Страхование от власти... В борьбе за свою правоту у судовладельцев, похоже, не остается никакой надежды

О конфликте между Тихоокеанским региональным управлением ФПС РФ и владивостокской судоходной компанией “РИМСКО” “В” рассказывал уже не раз - по мере развития этого, мягко говоря, замысловатого сценария. Похоже, однако, что к нестандартной теме противостояния одной из ведущих силовых структур государства и коммерческого предприятия следует вернуться еще раз (тоже, очевидно, не последний), потому что в истории этой как в капле воды отражаются многочисленные ситуации, характерные для нашего региона, где слишком часто возникают острые противоречия между государевой стражей и рыбным бизнесом.

17 авг. 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №1026 от 17 авг. 2001
О конфликте между Тихоокеанским региональным управлением ФПС РФ и владивостокской судоходной компанией “РИМСКО” “В” рассказывал уже не раз - по мере развития этого, мягко говоря, замысловатого сценария. Похоже, однако, что к нестандартной теме противостояния одной из ведущих силовых структур государства и коммерческого предприятия следует вернуться еще раз (тоже, очевидно, не последний), потому что в истории этой как в капле воды отражаются многочисленные ситуации, характерные для нашего региона, где слишком часто возникают острые противоречия между государевой стражей и рыбным бизнесом.

Задержание

Напомним суть истории в двух словах. 9 мая этого года в районе Южных Курил в исключительной экономической зоне РФ пограничное сторожевое судно “Маньчжур” (ТОРУ ФПС) задержало транспортный рефрижератор “Берег надежды”, принадлежащий судоходной компании “РИМСКО”. Повод для задержания изначально был более чем сомнительный, однако на то охрана государевой границы, чтоб все было чисто и чтоб даже малейшие подозрения в расхищении отечественных богатств были проверены. (Добавим, что такие задержки воспринимаются судовладельцами обычно хоть и со скрежетом зубовным – непроизводственный простой, но с пониманием. Да и заканчивается большинство их традиционной фразой пограничников: “На борту все нормально. Счастливого плавания!”)... А потому задержанное судно было для начала отконвоировано в Южно-Курильск, а затем и во Владивосток, где встало на внешнем рейде.

Оговоримся сразу: формальный повод для задержания у пограничников был – не все грузовые документы, коносаменты находились в том виде, в каком требуют дух и буква закона. Но! На момент задержания “Берег надежды” и не собирался “прорывать” границу.

И здесь, чтобы понять не мифическое, а реальное положение дел, необходим небольшой экскурс в историю. “Берег надежды” - один из последних “обломков” некогда могущественного “Востокрыбхолодфлота”. Однако в последние годы судьба рефрижератора была печальна. Практически бесхозно он ржавел у причала, а горемычный экипаж обивал многочисленные пороги в поисках неизвестно где растворившейся зарплаты. В этих условиях, кстати говоря, с подачи краевой администрации, владельцем судна и стала компания “РИМСКО”, выплатившая долги по зарплате и занявшаяся ремонтом судна. Почему именно “РИМСКО” предложила краевая власть спасать пароход? Да очевидно потому, что за годы работы эта компания смогла блестяще себя зарекомендовать. Начинали когда-то с нуля, а сегодня – более сорока плавединиц флота, полторы тысячи работающих, постоянно выплачиваемые налоги, солидное имя на рынке морских перевозок.

Всю зиму “Берег надежды” провел у причальной стенки судоремонтного завода, а весной ушел в район промысла – отрабатывать вложенные средства. Рейс складывался сложно, ведь в северном Охотоморье льды держатся до июня. К концу первой майской декады в трюмах рефа находилось 7.600 тонн рыбопродукции. Можно было взять еще порядка 1.300 тонн, но для этого – чтобы не уйти за критическую отметку осадки – следовало избавиться ото льда в балластных танках. Помните – в ремонте-то судно стояло зимой и работать ушло в ледовую зону. Избавиться же ото льда можно было одним путем – спуститься из экспедиции на юг, в зону действия теплого течения, где вода прогревается до 20 градусов. Именно такое решение и было принято. После проведения технологических операций по освобождению балластных танков “Берег надежды” должен был вернуться в экспедицию, чтобы дооформить все грузовые документы и принять в трюма еще 1.300 тонн (а это, между прочим, стотысячедолларовый фрахт!)

Вот в этот-то момент – проведения технологических операций, причем исключительно в российской экономзоне, транспортный рефрижератор и был доблестно “перехвачен” пограничным сторожевиком.

“Подельников” не нашлось

По прибытии судна во Владивосток на борт рефрижератора поднялась представительная комиссия, в которую кроме пограничников входили представители всех возможных силовых структур: таможня, налоговики, ФСБ, УВД края – управление по борьбе с экономическими преступлениями (УБЭП) в рыбной отрасли. Люди все более опытные, которых на мякине не проведешь. Походили, посмотрели, сверили количество груза с предоставленными документами, сделали выводы. Причем выводы достаточно однозначные. Ни таможня, ни другие силовые ведомства (доблестных стражей границы пока оставим за скобками) никакой крамолы на борту “Берега надежды” не обнаружили. Позволительно процитировать официальное письмо, направленное начальником УБЭП при УВД Приморского края Берковичем И. М. на имя представителей судовладельца: “На ваше заявление… сообщаю, что управлением по борьбе с экономическими преступлениями в рыбной отрасли УВД Приморского края проводилась проверка по факту обнаружения на борту указанного судна неучтенной рыбопродукции. По результатам данной проверки было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ст.5.2.УПК РФ… Направляю вам копию постановления об отказе в возбуждении уголовного дела”.

Да, кстати: а откуда, собственно, взялась неучтенная рыбопродукция? Может, действительно, криминал какой, разворовывание морских богатств нашей необъятной Родины? Давайте начнем расставлять точки над “i”: в середине мая в сводках ТОРУ (в том числе и для прессы) прошло сообщение о задержании крупного судна-браконьера, имеющего на борту чуть ли не полторы тысячи тонн “неучтенки”. Помните, чуть выше мы говорили о том, что не все документы были оформлены – да и не могли быть оформлены!

Что же касается сводок ТОРУ ФПС, то самое, очевидно, печальное состоит в том, что информация о “блестящей операции” была стремительно доложена в Москву. А люди в больших погонах, судя по всему, не относятся к числу тех, кто умеет сообщать высокому начальству о том, что произошла ошибка, и кто может заставить себя – как бы это ни было обидно и неприятно – принести извинения пострадавшим за свои грубые и неверные действия… Впрочем, вот этого – самого деликатного и самого важного, на наш взгляд, момента мы еще коснемся поподробнее. А сейчас вернемся к ситуации трехмесячной давности.

Интрига

Итак, огромный транспортный рефрижератор без дела стоит на рейде Владивостока, куда он прибыл 18 мая, силовые ведомства, которые могли бы предъявить какие бы то ни было претензии, от таковых отказались, оставив пограничников один на один с их “добычей”. Вот этот момент во всей истории, собственно говоря, ключевой. Еще можно было найти общий язык между судовладельцем – компанией “РИМСКО” и ТОРУ ФПС; еще могли пограничники ограничиться административным взысканием в адрес капитана судна К. А. Саатчяна за то, что последний, принимая в экспедиции груз, несмотря на тяжелейшую ледовую и штормовую обстановку, не настоял на немедленном и окончательном оформлении документов; еще можно было пойти по пути, который предложило руководство “РИМСКО”: нанять независимую (хоть российскую, хоть иностранную) сюрвейерскую компанию – они ведь для этого и существуют, - чтобы последняя в присутствии и под контролем какого угодно числа представителей и специалистов ТОРУ ФПС прямо на борту произвела контрольный пересчет груза – благо кубатура трюмов позволяла это сделать…

Но нет…

…Долго подыскивал сравнение; по-моему, единственное подходящее – это когда в механизм зубчатой передачи, иначе говоря, в сцепление шестеренок, вставляют лом. И все. На кнопки после этого можно не нажимать. Кому понадобилось этот лом вставлять, рано или поздно, очевидно, выяснится.

Начались судебные процессы, о которых “В” уже рассказывал, было даже подписано постановление о возбуждении исполнительного производства, в соответствии с которым кому бы то ни было (включая, естественно, и государственные органы) запрещалось осуществлять ошвартовку судна “Берег надежды” к причалам, а также осуществлять выгрузку имеющегося на борту груза – копия этого документа, как и многих других, имеется в распоряжении редакции. К слову, в этом документе имеется весьма характерный и вполне соответствующий отечественному законодательству пункт № 2: “Данное постановление подлежит немедленному исполнению”. Подписано 13 июня 2001 года в городе Владивостоке.

Но пограничники, очевидно, существуют в собственном правовом поле, которое располагается вне общероссийского. Опять же можно понять – отчетность, знаете…

Пираты ХХI века

После месячной вялотекущей паузы – все это время огромный рефрижератор, забитый продукцией, без дела стоял на рейде - события начали развиваться стремительно. 25 июня произошел вооруженный десант на судно людей в зеленых фуражках. Заняв ключевые посты на ходовом мостике и в машинном отделении, пограничники на буксирах повели “Берег надежды” к причалам Находкинского морского рыбного порта.

“Стоп, - скажет досужий читатель, - а разве нельзя было выгрузить судно в рыбном порту Владивостока?” Естественный вопрос. Можно, конечно, все. Особенно если у тебя в руках автомат... Но руководство Владивостокского рыбного порта, и памятуя о судебных решениях, и не желая попадать в идиотскую – мягко говоря – юридическую ситуацию, отказалось выгружать “Берег надежды” у своих причалов. Отказалось – несмотря на то, что выгрузка почти 8 тысяч тонн мороженой рыбопродукции – неплохой куш для порта.

Находкинские портовики оказались, похоже, посговорчивее. То ли сработал тот фактор, что Находкинский рыбный порт недостаточно загружен работой, то ли сказались клятвенные заверения пограничников, что они действуют исключительно в государственных интересах (к этому цинично-спекулятивному тезису мы еще вернемся) – но вскоре “Берег надежды” встал к портовскому причалу.

Опираясь на известные судебные решения, “РИМСКО” обратилась с вполне естественной просьбой о немедленном вмешательстве к прокурору Находки. И через пару дней в офис судоходной компании из Находки поступил факс за подписью старшего советника юстиции прокурора Находки Бакарась А. А., заканчивающийся совершенно потрясающей фразой: “Решения и определения судов здесь, на мой взгляд, неуместны…” Дарю преподавателям Юридического института ДВГУ в качестве примера сами понимаете чего; краевого же прокурора В. В. Василенко поздравляю с “высоким профессионализмом” его подчиненных…

Любители чужого добра

О том, как происходила выгрузка, свидетельствуют такие факты: круглые сутки судно было оцеплено автоматчиками ТОРУ ФПС; корреспонденты “В”, пытавшиеся попасть на борт, получили от ворот поворот, и единственное, что смогли сделать, – пройти по бухте на катере вдоль борта судна (вот уж где гостайна!). Выгрузка производилась на основании более чем странного документа – договора № 04-01/08 – между “Портом” и “Клиентом” (ТОРУ ФПС). Договор на самом деле вполне типовой, такой же, как и на выгрузку любого другого судна, но один его пункт – 2.2.8. вызывает, мягко говоря, недоумение: “В случае неоплаты услуг в течение месяца после выгрузки на склад “Клиент” обязан передать “Порту” груз в количестве на сумму оказанных услуг по средним оптовым ценам…”

Вот так – не больше и не меньше! Не будучи юристом, я не знаю точной формулировки того, что подразумевается под выражением “хищение чужого имущества”, знаю лишь, что из 7.600 тонн мороженой рыбопродукции нет ни грамма пограничной собственности. Владельцами же являются грузополучатели, уже оплатившие груз в соответствии с коносаментами, – такие компании, к примеру, как “Самсунг” (Южная Корея), “Синко Седжи” (один из крупнейших импортеров Японии), и еще десяток фирм по всей Юго-Восточной Азии. Деньги переведены в Россию, и теперь получатели смирно (пока – смирно) ждут свой товар. И поэтому, когда я вижу поигрывание желваками в сочетании со словами “Государственный, понимаешь, интерес!”, я сразу вспоминаю раздающиеся с самого верха призывы к иностранным бизнесменам активнее и смелее развивать деловые связи с российским Дальним Востоком. А ну, кто еще смелый?..

Да, кстати, месяц после выгрузки “Берега надежды” уже прошел. В этой связи редакция “В” вполне официально запрашивает: чем и как расплатился “Клиент” с “Портом”? Убеждены, что факт этот ни коммерческой, ни тем более гостайной не является!..

Забыл привести еще одну забавную цифру: всего на борту “Берега надежды” изначально находилось мороженой рыбопродукции (уже принадлежащей иностранным грузополучателям) на сумму 12 миллионов долларов. Там есть (или было?) чем поживиться…

Подсчитали – прослезились…

Что же показали результаты выгрузки и тщательного – на берегу – пересчета продукции? Вот копия акта, составленного на перегрузочном комплексе ОАО “Находкинский рыбный порт” и подписанного ведущим инженером смены Коноваловой Е. Г., техником Хмызниковой В. А. и заместителем начальника Приморской государственной морской инспекции ТОРУ ФПС Орленко Н.Н.: “…составили настоящий акт в том, что с теплохода “Берег надежды” была выгружена свежемороженая рыбопродукция, не значащаяся по коносаментам и мастерским распискам. Трюм № 1: икра минтая свежемороженая – 3 места – 60 килограммов; кальмар свежемороженый – 1 место – 20 килограммов; рыба с подбора (грязная, ломаная, битая) – 34 килограмма; тара рваная – 4 места. Трюм № 3: минтай безголовый (с подбора) – 2 блока – 22 килограмма; минтай неразделанный (с подбора) – 8 блоков – 88 килограммов. Трюм № 4: минтай неразделанный (с подбора) – 45 блоков – 502 килограмма (блоки грязные, нарушена глазурь). Вся вышеперечисленная продукция выгружена со 100-процентной провеской. Дальнейшее предназначение рыбопродукции будет определено после предъявления ветврачу. (Подписи)”.

Прошу прощения за столь длинную и скучную цитату, но что поделаешь – документ. Причем в данном случае – принципиальный. Потому что если это контрабанда, из-за которой стоит устраивать вселенский скандал, рапортовать в Москву, рушить 12-миллионные контракты, то я – американский космонавт.

Прямые потери судоходной компании “РИМСКО” на сегодня составляют более 3 миллионов долларов. Один только ежедневный простой судна типа “Берег надежды” обходится в 5.000 долларов. Кто должен покрыть убытки? Государство, чьими доблестными представителями являются пограничники?.. Скудный российский бюджет, складывающийся из наших с вами налогов?.. Или же сработает механизм, о котором мы говорили в начале этих заметок: пограничное командование не относится к числу людей, способных извиняться и признавать свои ошибки?..

Справедливость по-российски

Пытаясь разобраться в хитросплетениях проблемы, я консультировался с опытнейшими владивостокскими юристами, много лет уже занимающимися правовым обеспечением судоходного бизнеса. Читая документы, в том числе и приведенные выше, они нервно смеялись или приходили в ужас. А один из них рассказал: “У нас была подобная ситуация – с неправомерными действиями властей. Правда, убытки были поменьше. Много лет в области страхования мы работаем с крупнейшим и известнейшим в мире страховым сообществом “P&I”. Когда мы стали по той ситуации со страховщиками консультироваться, они сказали – дословно: “Все попытки добиться правды, когда налицо грубые ошибки властей, в России бессмысленны…”

…Вот так.

А мы все удивляемся: что это Россию, несмотря на наши многолетние уговоры и переговоры, в ВТО (Всемирная торговая организация) не принимают; почему западные инвесторы, несмотря на все президентско-правительственные призывы, так неохотно смотрят в нашу сторону?

В общем, все понятно. Ведь не могут же правовое поле и нормальное международное экономическое сотрудничество совмещаться с играющими желваками, нахмуренными бровями и поднятым вверх пальцем: “Государственный интерес!..”