричество в жилые дома подавали по 8-12 часов в сутки. Разрабатывались графики поступления электроэнергии. Однако общая продолжительность и временные рамки не выдерживались. Целые города и поселки, в краевом центре микрорайоны и улицы враз гасли, погружаясь в пучину темноты в утренние и вечерние часы пик. Обесточенными оказывались водоводы. Останавливались троллейбусы и трамваи. На промышленных предприятиях вводились ночные смены вместо традиционных дневных, потому что только ночью производство и получало электричество. Свет более-менее стабильно подавался на объекты жизнеобеспечения, в больницы и школы (а также  в дома-счастливчики, находящиеся в зоне обслуживания этих подстанций). Хотя и они не были застрахованы от перегрузок или аварий: памятны случаи гибели людей на операционных столах, остановок котельных, из-за чего приходилось зимой срочно сливать горячую воду из систем.


Даже наш терпеливый народ не выдерживал столь длительного издевательского насилия над собой. Неделями и месяцами у людей не было возможности нормально помыться, постирать, приготовить горячую еду, школьникам выполнить домашнее задание, элементарно согреться возле батарей. Портились продукты в холодильниках, рывки напряжений выводили из строя бытовое электрооборудование. По вечерам возле многоэтажек разжигали костры, на которых варили каши и супы, кипятили воду.  Особенно трудно приходилось тем, у кого на руках были немощные старики, инвалиды, маленькие дети. Сотни тысяч человек вернули во времена доиндустриального периода.
А когда лишения и унижения достигали своего пика, начинался народный бунт. Возмущенные приморцы выходили на улицы, перекрывали движение на автодорогах, пикетировали здания краевой и городской администраций, писали письма в Москву с просьбой о помощи, даже останавливали поезда на Транссибирской магистрали. И лишь в этих случаях, да и то не всегда, на встречу приходили представители власти. Как правило, на митинги и перекрытия отправлялись сотрудники милиции, которые после дежурств оказывались точно в таких же условиях. Совсем редкостью были переговоры мэров или губернатора с населением - невразумительные обещания не выполнялись. Были судебные тяжбы с «Дальэнерго», но и те завершались провалом для администраций городов и края. В чем же крылась причина столь тяжелого затяжного кризиса для Приморья?
В сознательно заниженных тарифах и неплатежах за потребленную электро- и теплоэнергию. Что касается тарифов, то здесь имело место глубокое заблуждение. Предыдущий губернатор Евгений Наздратенко считал, что реальные цены на тепло и свет непосильны для населения и промышленности. За счет низких расценок можно сделать конкурентными приморские товары, поддержать экономику и не допустить обнищания людей. Поэтому появляется пресловутое 1001-е постановление. В расчете на дотации Москвы. На первых порах федеральный центр покрывал расходы. Но десятки других республик, краев и областей помощи из столицы не получали, поэтому довольно скоро и наш регион лишился поддержки. Но и в этом случае Евгений Иванович продолжал свою губительную политику. Региональные энергетические комиссии, подчиненные администрации края, выполняли указание «Белого дома». Поэтому тарифы оказались убийственно убыточными для энергетиков.
Но даже по заниженным расценкам никто не хотел платить. За некоторыми муниципалитетами и организациями жилищно-коммунальной сферы долги тянутся уже более 10 лет. Особенно “преуспел” по части задолженности Владивосток при мэре, общавшемся с космосом, ввозившем пачками  иномарки в “круизе для своих”. Следовавшие за ним главы администраций до сих пор не могут рассчитаться по той астрономической сумме. Понятно, что заложником политики отрицания стало само население.
В 90-х годах именно энергетика оказалась в роли невольного “спонсора” многих предприятий, бюджетных организаций и муниципалитетов, постоянно дотируя их. Но даже самая крупная отрасль не может тащить на своих плечах всех остальных. Вначале “Дальэнерго” отказалось от новых проектов, на долгие годы пришлось заморозить введение в строй дополнительных энергоблоков и котлов, ЛЭП и теплотрасс, не было денег на современные технологии и оборудование. Потом не стало хватать денег на заработную плату. Многотысячные коллективы своими зарплатами оплачивали амбициозность и тупость мнимых политиков. А когда детей стало нечем кормить, энергетики решились на голодовки. Причем работу они не бросали, после смен ложились в красных уголках на матрацы, пили только кипяченую воду. Но и это еще не все. Отсутствие оплаты тепла и света, постоянные кредиты в банках и проценты по ним на покупку топлива поставили “Дальэнерго” в тяжелейшее финансовое положение. Поставщики твердого и жидкого топлива стали отказывать энергетикам Приморья в угле и мазуте. Это, в свою очередь, привело к проблемам на теплоэлектроцентралях края. Усугубили ситуацию аварии на ТЭЦ и ГРЭС, ведь и ремонтные программы не выполнялись в полном объеме. Круг замкнулся. Приморье охватил затяжной энергетический кризис.
Разорвать этот порочный круг удалось только с созданием антикризисного штаба РАО “ЕЭС России”, с образованием Дальневосточной энергетической управляющей компании, с приходом в отрасль новой команды менеджмента во главе с Виктором Мясником. Его команде удалось в короткий срок переломить положение: были приняты реальные тарифы, должники стали оплачивать свет и тепло, а также гасить долги прошлых лет. Изменился сам подход к работе, энергетика превратилась в оперативную и технологически современную отрасль.