Не зовите Галю

В бытность студентками мы гадали на блюдце, не оглядываясь ни на какие Святки, а по мере надобности, в любое время года и суток. Срочно нужно, допустим, узнать, кто тебе парень, с которым ты только что познакомилась, – жених.

18 янв. 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1106 от 18 янв. 2002
Не зовите Галю
Кира КРОНИНА


В бытность студентками мы гадали на блюдце, не оглядываясь ни на какие Святки, а по мере надобности, в любое время года и суток. Срочно нужно, допустим, узнать, кто тебе парень, с которым ты только что познакомилась, – жених

или просто так, не пришей кобыле хвост, и подружки разворачивают на столе ватманский лист с буквами и цифрами и достают блюдце без картинок…

Для начала вызываем дух того или иного известного человека, задаем вопрос. Кроткий дух Натальи Гончаровой, не чинясь, назовет имя суженого. Лева Толстой – тот не прочь подшутить. Иосиф Виссарионович интеллигентно поставит зарвавшихся бездельниц на место: не лезьте, мол, с пустяками, спросите лучше имя предстоящего российского самодержца. Маяковского вызывать не трудитесь: пошлет по матушке. Есенина - тоже.

А взять Галину Бениславскую?

Пользуясь случаем, расскажем немного об этой женщине, которая сделалась известной благодаря своей роковой любви к Сергею Есенину. В прессе ее имя начали упоминать недавно, как, впрочем, и других людей, близких поэту.

3 декабря 1926 года Галина Бениславская застрелилась на Ваганьковском кладбище возле могилы Есенина, оставив записку: «Самоубилась здесь, хотя и знаю, что после смерти этой еще больше собак будут вешать на Есенина. Но и ему, и мне это будет все равно. В этой могиле для меня все самое дорогое, поэтому напоследок наплевать на Сосновского и общественное мнение, которое у Сосновского на поводу».

Самоубилась она, написав это грубо-лихорадочное послание потомкам, не сразу: битый час стоя у есенинского погребения, курила папиросу за папиросой, кропала автографы на коробах. Умерла после выстрела не сразу, и сторожу пришлось вызвать «скорую». Медики тщетно пытались вернуть женщину в кепи и темном поношенном пальто к жизни.

28-летнюю Галину Артуровну, уважив ее чувства, закопали рядом с Есениным. На памятнике написали: «Верная Галя».

Галя была внебрачной дочерью некоего француза и грузинки, кончившей свои дни в психиатрической больнице. Девочка воспитывалась в зажиточной семье родственников, окончила школу с золотой медалью. Вместо института благородных девиц, однако, Гале выпала гражданская война, дружба с большевиками и вроде бы неплохая по тем временам карьера: она вступила в партию, служила в ЧК, какое-то время жила в Кремле, зналась с вождями и теми, кто вокруг них, в том числе с неким Лейбой Сосновским, о существовании которого мы нынче знаем лишь из посмертной записки Бениславской.

В сентябре 1920 года Галя увидела и услышала Есенина на вечере в Политехническом музее – и, как говорится, понеслась душа в рай. Он маялся между прошлым и будущим. Она со своим темпераментом – «я близ Кавказа рождена!» - закрутилась в вихре между своим вроде бы вполне определившимся настоящим и смятенным миром Сергея.

Знались. Любились. Она писала в дневнике: «Если бы для него надо было бы умереть – не колеблясь, а если при этом знать, что он хотя бы ласково улыбнется, узнав про меня, смерть стала бы радостью…»

Существует версия, что Галину подослали из ВЧК шпионить за Есениным, но шпионы таких дневников, как правило, не ведут.

Влюбленные, пользуясь демократической моралью своего времени, щеголяли безнравственностью, изменяя друг другу направо и налево. Галина называла Айседору «старухой», страшно ревновала; Сергей, расставшись с Айседорой, вновь пристроился к своей «бывшей». Она, доказывая свою значительность на уровне какого-то Льва (сын Троцкого, будто бы), сходилась с кем попало. Некоторым образом моральная помойка, в общем. Ну а кончилось все чертовски романтично.

На одном из своих последних портретов Галина Бениславская старообразна, со взглядом исподлобья. Тем не менее ангелоподобный Есенин был в нее еще как влюблен… С лица воду не пить? Впрочем, может статься, было и лицо – фото нередко врут.

Но мы сейчас не об этом, мы о том, чей дух во время спиритического сеанса способен сказать вам правду и только правду. Владимир Ильич не без юмора наобещал моей подруге «Евгенда», и вскоре бог послал ей в женихи Евгения Демина. Вероломная девица прямо из-под венца дала тягу к другому. Где-то он сейчас, этот навороженный Демин?

Недавно мы (уже к своим дочерям!) вызвали Галину Бениславскую. Долго молчала. Потом блюдце сложило фразу: «Верная Галя».