Александр Роднянский рассказал, когда и в каком виде российский зритель увидит «Левиафан»

Фильм придет в ноябре

10:33, 18 сентября 2014 Интервью
ba7697d3e572ed6db87d8e2ccf9b6cc6.jpg

Председатель международного жюри 12-го кинофестиваля «Меридианы Тихого» знаменитый продюсер Александр Роднянский рассказал, когда и в каком виде российский зритель увидит фильм Андрея Звягинцева «Левиафан».

- Говорят, у «Левиафана» были проблемы с получением прокатного удостоверения из-за использования в ленте нецензурной лексики… И именно поэтому он не был показан на «Меридианах Тихого»…

- Нет, дело не в этом. Но сначала позвольте про мат. Важно понимать, что среди российских кинематографистов мало, ну очень мало авторов, которые используют в своих лентах мат только для того, чтобы привлечь этим внимание зрителей (замечу, что подавляющему большинству зрителей мат знаком ну очень хорошо, не будем лукавить). Ненормативная лексика появилась и укрепилась в кино в связи с движением авторов к абсолютной правде. Они хотят рассказать историю максимально убедительно.

Режиссер, с которым я имею честь работать постоянно, Андрей Звягинцев, за всю нашу историю знакомства использовал ненормативную лексику ну пару раз, не больше. Это не его речь. В его язык мат не встраивается.

И если он в «Левиафане» использует какие-то слова, значит, они необходимы для характеристики героев. И любое изъятие такой лексики из фильма обессмысливает картину, мешает восприятию, убедительности картины.

Решение запретить мат в кино непродуманное, не учитывающее базовые интересы кинематографа. Весь мировой кинематограф в этом смысле существует в ситуации спокойного использования ненормативной лексики. Я говорю на английском, немецком и французском, очень часто смотрю фильмы этих стран на языке оригинала. Ненормативной лексики там вполне достаточно. Просто русское ухо воспринимает эти слова спокойно. А на родные слова – реагирует…

Как быть? А как иначе – надо закон выполнять. Мы убрали слова из «Левиафана», но мимика, артикуляция осталась. Это наименее болезненный способ выполнить требования закона.

- Так россияне увидят «Левиафана»?

- Конечно. У фильма невероятная фестивальная жизнь, каждую неделю он после Канн показывается на двух фестивалях минимум, причем на тех, успех на которых обеспечивает широкий прокат в Северной Америке, например.

Мы задумались и о коммерческом прокате. В России он начнется 13 ноября. Именно поэтому до 13 ноября нигде в России фильм показан не будет. Уверен, что в нашей стране картина будет воспринята неоднозначно и аудитория расколется. Наш фильм – трагедия. Я не раз сталкивался с тем, что расстроенные зрители спрашивали меня: «Ну неужели вы не могли придумать другой конец?!». На что я отвечаю: в год в прокат выходит сто комедий и миллион комфортно-позитивных картин. Может на их фоне появиться одна пусть трагическая, но жизнеутверждающая история? «Левиафан» - это история о безмерности русского человека, о его способности вместить в себя и бога, и дьявола…

- Над чем вы и Андрей Звягинцев будете работать дальше?

- Мы еще не приняли решения. У нас есть четыре сценария, каждые из которых он готов снимать. Все четыре сценария – костюмные, исторические… Но я тешу себя надеждой, что мы найдем пятый сценарий, такой, какой я мечтаю… Мне кажется, что ему нужно сменить жанр…

Источник: Любовь Берчанская, РИА «VladNews»