КГБ против хакеров эпохи «холодной войны»

Два факта из жизни ветерана-контрразведчика. Этот человек 35 лет прослужил в военной контрразведке: вся карьера по ступенькам - от лейтенанта до адмирала. От оперативника-особиста на острове Русском до заместителя начальника контрразведки Северного флота.

19 дек. 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №1092 от 19 дек. 2001
Два факта из жизни ветерана-контрразведчика. Этот человек 35 лет прослужил в военной контрразведке: вся карьера по ступенькам - от лейтенанта до адмирала. От оперативника-особиста на острове Русском до заместителя начальника контрразведки Северного флота.

Анатолий Николаевич Сиденко окончил кораблестроительный факультет ДВПИ в 1956 году. По распределению молодого инженера направили в Хабаровск на судостроительный завод имени Кирова. Там за полтора года он прошел путь от помощника мастера до заместителя начальника цеха и вскоре был выбран комсоргом. В 1957-м через райком партии Анатолия призвали на службу в комитет государственной безопасности.

В Новосибирске он с отличием сдал все экзамены в школе контрразведки. А так как после окончания ДВПИ Анатолий Сиденко кроме инженера-судостроителя стал еще и морским офицером запаса, его местом службы стала контрразведка Тихоокеанского флота, и начал он ее с острова Русского. В то время на ближних к Владивостоку островах дислоцировались мощные артиллерийские батареи, входившие в состав дивизии береговой обороны. На этих укреплениях и служил молодой лейтенант Сиденко.

А после этого были залив Стрелок и Павловск. Как раз в то время там базировались самые первые атомные подводные лодки. С тех пор Анатолий Николаевич практически и не расставался с подводными ракетоносцами. Были испытания, походы, боевые дежурства. Были Большой Камень, Улисс, Рыбачий и Североморск.

Сегодня продолжает бытовать мнение, что военная контрразведка, да и весь КГБ в то время занимались исключительно тем, что везде и всюду отлавливали невинных людей, выдавая их за шпионов, диверсантов, агентов и диссидентов. Но это далеко не так. Военная контрразведка занималась и тем, что обеспечивала безопасность и защищенность всех секретных агрегатов и технологий тех лет, многие из которых и по сей день скрыты за семью печатями потому, что им до сих пор нет равных. А еще была самая обыденная работа. Ведь на подводных лодках контрразведчик не ходил по матросским и офицерским каютам и кубрикам, слушая, о чем говорят. Настоящий оперативник, служащий на атомной подводной лодке, прежде всего должен знать все ее основное устройство для того, чтобы предотвратить катастрофу.

Именно поэтому большая часть сил уходила на “оказание помощи командованию в обеспечении боеготовности”. И этот термин возник неспроста. Для этого Анатолий Сиденко заставлял каждого своего подчиненного прежде всего изучить всю основную начинку атомной подлодки, чтобы вовремя доложить, где вероятна неисправность и что может дать осечку.

И нередко именно это спасало от трагедий. Были случаи, когда перед выходом на боевое дежурство командиры просто не докладывали о неисправностях ключевых узлов, утечках, повышенном радиационном фоне или неправильной укомплектованности экипажа. Случалось, как раз после докладов офицеров контрразведки комиссия выявляла такие неисправности, что лодка становилась в ремонт на несколько месяцев. Можно только догадываться, что могло произойти, если бы такая лодка вышла в море.

Но были случаи и совсем другого характера. Оказывается, у нас в стране хакеры появились гораздо раньше, чем персональные компьютеры. И не где-нибудь, а именно на атомных подводных лодках. И в раскрытии двух таких “взломщиков” принимал непосредственное участие Анатолий Сиденко.

В 1978 году произошел случай, который можно назвать уникальным. Во-первых, удалось избежать утечки за рубеж информации особой секретности, а во вторых, выявить просчеты инженеров-разработчиков. Вся эта история произошла во время боевого дежурства атомного ракетоносца. Оперативным работникам в поселке Рыбачьем поступила информация о том, что командир электронно-вычислительной группы на атомоходе пытается проникнуть в “мозг” лодки - блок памяти боевой информационно-управляемой системы, в который была заложена вся основная информация о боевом назначении и использовании этого корабля и всего вооружения на борту... Дело в том, что даже командир подлодки не имел доступа к этим сведениям...

В результате оперативных мероприятий выяснилось, что офицеру все-таки удалось взломать все степени защиты, получить доступ к информации, секретнее которой, пожалуй, нет.

После этого около полугода изучались поведение и все связи офицера. Но никаких подозрительных знакомых, а тем более связей с иностранными разведками не было выявлено. Именно поэтому и было принято решение не судить этого “военного хакера”, хотя за такой “взлом” и сегодня легко угодить на скамью подсудимых, а провести с ним профилактическую работу. У него изъяли все выкладки, алгоритмы и вычисления, он рассказал о возможностях проникновения в блок памяти. На основе его показаний в кратчайшие сроки усовершенствовали систему электронной защиты атомных подлодок. А самого этого военного инженера по рекомендации особого отдела КГБ командование направило в Ленинград в один из НИИ военно-морского флота.

Имели место и еще один случай и еще один хакер. Сотрудники контрразведки вовремя вычислили и схватили за руку другого “мудреца”. Кстати, благодаря его расчетам удалось выявить новый промах разработчиков. На этот раз один из офицеров нашел способ, по которому можно было отменить ракетную атаку подлодки или, наоборот, в любой момент самовольно инициировать пуск.

Свою службу в военной контрразведке Анатолий Николаевич Сиденко закончил в 1992 году в должности начальника особого отдела флотилии стратегических атомных подводных лодок на Камчатке.