Для желающих установим в СИЗО даже финские унитазы

Накануне профессионального праздника - 278-й годовщины с момента образования в государстве российском “надзирающего ока государева” - корреспондент “В” встретился с начальником отдела по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний, старшим советником юстиции Вячеславом Бернатовичем и попросил его рассказать о положении граждан, которые еще не осуждены, но содержатся в ожидании суда в следственных изоляторах, и о том, какую роль играет прокуратура в их судьбе.

12 янв. 2000 Электронная версия газеты "Владивосток" №717 от 12 янв. 2000

Накануне профессионального праздника - 278-й годовщины с момента образования в государстве российском “надзирающего ока государева” - корреспондент “В” встретился с начальником отдела по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний, старшим советником юстиции Вячеславом Бернатовичем и попросил его рассказать о положении граждан, которые еще не осуждены, но содержатся в ожидании суда в следственных изоляторах, и о том, какую роль играет прокуратура в их судьбе.

- Прежде всего хочу сказать, что порядок задержания человека, его арест подробно регламентирован Уголовно-процессуальным кодексом РФ. Условия, в которых должен находиться человек, тоже четко регламентируются соответствующим федеральным законом. Контроль же за законностью применения по отношению к человеку такой серьезной меры, как арест, как раз и возложен на прокуратуру. Кстати, мало кто знает, что если будет установлено, что арест был незаконен и необоснован, то пострадавшему в судебном порядке должен быть возмещен материальный и моральный вред.

В Приморском крае сейчас действуют два следственных изолятора - во Владивостоке и Уссурийске, в которых находятся под стражей около 4 тысяч 800 человек. В Уссурийске, впрочем, есть еще один изолятор, но используется он для особо буйных граждан, которые не могут ужиться с другими в обычных изоляторах и злостно нарушают режим. Для них в помещении бывшего общежития оборудованы специальные камеры, которые, к слову, не пустуют.

Не буду отрицать, что существует большая проблема переполненности изоляторов арестованными сверх всякой меры. Бывает, что в СИЗО находится в полтора-два раза больше человек, чем положено по нормам. Допустим, в четвертом квартале ушедшего года в двух наших следственных изоляторах находилось на 1400 человек сверх положенного. Установленные по закону четыре квадратных метра на каждого человека мы обеспечить не можем. В СИЗО на Партизанском проспекте, например, даже освободили под камеры часть административных помещений, но и это не cмогло исправить ситуацию.

- Тем не менее есть ли при этих условиях возможность исправить ситуацию?

- Да, по мере сил мы пытаемся разгрузить изоляторы. За последнее время мы выпустили из владивостокского изолятора около тысячи человек. Во-первых, прокуратура и администрация этого учреждения стали жестче следить за тем, чтобы после вынесения приговора человек в течение 10 дней был этапирован в колонию. Во-вторых, сама конвойная служба стала работать более ритмично, поскольку эти функции отныне переданы управлению исполнения наказаний Минюста РФ.

Далее. Мы ищем возможности для организации в Приморском крае новых следственных изоляторов. Один планировали открыть уже в начале 2000 года в Спасске. Есть идея организовать и специальное детское СИЗО на базе колонии № 29 для несовершеннолетних в поселке Врангель. То есть будет возможность не только разгрузить следственные изоляторы, но и создать такую систему, когда следователям не надо будет ездить для проведения необходимых мероприятий через весь край. Однако проблема упирается в финансирование. К сожалению, в ближайшее время я не вижу, каким образом государство может ее решить. Поэтому мы пока что и не можем довести до ума тот же следственный изолятор в Спасске.

- Кстати, о финансировании. Насколько серьезна эта проблема?

- По данным на конец 1999 года, кредиторская задолженность приморских следственных изоляторов составляла более 23 миллионов рублей. Это долги за свет, отопление, коммунальные услуги, связь. Погашение этих громадных долгов администрациями СИЗО и главным управлением исполнения наказаний края, коим они подчиняются, на мой взгляд, нереально даже в перспективе.

По закону мы должны бесплатно лечить больных, доставляемых в следственные изоляторы, и по мере сил стараемся это делать. Однако на приобретение тех же лекарственных препаратов в 1998 году было выделено всего 13,5 процента от запрашиваемой суммы, а в 1999-м - 12 процентов. Сотрудникам управления исполнения наказаний приходится ездить по аптекам, используя личные контакты, просить выделить хотя бы минимальный комплект лекарств в долг. В последнее время, правда, исполняющий обязанности президента России Владимир Путин обратил внимание на все эти проблемы и пообещал помощь в их решении. Надеюсь, что он сдержит свое слово.

- А сами арестованные часто ли выражают недовольство условиями содержания в изоляторах?

- Не без этого, но мы им объясняем, что предоставляем все, что можем в данный момент. Кстати, многолетняя практика прокурорского надзора показывает, что принципы содержания лиц под стражей и их правовой статус администрацией учреждений соблюдаются, каких-то вопиющих фактов их дискриминации нет.

Более того, последние нормативные акты и ведомственные приказы значительно увеличили права арестованных. Теперь каждый из них имеет право на личную безопасность. Иными словами, если его притесняют в камере, он может требовать, а мы обязаны перевести его в другое место. Граждане имеют право на личную встречу с начальником СИЗО. В течение 8 часов мы должны предоставить ему право на сон. В это время никаких следственных действий проводиться с ним не может. Могут арестованные и отправлять религиозные обряды, иметь при себе предметы культа. Мы обязаны предоставить им возможность получать и отправлять денежные переводы, подписываться на газеты.

- Ходят слухи и о так называемых камерах “люкс”, которые есть в изоляторе и в которых содержатся крутые арестованные. Говорят и о пресс-камерах, где подследственных “прессуют”...

- Ответственно заявляю, что никаких камер “люкс” или пресс-камер в приморских следственных изоляторах нет. Никто никогда не выбивает признательные показания, воздействуя на находящихся под стражей граждан физически или морально. Теперь о “люксах”. Ведомственные приказы позволяют в пределах разумного оказывать арестованным дополнительные платные услуги. То есть если человек хочет иметь в камере телевизор, магнитофон, кондиционер или, скажем, финскую сантехнику, то имеет право приобрести все это на свои средства. Конечно, честно заработанные им или его родственниками. Если хочет поставить себе золотые зубы или приобрести очки, то у нас также есть возможность предоставить это за дополнительную плату. Некоторые даже заказывают на свои дни рождения торты или какие-либо деликатесы.

В заключение хочу сказать, что, несмотря на все существующие проблемы, прежде всего финансовые, я как надзирающий за положением арестованных и находящихся в СИЗО лиц считаю, что ситуация более-менее нормальная. Безусловно, картина далека от идеальной, но при существующих условиях делается все возможное для соблюдения законности в следственных изоляторах.