«Наша окраина должна не забыть его добром»

150 лет назад родился первый дальневосточный писатель Александр Максимов. На берегу Серебрянки, в старом парке у районного Дома культуры поселка Терней, два года назад местные жители установили скромный памятник русским следопытам - 11 топографам под началом Логина Большева. Эти первопроходцы в 1874 году завершили обследование северо-восточного прибрежья Японского моря, между заливами Пластун и Чихачева (Хабаровский край). Помимо съемщиков на памятнике приведены и фамилии командиров российских военных судов, чьи экипажи принимали участие в транспортном обеспечении топографической экспедиции. На шхуне «Восток» служил офицером Александр Максимов. Именно благодаря ему читающая Россия уже в 1875 году узнала из журнала «Морской сборник» о беспримерном подвиге топографов Большева, закрывших еще одно белое пятно на карте Дальнего Востока и собравших богатую информацию о местных жителях и природе.

19 дек. 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №1092 от 19 дек. 2001
150 лет назад родился первый дальневосточный писатель Александр Максимов. На берегу Серебрянки, в старом парке у районного Дома культуры поселка Терней, два года назад местные жители установили скромный памятник русским следопытам - 11 топографам под началом Логина Большева. Эти первопроходцы в 1874 году завершили обследование северо-восточного прибрежья Японского моря, между заливами Пластун и Чихачева (Хабаровский край). Помимо съемщиков на памятнике приведены и фамилии командиров российских военных судов, чьи экипажи принимали участие в транспортном обеспечении топографической экспедиции. На шхуне «Восток» служил офицером Александр Максимов. Именно благодаря ему читающая Россия уже в 1875 году узнала из журнала «Морской сборник» о беспримерном подвиге топографов Большева, закрывших еще одно белое пятно на карте Дальнего Востока и собравших богатую информацию о местных жителях и природе.

Моряк-литератор

«Историограф» знаменитой в свое время, но, к сожалению, позже совершенно забытой топографической экспедиции Большева Александр Яковлевич Максимов родился 4 сентября 1851 года в Царском Селе под Петербургом в семье служащего. В 1872 году с отличием окончил Морской кадетский корпус и вскоре отправился в кругосветное путешествие на корвете «Аскольд» из Санкт-Петербурга во Владивосток. В июне 1874 года, едва сойдя на берег после тяжелейшего многомесячного плавания и узнав, что шхуна «Восток» уходит для обеспечения топографических съемок, мичман Максимов немедленно переводится служить на это судно. Офицер вел дневник и описал едва ли не все перипетии работы съемщиков на берегу и плавания в море. Правда, под своим пространным очерком в «Морском сборнике» Максимов подписался лишь инициалами А. М., что спустя много лет заставило исследователей изрядно попотеть, расшифровывая имя и фамилию автора.

Затем несколько лет Максимов служил на транспорте «Манджур» и колесном пароходо-корвете «Америка». В 1879 году офицера переводят на Балтику, но в 1895-м он снова возвращается во Владивосток.

С середины 70-х годов XIX века Александр Максимов становится известен в России как литератор, пишущий на дальневосточные темы. Кроме документальной повести «Вокруг света: Плавание на корвете «Аскольд» (1876) многие произведения морского офицера посвящены событиям жизни в Приморье и на берегах Тихого океана, например, сборник рассказов и повестей «На далеком Востоке» (1883). Неоднократно переиздавались его сочинения «Китобои», «Поп Симеон», «Тюлений остров» и многие другие. В публицистических статьях Максимов энергично отстаивал интересы России на Тихом океане. Его нередко называют, и не без оснований, первым приморским, дальневосточным писателем. Военный моряк-литератор часто публиковался в газетах «Санкт-Петербургские ведомости», «Новое время» (иногда под псевдонимом Горемыкин), в журналах «Всемирная иллюстрация», «Всемирный путешественник», «Кругозор», «Нива» и «Морской сборник». В наше время творческое наследие Максимова исследовал приморский литератор профессор ДВГУ Сергей Крившенко.

О подонках

Как публицист Александр Максимов уделил внимание и так называемому китайскому вопросу на Дальнем Востоке. О 20 тысячах жителей Поднебесной, причем почти сплошь мужчинах, живших во второй половине XIX века нелегально на русской территории между Амуром и Японским морем, он, в частности, писал: «Уссурийский край всегда представлял и представляет для этих подонков (в те времена слово это означало деклассированный элемент общества, опустившихся людей, по-современному - бомжей, причем в интернациональном смысле) обширное поприще для возможных более или менее выгодных промыслов. Суша и море, в одинаковой степени переполненные всевозможными естественными богатствами, сулят этим бродягам если не скорое и легкое обогащение, то хороший кусок хлеба. Земля привлекает это бездельное, голодное население Маньчжурии сокрытым в Уссурийском крае золотом и дорогим корнем женьшень, а море – неистощимыми богатствами трепангов и морской капусты. Промывка золота, а также ловля трепангов и капусты всегда производились без особого стеснения со стороны местной администрации и производятся в настоящее время совершенно бесконтрольно, с необузданным нахальством и своеволием».

В результате такой экспансии, подчеркивал Максимов, «все инородческое население края, гольды и тазы (орочи), находится у этих китайских выходцев в безусловной кабале и в неотразимой зависимости, как в экономической, так и нравственной. Эта зависимость так сильна, что несчастные инородцы пришли к дикому убеждению, что господствующий в крае народ - китайцы, а русские - временные пришельцы, которые не сегодня, так завтра уйдут туда, откуда пришли».

Кстати, Максимов оставил нам письменные доказательства того, что уже тогда власти предержащие страстно мечтали о «равнении» наших дальневосточных городов с американскими. Например, Николаевск-на-Амуре «предполагалось возможным возвеличить до значения, равного с Сан-Франциско, поставив в ряду с первейшими портами Великого океана». Почти век спустя с такой же идеей - сравнять с Сан-Франциско, но на этот раз Владивосток – выступил советский лидер Никита Хрущев. К сожалению или нет, но ни в царские, ни в советские времена так и не удалось превратить Николаевск или Владивосток в Сан-Франциско.

Его мыс

Всего год прослужил Александр Яковлевич Максимов в должности помощника командира Владивостокского порта и ушел в мир иной 22 августа 1896 года, оставив сиротами четверых детей. Газета «Владивосток», сообщая о кончине Максимова, призывала: «Наша окраина должна не забыть его добром». В 1898 году жена офицера издала полное собрание сочинений первого дальневосточного писателя. К сожалению, сейчас о Максимове знают только литературоведы и историки.

В 1874 году в Тернейском районе именем Максимова назван мыс. Во время известной кампании по переименованию приморских топонимов в 1970 году река и деревня Кхуцин были переименованы в Максимовку. В этом году в честь 150-летия со дня рождения на одном из последних заседаний муниципальный комитет администрации Тернейского района принял решение увековечить память писателя Александра Яковлевича Максимова, присвоив его имя центральной районной библиотеке.