Мансур Гилязитдинов: Моя бабушка была гувернанткой во Владивостоке

Известный телеведущий – в интервью РИА VladNews

13:00, 22 марта 2018 Интервью
1.JPG
Фото: «ТВ Центр»

Он совершил две кругосветные экспедиции, работал судовым врачом и педиатром, написал книгу «Советы от доктора Неболита», попал в список лучших популяризаторов медицинских знаний и в первую сотню влиятельных обозревателей в СМИ. Его жизнь похожа на калейдоскоп удивительных событий, о которых уроженец Владивостока, ведущий утреннего канала «Настроение» на «ТВ Центре» Мансур Гилязитдинов и рассказал корреспонденту РИА VladNews.

– Мансур, вы совершили две кругосветки, но началось-то все здесь, во Владивостоке. Каким вам запомнился город?

– Во Владивостоке прошел важный этап моей жизни – внутриутробное развитие, и через Владивосток я познакомился с миром. Ощущение от него осталось очень теплое, хорошее. Помню, постоянно моросит мелкий дождь, как будто кто-то касается твоего лица тысячами маленьких лапок. Бабушка у меня была гувернанткой в доме владельца пароходной компании. Когда случилась революция, ей предлагали уехать в Америку, но она осталась во Владивостоке. Здесь была такая особая аура закрытого города с большим количеством моряков, которые ходили за границу, многое видели и о многом рассказывали.

Дальневосточники – это ведь отдельная категория людей. Рядом были лагеря с репрессированными, сосланными из Москвы и Ленинграда. Как правило, эти люди были «цветом нации». Кроме того, Дальний Восток привлекал романтиков со всей страны, людей которые не вписывались в систему. Мой отец был знаком с одним из братьев Стругацких, с певцом Юрием Богатиковым, другими достойными людьми, сделавшими успешную карьеру на большой земле. Я надеюсь, что Владивосток по сей день остается таким атмосферным, удивительным пограничным городом… Знаете, что еще вспоминается? Мы жили в центре на улице Менжинского, ты сидишь на пригорочке, а там солнце встает – такое огромное, яркое. Зрелище незабываемое!

– Часто бываете в родных краях?

– Давно не был, но очень хочу. Если пригласите и случится повод – то хоть завтра в самолет!

– Вы родились в семье врачей. Значит, ваша профессия была предопределена? Или были варианты?

– Скорее всего, предопределена. Я с младых ногтей обитал на медицинском факультете Дальневосточного университета, где папа начинал писать кандидатскую диссертацию. Был на экзаменах по анатомии, среди студентов и учебных пособий.

– По ту сторону экрана вы себя совсем не представляли? 

– Даже мысли такой не было! Я хотел стать моряком, потому что у меня папа – бывший офицер, подводник, он принимал участие в качестве судового врача в корейской войне. Когда он был в очередном отпуске, его подлодка ушла с подменным врачом и больше уже не вернулась, исчезла. Отец, видимо, сделал правильные выводы из этого и вскоре демобилизовался.

– История с отцом повлияла на то, что вы сами в будущем стали судовым врачом?

– Конечно. Но я стал судовым врачом еще и потому, что в этом была романтика. Хотел поступить в Нахимовское училище, чтобы потом стать штурманом, командиром корабля. Но произошло недоразумение: после 8 класса я отправил документы в Нахимовское училище, которое находится в Ленинграде. Туда можно было приехать, только если тебе поступит вызов. А мой вызов затерялся на почте и пришел, когда уже было поздно – я ушел в 9 класс. Отец предложил попробовать через медицинский институт – стать врачом, получить профессию, чтобы и на берегу, и в море можно было работать. В конечном итоге так оно и произошло.

– Вы были активным студентом?

– Я поступил в медицинский институт и сразу же организовал студенческий театр эстрадных миниатюр, который назывался «Ризориус» (от названия мышцы смеха). Я был там ведущим актером и режиссером-постановщиком на протяжении почти десяти лет. Окончив институт, по распределению мне предложили должность врача-терапевта в исправительно-трудовой колонии общего режима. Несмотря на прибавку к зарплате, я понял, что моей творческой натуре там не место. Начал настоятельно проситься «на волю». Руководство пошло навстречу, и мне предложили должность врача детских дошкольных учреждений. Поскольку я окончил Лечебный факультет и имел право работать практически по любой врачебной специальности, согласился и проработал детским врачом три года. Отработав положенный срок, отправился в Новороссийск в судовой отдел, где поступил на должность судового врача загранплавания.

– Расскажите, какие обязанности у судового врача на корабле?

– Судового врача экипаж считает главным бездельником. Он сидит в своей амбулатории, где есть всё на свете – операционная с полным комплектом инструментария для полостных операций, аптека, бормашина, рентгеновский аппарат, микроскоп, прибор для определения группы крови и так далее. Любое обращение в иностранный порт – это огромные деньги, а здесь специально обученный человек может оказать любую помощь. Судовой врач – это прообраз врача общей практики, который сейчас вводится в поликлинике. Это очень серьезная подготовка, и прежде, чем прийти на работу в судовой отдел, ты проходишь стажировку примерно полгода по всем основным специальностям.

– Признайтесь, ведь было что-то забавное в плавании?

– Как-то капитану в Перу подарили поросенка. Судно может по полгода находится в автономном плавании, поэтому мы берем очень много продуктов, ну и агенты «подложили кэпу свинью». Явился он нам уже в открытом океане, выскочил из провизионки. Ну куда его девать-то?.. Поросенка воспитывала собака, которая тоже жила на судне. И свин через месяц стал вести себя как пес: сидел, как собака, даже вилял хвостиком, рычал, потом начал прыгать таким же образом. Капитан сказал, мол, поросенок угрожает безопасности мореходства, его нужно кастрировать. Надо так надо. Я помню, у меня в судовом журнале запись была на 14 августа: «1. Убрать боцману липому. 2. Старшему помощнику капитана убрать фурункул. 3. Кастрировать поросенка. P.S. Не перепутать!»

– В каких портах вам удалось поработать?

– Я был флагманским врачом в Санта-Крус-де-Тенерифе (это Канарские острова), в Дакаре (это Сенегал), в Буэнос-Айресе и в Ушуае в Аргентине. Попасть на Канары в советское время было вообще нереально, а я провел там девять месяцев.

– Как же получилось, что судовой доктор стал «Домашним доктором» на телевидении?

– В один из рейсов капитан предложил мне попробовать себя рулевым. Представьте: ты стоишь на вахте, перед тобой океан, ночь не спишь, думаешь, как сложится жизнь. Пять лет в море – срок достаточный, чтобы почувствовать себя моряком. Дальше есть опасность перестать жить сейчас. И я подумал, что так жизнь и промелькнет в созерцании. Решил, что море будет моим фундаментом, но надо строить следующий этаж. Вернулся на берег. Попробовал себя в бизнесе, потом работал два года переводчиком на Ближнем Востоке и все это время параллельно не терял связи с родным театром и телевидением. Когда образовывался новый телеканал в Ижевске, мне предложили попробовать себя ведущим там.

– На обложке вашей книги написано, что вы – основатель стиля «популярная развлекательная медицина». В чем главная особенность этого стиля? И как вообще медицина может быть развлекательной?

– Впервые этот стиль и проект в его рамках под названием «Домашний доктор» был запущен на ижевском телевидении в 1995 году. Основу программы составляли практические советы, которые преподносились весело, интересно и позитивно. Главной задачей была профилактика, а программа была ориентирована на тех людей, которые еще не больны и занимаются своим здоровьем. Мы создавали миниатюры, главными героями которых были врач и незадачливая пара – юноша, который постоянно попадает в какие-то ситуации, и девушка, которая оказывает ему первую медицинскую помощь. Именно с этим телевизионным проектом я был номинирован в 1998 году на ТЭФИ в номинации «Лучший ведущий развлекательных программ».

Когда я засветился таким образом, телеканал «ТВ Центр» пригласил меня на работу в Москву. К тому времени я уже успел получить второе высшее образование как режиссер документального и художественного кино. Для телевидения я был уникальным специалистом: мог заниматься медициной, режиссурой, вести программы и писать сценарии. Проработав в программе «21 кабинет» на «ТВ Центре» два года, я перешел на утреннюю программу «Настроение» и стал автором своей собственной рубрики. Доктор Неболит, который замышлялся в Ижевске, а реализовался в Москве, – это эксцентричный врач, который пытается весело, просто и доходчиво рассказать людям о проблемах, которые их беспокоят.

…Я мог быть врачом в тюрьме, я мог работать в морге, я мог работать в море и в детском саду. Но я выделил свою главную черту – умение популярно рассказывать о том, в чем я хорошо разбираюсь, и делать это достаточно весело.

– С недавних пор вы не только медицинскую рубрику ведете, но и являетесь соведущим в «Настроении». Сложно было перестроиться на новую роль?

– Сложности есть и сейчас. Но мне помогает вся бригада, с которой мы знакомы не один год, руководство, и особенно, моя соведущая – Ирина Сашина. Она настоящий мастер слова! Думаю, нам удалось с Ириной настроиться на общую волну. Работа ведущего – это большая ответственность, например, в Америке ведущий называется anchorman – человек-якорь, то есть, якорь, на котором все держится. Когда судно стоит на рейде и начинается прилив или отлив, оно вращается вокруг якорной цепи, держится, и напрямую зависит от этого якоря. Вот все мы так и вращаемся на этих якорях, как суда. И за нами же стоит огромная команда, которая работает и помогает нам. Об этом надо всегда помнить, ведь то, что зритель видит на экране, это только вершина айсберга.

Читайте самые интересные новости Приморья в Telegram-канале РИА VladNews