Если это - не то…

Авария. Легковушка об легковушку. Впрочем, ничего серьезного: всего лишь какие-то 2 - 3 тысчонки на ремонт. Ну и худо-бедно членовредительство: сижу, точнее, полулежу на диване с перевязанной головой и читаю подручную статью про жизнь после смерти.

11 янв. 2002 Электронная версия газеты "Владивосток" №1102 от 11 янв. 2002
Авария. Легковушка об легковушку. Впрочем, ничего серьезного: всего лишь какие-то 2 - 3 тысчонки на ремонт. Ну и худо-бедно членовредительство: сижу, точнее, полулежу на диване с перевязанной головой и читаю подручную статью про жизнь после смерти.

Жизни после смерти, по мнению автора статьи, не бывает. Белые туннели и прочие штучки с потусторонними родными и близкими, которые нам мерещатся в переходном периоде с этого света на тот, являются результатом кислородного голодания мозга. Мозг наш помирает задом наперед: туннель вырисовывается как воспоминание о процессе нашего возвращения в текущую действительность.

Притомившись от чужих умных мыслей о наличии-безналичии параллельного мира (своих у меня по причине хилого возраста пока что не имеется), я соскальзываю в дремоту, и ко мне подваливает фактуристый молодой человек, отрекомендовавшийся моим усопшим в годовалом возрасте братцем Петенькой, и просит о небольшой услуге. Найди, мол, мое фото, которое завалилось под обложку маминого старого альбома, и поставь в день моего рождения на сервант, потому как… В общем, это как-то сработает на Петенькин престиж ТАМ. Альбом увела для своих нужд наша двоюродная сестрица Настька, ты, Костя, не сочти за труд, сходи к ней и сделай, как договариваемся. Ну а я при случае в долгу не останусь.

Кивнув напоследок, Петенька, довольный собой, уходит, за ним, словно стена, смыкаются похожие на помесь подсолнухов и одуванчиков растения.

Продрав глаза, озадаченно озираюсь. Треснулся головой, шишка на лбу, поэтому, видать, прошлые мозговые клетки впали в активность из-за повреждения настоящих… Да сдался мне этот Петенька! Я о нем уже век с лишним и думать забыл. Он помер, когда мне было четыре годика, и ничего общего с этим дюжим малым, с которым у нас только что состоялся дружеский треп, он не имеет…

К Настьке, конечно, наведываюсь. Таращится: да никакого там фото, зуб даю! Однако квадратик с сопливой мордочкой малютки выпадает на стол.

Что ж, несу домой. Маманя изумлена: «Костька, как ты догадался засунуть портретик в рамку? Ведь как раз сегодня двадцать лет тому назад… (Ну да, родился раб божий Петр Владимирович). Костька, да ты, оказывается, не забываешь братика!»

Мама всхлипывает без особой грусти, впрочем. А я ворочаю мозгами на тему: если это прикольное происшествие не доказательство существования ТОГО мира, то как прикажете понимать номер со мной?

P. S. Да, чуть не забыл. На днях мы с Мишкой в его «Тойоте» врезались в дерево. Машина – всмятку, Мишка - в больнице, я же как огурчик. Ну, Петька, ну дает!