Здесь было НТВ…

Вообще-то о визите московских журналистов телекомпании НТВ, снимающей во Владивостоке фильм о китобоях, уже давно все подробно написали. А потому речь о другом… Съемки очередной серии документальной ленты, посвященной реалиям из жизни Страны Советов стали причиной командировки во Владивосток Ильи Зимина, выпускника журфака ДВГУ, сегодня журналиста НТВ, москвича, преуспевающего молодого человека, которого многие во Владивостоке по-прежнему зовут Илюха. В беседе с корр. "В" Илья Зимин говорил о профессии.

30 апр. 2004 Электронная версия газеты "Владивосток" №1550 от 30 апр. 2004

Вообще-то о визите московских журналистов телекомпании НТВ, снимающей во Владивостоке фильм о китобоях, уже давно все подробно написали. А потому речь о другом…  Съемки очередной серии документальной ленты, посвященной реалиям из жизни Страны Советов стали причиной командировки во Владивосток Ильи Зимина, выпускника журфака ДВГУ, сегодня журналиста НТВ, москвича, преуспевающего молодого человека, которого многие во Владивостоке по-прежнему  зовут Илюха. В беседе  с корр. "В" Илья Зимин говорил о профессии.

- Илья, ты можешь продолжить мысленно маршрут Владивосток-Москва-…

- Не хотел бы для себя исключать возможность отъезда за границу… Хотя страшновато, не знаю, чем бы там занимался. Наша профессия там вряд ли пригодится. Владимир Познер в своих многочисленных юбилейных интервью интересен прежде всего как человек, личность большого масштаба, которая формировалась и в Америке, и в Советском Союзе. Журналистика прикладывается уже к этой личности... А для того, чтобы  профессионально работать в Америке, надо как минимум идеально знать язык. Этого знания у меня нет и вряд ли появится… Впервые я подумал об отъезде, когда начали закрываться телекомпании, где я работал: ТВ-6, НТВ.

Я переходил с одного канала на другой и было как-то грустно и неясно, что будет дальше. Но по большому счету было понятно, что оставаться в профессии будет совершенно неинтересно, поскольку устанавливается регламент на то, о чем можно и чего нельзя говорить.

- В книге Шендеровича "Здесь было НТВ" достаточно подробно описан конфликт телекомпании с властью. Ты после этого работал в других телекомпаниях, сегодня - снова НТВ. Журналист может договориться с самим собой?

- Этот конфликт все мы переживали по-разному, Шендерович ничего не преувеличил, все описано точно так, как было. Потом, кстати, у него вышли еще две книги "Здесь было ТВ-6", "Здесь было ТВС". Сначала трансформировались шутки и остроты, которые Шендеровчи придумывал для передачи "Маски-шоу", потом сама передача стала невозможной. Договориться с самим собой, наверное, кт-то может, кто-то - нет. Есть другая возможность - снимать то, что впрямую не связано с политикой. У меня появился интерес к документальному фильму, чем мы сейчас и занимаемся. Помнишь проект "Новейшая история", который начинал Евгений Киселев, бывший генеральный директор НТВ? Он был посвящен известным историческим личностям. Мы решили воз-родить его на НТВ, но вспоминаем прошлое на бытовом уровне. Советские реалии быта, советский юмор… Недавно мы сняли фильм о джинсах. Сегодня это обычная одежда. Но еще 20 лет назад джинсы были причиной сломанных судебы. Людям припечатывали ярлык "фарцовщик", сажали в тюрьму, расстреливали! Словом, это тоже история, но через рядового человека. Фильм, который мы снимаем сейчас, посвящен еде. Название пока не придумали. История ведется с начала прошлого века - фабрики-кухни, голод, война, продуктовые карточки… Во Владивостоке мы снимаем историю китового мяса, которое продавалось во магазинах. В городе многие помнят, как возвращалась китобойная флотилия с промысла. В частности, моя мама рассказывала, как студенты и китобои, вернувшиеся с промысла, встречались в ресторане "Гудок". Рейс заканчивался обычно в июне. Студенты, сдав сессию, шли потанцевать, а китобои шли г-гулять, получив зарплату за весь рейс (8 месяцев). Понятно, что силы были неравными. Китобои заказывали ресторанному оркестру "Марш китобоев" 10 раз подряд, и студенты стоически выслушивали. Им больше ничего не оставалось…

- Сегодня социалистическое прошлое выглядит совсем не страшным, напротив, очень даже симпатичным, полным как раз бытового юмора. Говорят, что сегодня возрождается социализм, просто мы не замечаем… Что ты думаешь об этом?

- Говорят еще "И в этом нет ничего плохого"… Нет, я думаю, что назад вернуться невозможно, можно просто оказать в другой ситуации. Похожей. И не факт, что она будет лучше.

- Кстати, о професии. Не интересно то, что связано с политикой, но сама-то по себе журналистика дает массу интересного материала.

- Это правда. У меня в Москве начинается депрессия, если я нахожусь там больше месяца. Хочется ехать куда-то, и на самом деле это, наверное, спасает. Работать на НТВ пока можно. Снимать какие-то интересные вещи, которые неориентированы политически. К примеру, пока я работал и жил во Владивостоке, мне не довелось побывать в Японии. В командировку в эту страну я поехал из Москвы. Мы снимали большой материал о японской армии, которая де-юре не существует. Но сегодня ситуация в Японии меняется и мы об этом делали материал. Между прочим, мы были первыми российскими журналистами (нам сказали об этом в Штабе сил самообороны Японии), которые попали туда…

- Жунралистика - не профессия, а образ жизни. Ты считаешь, сегодня этот принцип остается в силе?

- Журналистика - становится нормальным промыслом. Не ради идеи работают, как когда-то, не из-за романтики, а за деньги. Ты хорошо работаешь - тебе платят, плохо -не платят. С одной стороны это хорошо, с другой… Мне кажется, что в этой профессии какая-то романтика должна оставаться. Не механическое написание слов ценно, в конце концов, а  какой-то драйв желание увидеть новое и взглянуть по-новому на старое.

- Илья, ты к Москве сложно привыкал?

- У меня не было конфликта с городом, у города, смею надеяться, не было конфликта со мной. Все как-то спокойно прошло. Но Москву я не любил и не люблю. И не считаю ее своим городом. Она не близка мне ни по духу, ни и по архитектуре даже. Эти широкие проспекты не для человека, а для того, чтобы, если упадет бомба и развалятся дома, чтобы между этими развалинами проехали танки. Но не для людей, не для того, чтобы как в той же Европе можно было аккуратно перейти дорогу и сходить с булочную в домашних тапочках. А стиль города диктует стиль жизни. Я часто думаю, что Москва - средоточие денег, власти, амбиций. Не может один город нести столько функций. Но знаешь, уехать в столицу из провинции - это очень многоступенчатый вопрос. Мне очень хотелось попробовать себя в новом качестве, во Владивостоке в тот момент это было невозможно. Москва дает больше шансов. Хотя мне и сейчас очень нравится фраза "Владивосток  слишком далек от Москвы, чтобы считать себя провинцией". Я уверен, что это так. Владивосток  абсолютно не провинциальный город, тем более, что именно здесь началась моя журналистика. Мне посчастливилось, я закончил школу одновременно с перестройкой. Как будто свежий ветер подул. Открылся "закрытый порт Владивосток", появились первые иностранцы… Это был какой-то другой воздух, и это ощущение прочно связано с первыми профессиональными шагами.

- Какую форму сегодня может принять "свежий ветер"?

- Сейчас трудно чем-то удивить… Все уже было…  Пожалуй, самое интересное - люди. Надо просто найти их. Не случайно мы в своем проекте рассматриваем прошлое глазами обычного человека. Журналистика в принципе уходит сегодня в человеческий план. Все остальное - доклад на совещании.

СПРАВКА "В"

Илья ЗИМИН, тележурналист. Закончил факультет журналистики ДВГУ в 1994 году. Места работы - РВК, ГТРК "Владивосток". С 1995 года - Дальневосточное бюро НТВ. С 2000 -  Москва: телекомпании НТВ, ТВ-6, ТВС, НТВ. Не женат.