Как по­лити­чес­кие события повлияли на жизнь Приморья?

Перед Думой Владивостока стоит ответственная задача - выбрать мэра города

19:33, 11 ноября 2017 Общество
0ed6b62713bb8046c1818e60ce52f2c0.jpg
Фото: Фото: Алексей Воронин, газета "Владивосток"

В прямом эфире радио "Лемма" журналист Андрей Калачинский вместе с политологами Павлом Наливайко и Александром Шемелёвым обсудили главные политические события, которые произошли в течение месяца в Приморье. Также спикеры затронули вопрос отставки мэра Владивостока Игоря Пушкарева и то, где именно будет решена судьба экс-мэра. Полную расшифровку радиоэфира предоставляет РИА VladNews.

Андрей Калачинский: Добрый день! За последнее время в Приморском крае прошли слишком важные и слишком интересные события, которые очень похожи на "революцию". Поэтому 7 ноября мы собрались вместе с политологами Павлом Наливайко и Александром Шемелевым, чтобы обсудить политические проблемы Владивостока и Приморского края. Я бы сказал сразу: за последние четыре дня, когда состоялась отставка Игоря Пушкарёва, произошли и другие события. Мне кажется, что принципиально важно, изменилась атмосфера в регионе. Я видел фотографию, на которой нынешний врио губернатора Приморья Андрей Тарасенко стоит с экс-губернатором Сергеем Дарькиным. Они обсуждают, как достраивать храм. Лично я видел в письме, которое написал Пушкарёв, комментируя свою отставку, его слова о том, что он лично знает Тарасенко. Это означает, что нынешнее руководство края выстраивает нормальные мужские джентельменские отношения с теми людьми, которых мы называем "представителями" местных элит. Так какое самое важное событие? Что Игорь Пушкарёв ушёл в отставку?

Александр Шемелев:Политические события в Приморском крае в последний месяц развиваются с "калейдоскопической" быстротой. С революционным напором, но на самом деле, это такая здравая революционная эволюция.

Андрей Калачинский: Но отставка Миклушевского... вот это настоящая революция.

Александр Шемелев: Каждый месяц происходит что-то знаковое: сначала, волей Верховного Главнокомандующего произошла добровольно-принудительная отставка Миклушевского. Действительно, общество, эксперты, пресса, политические элиты, так называемые,- все с энтузиазмом восприняли октябрьские события по замене губернатора. Нового губернатора сразу, что называется с "места в карьер", в хорошем смысле.

Андрей Калачинский: К слову о "карьере". Павел, слово "карьер", мне кажется, здесь знаковое, потому что в октябре в этой студии обсуждались события, когда при прежнем губернаторе департамент краевой администрации пытался заставить карьер, на котором работают сотрудники ВБЩЗ, закрыть по ряду, наверное, ненадуманных причин. И вдруг что-то изменилось. Оказалось, что карьер и неплохо даже работает. Что скажете?

Павел Наливайко: Произошла «перезагрузка» власти и это даёт свои результаты. Действительно, 1 ноября было принято решение о возобновление деятельности ВБЩЗ. Это означает, что 200 семей будут с работой и почти 200 миллионов налогов будет поступать в бюджет. Реальные дела, никакой политики.

Андрей Калачинский: Но это же решительное и правильное действие. Просто дать своему чиновнику команду перестать "валять дурака", либо "разберись и делай как надо".

Александр Шемелев: Там может быть несколько позиций. Грубо говоря, представители завода и трудового коллектива "прорвались" на встречу к губернатору, изложили ситуацию, и тот занял принципиальную позицию. Предприятие и бизнес должны работать. А было ощущение, что завод действительно "душили", ввиду каких-то политических моментов.

Андрей Калачинский: Ну потому что завод принадлежит "Востокцементу", а "Востокцемент"- это Игорь Пушкарёв.

Александр Шемелёв: Главная суть в том, что губернатор на первое место поставил интересы развития территории. То есть, если есть на территории бизнес, который готов работать, то не надо без каких-либо экстраординарных причин ставить ему "палки в колёса". Всё, записали плюсик губернатору, поехали дальше.

Андрей Калачинский: Он просто убрал политические причины с административного и бизнес полей. И более того, в той бумаге, которую я видел за подписью начальника Департамента, разрешающая заводу начать работу, было написано, что устранены замечания. К 1 ноября, как оказалось, завод устранил замечания. Мне это очень нравится сейчас. Когда я говорю, что изменился климат, простое мужское решение дало возможность людям работать. Что ещё было важное? Отставка губернатора, а потом заработал завод.

Павел Наливайко: Неделя после этого события ознаменовывалась значительными кадровыми перестановками. В частности, Константин Межонов был приглашен на должность вице-губернатора по вопросам образования и культуры. Он согласился, так как большую часть своей профессиональной деятельности он посвятил образованию. Он долгое время возглавлял Департамент образования, сам был преподавателем и учителем. Потом, соответственно, этой деятельностью занимался на посту депутата Законодательного Собрания. Очень опытный человек, профессионал в этом деле. Многие эксперты в области образования очень обрадовались этому решению, потому что Межонов в своё время выдвигал ряд толковых инициатив, которые были забракованы на уровне Законодательного Собрания. А на должность И.О. главы Владивостока был согласован первый заместитель мэра города Алексей Литвинов. Молодой "технократ".

Андрей Калачинский: То есть, теперь молодые "технократы» -это люди, не связанные с бизнесом, с кем-то ещё, но сами по себе развивающиеся. То есть смотрите, вернусь к разговору об изменении системы. Какие-то же были новые переговоры между врио губернатора Приморья и командой прежнего мэра Владивостока Игоря Пушкарева. И мы видим два следствия переговоров: мы сначала узнали, что он забирает к себе человека, на которого Игорь Пушкарев надеется и который занимал место блюстителя, "престолохранителя" в мэрии Владивостока. И второе событие- заработал ВБЩЗ.

Павел Наливайко: Нужно отметить, как именно это всё произошло. Губернатор рано утром в понедельник встретился с депутатами Владивостока и создал атмосферу коллегиального решения. Он сказал, что предложил Межонову перейти на должность вице-губернатора в краевой администрации. Тот согласился. Потом дали слово Литвинову. И такая была концовочка: "Владивосток вернулся в Приморский край".

Александр Шемелев: Красиво было сделано и уважительно ко всем актёрам политического процесса, что при бывшем губернаторе вряд ли было можно представить.

Андрей Калачинский: То есть, Андрей Тарасенко развязывает все узлы, которые были завязаны при Миклушевском? Меня даже иногда разрубает. То есть, решить проблему с краевой и городской администрацией за одну неделю-это фантастика.

Александр Шемелев: Вот ещё сейчас хочу сказать, что эксперты сходятся во мнении, что темп задает такой врио губернатора, что "голова кружится", они нетипичны для предыдущего губернатора в своей работе. Многие отмечают, что Тарасенко и Дарькин чем-то похожи. Хотя безусловно, это разные люди.

Андрей Калачинский: Но вот я подумал о том, что если Андрей Владимирович Тарасенко был командиром подводной лодки специального назначения, то это в духе решений, в духе командира подводной лодки специального назначения.

Александр Шемелев: Вот в экспертных кругах ещё летом, когда говорили о кадровом потенциале, как раз ожидалась очередная волна смены губернатора. И когда обсуждали, как у нас обстоят дела в этом плане, то тогда ещё сказали, что командир атомной подводной лодки - это готовый губернатор.

Андрей Калачинский: В Америке - это человек, которому может позвонить Президент США. У нас, я думаю, может произойти то же самое. Это фантастически решительный, ответственный мужественный человек, который отвечает за свои поступки.

Александр Шемелев: Есть определенный уровень военного руководства, где автоматически подготовка находится на таком уровне, что человек способен решать гражданские задачи там, где это действительно нужно. В таком темпе, без большого труда. Это то, что нужно было Приморскому краю.

Андрей Калачинский: Ну тогда я вспомню, что Сергей Дарькин тоже родился в семье военных. Его детство прошло на военной базе подводных лодок. Тогда вернёмся к смене власти во Владивостоке. Перед уходом Константин Межонов сообщил, что многое было сделано во Владивостоке, но остались проблемы, которые необходимо решать. Он упомянул, что пока комиссия по тарифам держит стоимость проезда во Владивостоке на уровне 21 рубля, весь транспорт, в дальнейшем, погибнет. И мы также говорили о том, что, при такой стоимости транспорта, он и не может развиваться.

Павел Наливайко: Насколько я знаю, 9 ноября будет совещание по этому вопросу. Администрация города всеми силами держала уровень цен на предельно низкой отметке, но рано или поздно, всему наступает конец.

Андрей Калачинский: Эта ситуация похожа на ситуацию с ВБЩЗ. Один в один.

Александр Шемелев: На самом деле, губернатор, выступая в городской думе, оглашая определенные кадровые замены, он ещё более важные вещи сказал. В своём выступлении он набросал некую повестку важных дел, которые, с его точки зрения, сейчас важны и актуальны: проблемы с ценообразованием, транспортом, благоустройством. По сути, в городской думе, ровно неделю назад он задал своё видение повестки, а именно, чему нужно заниматься городу и краю. В принципе, Миклушевский никогда такого не делал. Так глубоко не погружался в проблемы города. Хотя он принимал АТЭС, при нём был ВЭФ. Но Андрей Тарасенко тем самым показывает, что нужно городу.

Андрей Калачинский: Не знаю, меня всегда коробило, когда наш прежний губернатор- интеллигентный человек, ученый, говорил так: "Я разобрался и отдал поручения". И вот эти "Отдал поручения" были по всем вопросам жителей края. Но эти поручения "таяли" и пропадали. То есть, он поручал, а мы потом не могли понять, кому он именно это поручал. А новый врио губернатора сам сказал, что он думает о тех или иных ситуациях. Это мне понравилось. Понравилось и то, что сказал Константин Межонов.

Павел Наливайко: Акценты расставлены правильно в любом случае. Отсутствие этих политических конфликтов и разбирательств на уровне Владивостока приводят к тому, что стороны начинают сразу включаться в решение проблемы. Решают их обоюдно. Задача есть - нужно решать.

Андрей Калачинский: Теперь стоит ещё одна проблема: как будет назначаться новый мэр Владивостока? Каким этот человек должен быть? И как эта процедура должна отсекать тех людей, которые, как мне кажется, могли бы туда пройти? Есть ли какие-то кандидатуры?

Александр Шемелев: Прежде чем говорить о том, кто мог бы, надо сказать о том, что произошло. 3 ноября, вечером, когда информационное поле уже "затухало", появилось сообщение на странице мэра в социальных сетях о том, что он уходит в отставку. И даже было опубликовано заявление дотировано 1-м ноября. 3 ноября оно поступило в мэрию, и полномочия Пушкарёва прекратились.

Андрей Калачинский: Я помню эту картинку в социальных сетях, собственноручно написанную, на имя администрации края. И дата: 1 ноября, а узнали мы 3 ноября. Это означает, что, когда он был избран на второй срок, в 2013 году, он проработал два с половиной года, потом полтора года он находится под арестом. И остается ещё год. То есть, половину срока ему "выбили". И он принял решение, потому что наладились контакты. Не знаю как, но какие-то контакты явно были.

Александр Шемелев: Я думаю, что важна не логистика процесса, а важно то, какую роль это сыграет в жизнь Владивостока. Условно, 9 с половиной лет у города был один мэр. По-моему, такого долгого срока пребывания у нас ещё не было. Это очень длительный период для градоначальников. В этот срок поместилось много чего: это и АТЭС, где город, совместно с краем и федералами делали те вещи, которые необходимы были для подготовки. И они визуально изменили наш город.

Андрей Калачинский: Безусловно. При Пушкареве кардинально изменился город. И, по моему личному мнению, то, что его следственные органы пытаются придать суду, как раз наоборот. Он не заработал на этих стройках, а наоборот, вложился в эти стройки.

Александр Шемелев: Будучи молодым политиком, он оказывал влияние на политическую ситуацию в Приморском крае.

Андрей Калачинский: Итак, отставка. Пушкарев сам написал заявление об отставке, хотя до этого никакими действиями следственных органов, которые, скорее всего, говорили ему написать заявление об отставке, он не основывался. Он полтора года держался, а потом сделал такой важный шаг.

Александр Шемелев: С точки зрения политики, этот шаг значимый, потому что он отсекает эпоху, когда городом руководил Игорь Сергеевич. И эта точка должна как раз выпала на период правления Андрея Тарасенко. Трудно такое представить, что такое могло было быть при Миклушевском. Но не будем забывать, что у Пушкарева скоро начнётся суд. И здесь нужно понимать, что статус человека, которого будут судить, играет немаловажную роль. Поэтому это, может быть, его также и подтолкнуло, а, может, это произошло всё вместе.

Павел Наливайко: Учитывая то, что мы были свидетелями, как администрацию Владивостока неоднократно пытались "захватить" путём назначения своего человека со стороны администрации Приморского края. Такой конфликт произошёл в апреле текущего года, когда краевая администрация объявила о том, что вице-мэр Юров уходит на работу в администрацию края, а на его место будет назначен экс-руководитель "Почты России", ныне спикер городской думы Андрей Брик. И тогда мы обратили внимание на то, что никак не согласовано это решение, не было никаких межэлитных договорённостей, что привело к автономному решению со стороны команды Пушкарева.

Андрей Калачинский: Это решение было чудовищно безграмотным, потому что краевая администрация не имеет права вмешиваться в дела муниципалитета. Ясно было, что это была попытка поставить "своего" человека у власти.

Павел Наливайко: Совершенно верно. И Игорь Сергеевич, в любом случае, видел это, и был недоволен тем, что происходит во Владивостоке.

Андрей Калачинский: Вот тогда Константин Межонов занял пост И.О. мэра Владивостока. И вот при Андрее Тарасенко он написал заявление.

Павел Наливайко: Здесь существуют две плоскости: первая - судебная. Учитывая тот абсурд, который происходит в уголовном деле.

Андрей Калачинский: Подождите. Но этот абсурд был при Миклушевском. И Игорь Пушкарёв хотел, чтобы его судили, как мэра. Он не уходил с позиции, потому что его обвиняли именно как мэра, нарушившего закон.

Александр Шемелев: При старом губернаторе, даже принимая во внимание все моменты, я с трудом представляю себе такое заявление. Это должна быть сила, чтобы принять такое решение. А с Миклушевским было противостояние. Он явно не уважал его, как губернатора. Поэтому не можем мы себе такого представить. Сейчас настолько всё изменилось, что есть возможность придать дополнительный импульс взаимодействию города и края. Пришёл новый губернатор. У него нет груза ошибок. У него есть ясное видение. Он производит впечатление человека, который готовился к вступлению на эту должность за два-три месяца. За два дня такую подготовку не пройти, хотя командир подводной лодки, может быть, и может. Суть в том, что человек в курсе всех событий. Когда его нога в первый день вступила на приморскую землю, он был в курсе того, что здесь происходит. Он начал убирать людей с должностей, обозначил свой стиль работы по проблемным точкам. Возможно, высказал своё отношение к Пушкареву. Он открыл дверь для разговора для нескольких разных вариантов. Поэтому достаточно логично то, что это заявление появилось, потому что сейчас пришло время "перезагружать" всю систему города и края, в целом.

Андрей Калачинский: Вернёмся с место проведения суда над Игорем Пушкарёвым. Что это вообще такое? В честь чего прокуратура обратилась в Верховный суд с таким заявлением?

Павел Наливайко: Адвокаты говорят, что никакого права Генпрокуратура не имела подавать документы таким образом. Есть специальная процедура, прописанная в уголовно-процессуальном кодексе, где указаны случаи, по которым может измениться территориальная подсудность. Ни под один из случаев уголовное дело Пушкарева не попадает.

Андрей Калачинский: Я просто напомню, обычно судебное дело происходит там, где совершено преступление. Если Пушкарева упрекают в том, что он во Владивостоке разорил...

Александр Шемелев: Его, в первую очередь, обвиняют в превышении должностных действий. И в этом случае судить должны по месту работы.

Павел Наливайко: Там очень интересная ситуация произошла. Об этом практически никто и не знал. И случайно узнали от самого Игоря Сергеевича. Потому что в пресс-релизе Генеральная прокуратура указала, что направила дело Пушкарёва для определения территориальной подсудности. А после того, как мы увидели ходатайство, оригинал документа, то там написано было об изменении территориальной подсудности в связи с недоверием судебной системе и.т.д.

Андрей Калачинский: Я только видел фразу, что решение суда во Владивостоке может быть необъективно в связи с возможным влиянием мэра и его окружения на суд.

Александр Шемелев: Если человек читает это, он понимает, что это - набор слов. Набор слов, подкреплённый подписью Заместителя Генпрокурора, который превращается в проблему для обвиняемого. Но тут есть нюанс того, что федеральные силовики выражают недоверие всей судебной системе Приморского края. И получается, что одно должностное лицо пишет бумагу, другое должностное лицо, это суд, должен принять решение, что судить его будут в Москве. Что в этих бумагах написано, никого не интересует. Они могут что угодно туда написать. Защита продолжает работать, но такое ощущение абсурда остается.

Андрей Калачинский: это Верховный суд даст ответ, где будет проходить суд над Пушкаревым. Это Владивосток, а , может быть, и Хабаровск.

Александр Шемелев: Нет, вопрос ставится насчёт Москвы.

Андрей Калачинский: Ладно. Какая процедура будет для назначения нового главы Владивостока?

Павел Наливайко: Если коротко, то у города есть 55 дней, согласно муниципально-правовому акту. До Нового года необходимо определиться с кандидатами. Возможно, даже Дума с нового года и выберет нового мэра города. Как будет происходить процедура: сейчас дума Владивостока назначит процедуру формирования социально-конкурсной комиссии. В чем будет заключаться её функционал: это будет три человека с думы Владивостока, три человека от губернатора Приморского края. Эта комиссия будет принимать документы у потенциальных претендентов на этот пост, проверять, подходят ли они по критериям, или нет. Если подходят, то они допускают их до второго этапа- голосования.

Андрей Калачинский: Любой человек может подать документы?

Павел Наливайко: Нет, там есть определенный критерий: возраст от 21 года, профессиональные качества.

Александр Шемелев: Есть точка отсечения. Сегодня комиссия Думы назначает конкурс, потом предлагает свою тройку в конкурсную комиссию, потом губернатор предлагает. Конкурсная комиссия собирается, избирается председатель. И через 20 дней после отставки мэра Владивостока, начинает принимать документы. Заканчивается это всё в декабре, и до 23 декабря конкурсная комиссия должна вынести свой вердикт.

Андрей Калачинский: Комиссия определяет?

Павел Наливайко: Она лишь допускает после того, как проверит документы. Не более того.

Александр Шемелев: Если нет грубого косяка с документами, то она всё выдает.

Александр Шемелев: Хочу отметить, что до 23 декабря пройдёт первый этап конкурса. Дальше Дума может ещё полгода выбирать мэра Владивостока.

Андрей Калачинский: Дума будет выбирать?

Павел Наливайко: За каждую отдельную кандидатуру Дума будет голосовать. И тот, кто наберет больше голосов, станет мэром Владивостока.

Андрей Калачинский: Есть ли у нас кандидатуры?

Александр Шемелев: На самом деле, в публичном поле никаких заявлений не было. Все понимают, что, безусловно, даже при имеющемся формальном иммунитете местного самоуправления, есть некий разумный порядок взаимодействия города и края. Безусловно, мнение губернатора будет иметь значение. В принципе, в отдельных СМИ уже звучали фамилии Олега Вельгодского, Дмитрия Новикова, Игоря Чемериса, Константина Богданенко. Каких-то конкретных кандидатур нет.

Павел Наливайко: Я думаю, что нас ожидает большое количество персоналий, которые выдвинутся. Ведь это будут сообразные мини-выборы, и не у всех будет цель именно победить. Многие хотят засветиться.

Александр Шемелев: Нужно знать каждой кандидатуре, с чем он идёт. У нас сейчас нет волшебников. Тут важно и преемственность сохранить, потому что в мэрии работоспособная команда. Важно понимать, чтобы человек был адекватный. Это техническая должность, где надо пахать.

Андрей Калачинский: Перед городом стоят сложнейшие задачи. Чтобы он развивался, необходимо реально стать агломерацией. У нас истекает время. Поэтому отмечу, что в крае сейчас происходят существенные изменения. С приходом врио губернатора Андреем Тарасенко всё происходит быстро, решения принимаются очень чётко и ясно. И пока они работают на развитие территории.