От ее объектива не спрячешься

"Почему среди медиков так много творческих людей? Писатели, музыканты, живописцы: Может быть, знание природы человеческой дает вам возможность глубоко проникнуть во что-то неведомое другим?" - спрашиваю руководителя Центра лекарственной информации и клинической фармакологии Приморской краевой клинической больницы Оксану Дмитренок. "По-моему, вы ошибаетесь, - отвечает, - и среди других специалистов достаточно тех, кто или сменил профессию, или всерьез занялся чем-то параллельно. Иосиф Бродский, к примеру, мечтал стать подводником, считался тунеядцем, а был поэтом. Насчет же знания природы человеческой: Не так уж много мы знаем о хомо сапиенс. К сожалению".

14 дек. 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №1090 от 14 дек. 2001

 "Почему среди медиков так много творческих людей? Писатели, музыканты, живописцы: Может быть, знание природы человеческой дает вам возможность глубоко проникнуть во что-то неведомое другим?" - спрашиваю руководителя Центра лекарственной информации и клинической фармакологии Приморской краевой клинической больницы Оксану Дмитренок. "По-моему, вы ошибаетесь, - отвечает, - и среди других специалистов достаточно тех, кто или сменил профессию, или всерьез занялся чем-то параллельно. Иосиф Бродский, к примеру, мечтал стать подводником, считался тунеядцем, а был поэтом. Насчет же знания природы человеческой: Не так уж много мы знаем о хомо сапиенс. К сожалению".

И все-таки именно благодаря профессии смогла Оксана побывать в удивительных местах и сделать серию замечательных фоторабот, радуясь, что с самого раннего детства вошло в ее жизнь это увлечение. Клиническая фармакология - специальность молодая. Только в 97-м в нашем городе открылся такой центр, где врачи и пациенты могут получить полную независимую информацию о лекарственных препаратах. Ведь даже специалисты в наше время с трудом пробираются через "джунгли лекарств", больные же не всегда в состоянии платить за раскрученное имя фирмы. К тому же, лечась у нескольких врачей, они порой забывают сообщить о том, какие лекарства уже принимают. Известно же, что прием пяти и более препаратов одновременно может привести к непредсказуемым последствиям. К счастью, в центре все сведения можно получить бесплатно. Только просила Оксана Владимировна предупредить, что заочным лечением они не занимаются, да и невозможно это делать по телефону. Для того чтобы чувствовать себя как рыба в воде в мире фармакологии, ездила она сначала в Аризонский университет, а в 99-м, выиграв индивидуальный грант, три месяца провела в Вашингтоне. Откуда и привезла великое множество интереснейших фотографий.

 Она открывает альбом. Sabina каньон. Не такой знаменитый, как Grand. Но тоже впечатляет. С одной стороны, как бы бренность свою ощущаешь, с другой - все мелкие заботы растворяются. "Потрясает его будто внеземное происхождение", - вспоминает Оксана. И по фотографиям масштабы впечатляют - сумела самодеятельный фотохудожник передать тонкие нюансы света, глубину пропасти, высоту далекого неба. "Такой маленький у нас мир, - говорит, - но какой красивый!" Еще больше удаются ей снимки моря, любовь к которому, по ее словам, заложена в душе генетически - дальневосточница все-таки. "Удивительно, но море там другое. И вода, и песок, и чайки не такие, как у нас. Я не воспринимаю их чужими, но, думаю, даже по снимкам понятно, как различна природа". Кажется, я понимаю Оксану. И дело не только в том, что в Аризоне растут пальмы, а финики и грейпфруты падают прямо на дорогу и их собирают в корзины, предлагая прохожим бесплатное лакомство. Там другой цвет, другое преломление света, в котором четко прорисовываются контуры предметов. Она иногда снимала просто крыши домов - получилось, будто через тонированное стекло. И море другое - Атлантика биохимически отличается от тихоокеанской воды, которой она может любоваться часами. Оксана однажды долго лежала на камнях близ Славянки, чтобы сфотографировать капельки волны, рассыпающейся при ударе о скалу. Кстати, все ее семейство, увлеченное фотографией, нередко разрабатывает маршрут, высчитывает время для удачной съемки и даже направление ветра.

Однажды они долго гонялись за жуком-богомолом, который тщетно пытался улизнуть от направленного на него объектива. А бабочку просто попросили вечером не лететь на свет лампы - она поняла и осталась за окном дожидаться утра, чтобы кокетливо позировать при свете солнца. Как-то всей семьей они отправились в лес, чтобы фотографировать змей. "Увы, не всегда они нас ждут", - вспоминает поход Оксана. А вот нынешним июлем самодеятельным художникам Дмитренкам удалось сделать массу снимков: в цветке шиповника жучки занимаются любовью, в ирисе тоже кто-то копошится. "Это поразительно - в каждом цветочке жизнь и любовь, - говорит Оксана. - Такое бурное кипение страстей особенно поражает в контрасте с городом". Вы оптимист? Она на секунду задумывается: "Вообще-то не люблю классификаций, но, думаю, что скорее - стоик. Они были ироничны, умели увидеть хорошее, но не обольщались, что радости сами могут под ноги падать. Тренировать ироничную железу надо, это помогает". 

 Камеру Оксана взяла в руки очень рано, потому как фотографии были неотъемлемой частью жизни родителей. И муж ее отлично снимает, и сыну уже в семь лет профессиональный аппарат доверили. Дома у них хранятся коробки со снимками, на праздники к приходу гостей обязательно фотоподборки готовят. А еще любит Оксана показывать снимки своих друзей, на которых ей удивительно везет. Недавно в "Фармвестнике" увидела статью Кита Джонсона, крупного специалиста по лекарственной информации, и с радостью стала всем показывать фотографию: "Мой учитель!" Убеждена, что люди, у которых довелось учиться, - самое ценное приобретение в ее жизни.