В Италии всякий труд в почете

Залитые утренним солнцем черепичные крыши итальянского города N, клочок синего неба над головой, непременный атрибут итальянских кварталов – веревки, унизанные стираным бельем, и слегка раздраженный окрик матери семейства: “Хватит валяться! Пора вставать!”. Так начинается премьерный спектакль академического театра драмы им. М. Горького “Моя профессия – синьор из общества”, ставший настоящим подарком для зрителей к началу весны.

4 март 2003 Электронная версия газеты "Владивосток" №1318 от 4 март 2003

Залитые утренним солнцем черепичные крыши итальянского города N, клочок синего неба над головой, непременный атрибут итальянских кварталов – веревки, унизанные стираным бельем, и слегка раздраженный окрик матери семейства: “Хватит валяться! Пора вставать!”. Так начинается премьерный спектакль академического театра драмы им. М. Горького “Моя профессия – синьор из общества”, ставший настоящим подарком для зрителей к началу весны.  


Что это вообще за профессия такая загадочная – синьор из общества? Уже из первой сцены становится очевидным, что это некое подобие “свадебного генерала” в нашем представлении. Средства к существованию синьор Папагатто  добывает для своей семьи весьма своеобразно: облачившись в парадный военный мундир, посещает всевозможные светские рауты и презентации,  где, грубо говоря, непосредственно с фуршетного стола набивает свои карманы деликатесами и дорогой выпивкой прямо в бутылках. Сомнительный друг семьи ловкач Антонио сбывает продукты в съестной лавке, естественно, за проценты. Вырученные от сделки  лиры – единственный доход Леониды Папагатто. Вечное безденежье, закладывание в ломбард мало-мальски приличных вещей становится сначала поводом к скандалу, потом к рождению отчаянной идеи, посетившей голову синьора Леониды. Жизнь семьи с этого момента превращается в маленький сумасшедший дом.

Удачные актерские находки и режиссерские придумки настолько изобретательны и комичны, что зал не перестает заходиться смехом.  Всегда изящная Светлана Салахутдинова просто великолепна в образе Матильды – этакой пышногрудой дамы без возраста, умудряющейся любую происходящую ситуацию ассоциировать с классической драматургией. Оно и понятно, ведь Матильда служит в театре, точнее работает служительницей в театральном сортире. Ни одной реплики у актера Владимира Кияна, но его дедок в инвалидном кресле, со своими причудами – постоянный повод к гомерическому хохоту в зале. Точно найден образ пройдохи Антонио (актер Евгений Горенко). Еще раз поразил зрителей своим фантастическим динамизмом Сергей Меньшов – отпрыск семейки Папагатто, уморительно трясущийся в диско-конвульсиях после трехдневного танцевального марафона.  Прохиндей Веллуто (актер Евгений Вейгель), нанятый изображать медицинского светилу, вообще способен доконать любого со своим слесарным набором, грудой наваленным в докторский саквояж.

Возможно, не самые выигрышные роли у главных персонажей – супружеской четы Папагатто (актеры Ирина Кулешова и Сергей Миллер), но каждый из них по-своему органичен, экспрессивен. И уж совсем не бенефисная  роль у Влада Яскина – мнимый убиенный. Но каждое его зловещее появление из своего убежища с целью напугать до смерти юного Николетто (студент ДВГАИ  Анатолий Завьялов) имело абсолютно обратную реакцию зрительного зала. Представители благотворительного комитета, учрежденного с корыстными целями синьором Леонидой – почти водевильная компания ( заслуженная актриса России Ирина Присяжнюк, актеры Вадим Дубодел и Людмила Дмитриева) тоже вносят свою комическую ноту в происходящее.

Декорации художника Владимира Колтунова, на первый взгляд, лаконичны и просты, но на протяжении спектакля каждая деталь обыгрывается самым замечательным образом: дверка кухонного шкафа оказывается участницей перебранки между героинями,  верхняя панель того же шкафа – танцевальной площадкой. Даже инвалидное кресло легко становится элементом танца в чудной сцене объяснения молодых героев. Свет, проникающий в комнату через прикрытые жалюзи, создающий иллюзию теплого летнего дня, протекающая крыша, сквозь которую капают в тазики монотонные,  как щелчки метронома, дождевые капли, любимое Владимиром Кузьмичом звездное небо...…

Режиссер спектакля Игорь Гуревич определил жанр спектакля как комедию положений. Втянутые в авантюру персонажи настолько запутываются в создавшейся ситуации, что, кажется, им не выпутаться. Но, умытые настоящим дождем, льющимся из-под колосников,  они предстают в финале пьесы свободными от прежних пороков, сумевшими сохранить свое человеческое достоинство.