У чиновниц свои военные тайны

Как страшную военную тайну хранят деловую информацию чиновницы из отдела семьи администрации Фрунзенского района. И ладно бы шла эта информация исключительно под грифом “Совершенно секретно” или там “Для служебного пользования”. Да нет же, под запретом оказались самые обычные сведения о сирых и обездоленных, стоящих на учете в этой службе.

5 июнь 2001 Электронная версия газеты "Владивосток" №986 от 5 июнь 2001

Как страшную военную тайну хранят деловую информацию чиновницы из отдела семьи администрации Фрунзенского района. И ладно бы шла эта информация исключительно под грифом “Совершенно секретно” или там “Для служебного пользования”. Да нет же, под запретом оказались самые обычные сведения о сирых и обездоленных, стоящих на учете в этой службе.

Корреспондент “В”, попытавшийся из первых рук узнать, как живут нынче многодетные, неблагополучные, бедные семьи, как сводят концы с концами, чем может им помочь родное государство, получил “отлуп” по полной программе.

          “Нам запрещено давать информацию журналистам, - сурово заявила миловидная начальница отдела. - Почему? Перевирают все. Лично к вам у меня претензий нет, но есть приказ свыше. Единственное, что я могу сделать, испросить разрешения. Но предупреждаю, это бесполезно”.

          Потом дама долго звонила по телефону “наверх” и, обсудив попутно ряд важнейших чиновничьих проблем, дала ответ: “Нет, нет и нет”.

          “Я не прошу у вас статистических данных, может быть, они в самом деле засекречены. И фамилиями не интересуюсь. Мне нужны судьбы людские, ваш живой эмоциональный отклик на ситуацию - как профессионала, как женщины”, - я еще на что-то надеялась. Дама привычно смотрела сквозь меня.

          “Что ж, давайте, я сама позвоню вашей начальнице”, - я потянулась к телефонной трубке. И едва не получила по рукам. “У нас нельзя звонить по телефону. Это служебный телефон!” - вскрикнула вдруг дама и, кажется, прикрыла аппарат своим телом.

          Пришлось отступить. Мало ли как станет вести себя человек, стерегущий ТАЙНУ...…

          На следующий день, уже из редакции, я позвонила начальнице рангом повыше - Кортневой Людмиле Константиновне, которую помню еще с тех пор, как отделы семьи только-только создавались. Тогда, лет восемь назад, Л. К. была приятной, очень искренней дамой.

          “Всю информацию можете получить через пресс-центр, - резала правду-матку нынешняя Людмила Константиновна. - Нет, вето я не накладываю. Но вся информация в пресс-центре”.

          Попытка объяснить, чем отличается пресс-релиз от хорошей газетной публикации, окончилась крахом. Л. К. послала меня...… к Вегере, начальнице управления социальной защиты населения администрации. Дескать, насчет запретов и ограничений в праве на информацию - все к ней.

          Я вспомнила, какой приятной, очень искренней дамой была Вегера Л. П. в прошлом году, во время выборной кампании мэра. Но звонить уже не стала. А ну как и здесь сплошное разочарование?

          Собственно, я могла бы не мучить себя общением с начальницами, стойкими, как тот оловянный солдатик. Просто хотелось дойти до сути.

          И суть в том, что проблемы семьи и детства, о которых людям знающим криком кричать надо, самим выходить на прессу, поднимать общественное мнение, остаются скрытыми за семью печатями. А наружу выходят лишь предпраздничные сводки об успехах, сухая статистика да “гуманитарные” подробности - кому и сколько чего дали.

          - Что вы знаете о том безногом мужике, который вместе с дочкой, буквально с самого ее рождения, вот уже четвертый год просит милостыню? - поинтересовалась я во Фрунзенском отделе семьи. - Он, между прочим, сидит неподалеку от вас.

          - А он уже не наш, - был мне ответ. - Раньше он жил в подвале на Эгершельде, а сейчас переселился в подвал на Светланской. Спрашивайте про него в Ленинском отделе.

          Про Ивана рассказал мне сам Иван. В пресс-релизах такого точно не пишут. Потому что никак не вписывается этот нищий отец-одиночка в сводки, разрешенные начальством. А сколько еще у нас таких нищих, несчастных, голодных детей, матерей, отцов, которым не хватает ни государственной поддержки, ни элементарного человеческого участия…...

          И до них ли власти, умудрившейся сделать секрет даже из болячек-проблем общества, которые не прикрывать, а лечить надо! В том числе и с помощью прессы. Люди, знаете ли, очень откликаются, прочитав о чьей-то горькой судьбе. Вот что самое важное.