Таль сказал: “Такой не подведет...”

В Дальневосточном техническом университете состоялась церемония открытия мемориальной доски в честь гроссмейстера Александра Зайцева. Выполненная из бронзы, она установлена на фасаде центрального корпуса здания университета. Летом 1952 года впервые сюда пришел выпускник 75-й средней школы золотой медалист Саша Зайцев. Через 5 лет успешно окончил институт. Ему прочили блестящую карьеру инженера. Он и начинал работать по этой специальности - сначала на “Эре”, затем в “Дальрыбе”.

1 июнь 1999 Электронная версия газеты "Владивосток" №600 от 1 июнь 1999

В Дальневосточном техническом университете состоялась церемония открытия мемориальной доски в честь гроссмейстера Александра Зайцева. Выполненная из бронзы, она установлена на фасаде центрального корпуса здания университета. Летом 1952 года впервые сюда пришел выпускник 75-й средней школы золотой медалист Саша Зайцев. Через 5 лет успешно окончил институт. Ему прочили блестящую карьеру инженера. Он и начинал работать по этой специальности - сначала на “Эре”, затем в “Дальрыбе”.

Наш земляк Александр Зайцев бился на равных с ведущими шахматистами мира

Но истинным призванием были шахматы. С ними он познакомился еще в пятилетнем возрасте, но по-настоящему увлекся в 14 лет. Родственница подарила на день рождения комплект шахмат. Мальчик загорелся, пригласил приятелей “сразиться”...

Осенью 1949 года включился в первый официальный турнир. Недавно отыскалась таблица этого исторического (без кавычек!) соревнования. Будущий гроссмейстер занял скромное пятое место, с трудом уложившись в норматив 4-го разряда.

Саша записывается в шахматный кружок городского дома пионеров. Его руководитель, бывалый турнирный боец, тогдашний чемпион края Иван Федорович Волошин сразу оценил способности новичка. По его совету юный шахматист основательно изучает теорию, включается в турниры по переписке, и адрес: Владивосток, Пограничная, 13 вскоре становится известным во всех уголках страны. Над шахматами он просиживает ежедневно по 6-8 часов, иногда далеко за полночь, особенно за партиями своих любимых шахматистов Алехина и Чигорина. И, конечно, играет в турнирах, которые следуют один за другим - между городами и вузами, среди спортивных обществ и ведомств, личные и командные.

За два года Зайцев проходит путь от начинающего до перворазрядника - случай по тем временам редкий. Первая серьезная (и небезуспешная!) обкатка - в российских юношеских соревнованиях. Но он не обольщается, прекрасно сознавая, что главные испытания - впереди.

Вкус к первым взрослым победам пришел в конце 50-х, когда приморцу последовательно уступают в матчах два столичных мэтра - сначала известный теоретик и будущий чемпион мира в заочной игре Яков Эстрин, а затем чемпион столицы Владимир Симагин.

Но путь наверх не всегда был устлан розами. Даже более чем не всегда. Пять лет бился за звание кандидата в мастера, не менее десяти турниров потребовалось, прежде чем Москва дала добро на мастерский матч. Были и минуты отчаяния, как, например, после серии неудач в российских полуфиналах, были и мысли даже оставить шахматы, особенно после Спартакиады народов РСФСР 59-го года, когда проиграл почти все партии. Он падал (нередко и в прямом смысле этого слова - сказывались последствия перенесенного в детстве тяжелого заболевания), но каждый раз поднимался и упрямо шел вперед.

Как о большом самобытном таланте впервые о нем заговорили на чемпионате СССР 1962-го года. Встречаясь с Михаилом Талем, Зайцев отважно поднимает перчатку короля комбинаций. После взаимных эффектных ударов партия завершается вничью, но тем не менее признается самой красивой, и ее создатели награждаются специальными призами. Ни до, ни после ничейные партии не удостаивались такой чести. Таль потом скажет:”Впервые я встретил соперника, не уступающего мне в комбинационной игре”.

А настоящий штурм вершин начался с участия в знаменитых международных сочинских турнирах памяти Михаила Чигорина. В первом из них, летом 1963 года, молодой мастер открывает счет победам над гроссмейстерами. Первым от его руки пал именитый венгр Билек, следом не выдерживает зайцевского натиска экс-чемпион мира Василий Смыслов.

Поднаторев в битвах с сильными мира сего, в 65-м Зайцев покоряет норматив международного мастера, а спустя два года происходит событие, достойное Книги рекордов Гиннесса. В компании с ведущими советскими шахматистами, в том числе и претендентом на звание чемпиона мира Борисом Спасским Зайцев оказывается в числе победителей, и решением ФИДЕ ему присваивается звание международного гроссмейстера - первому в истории шахмат не только восточной части России, но и всей Азии. Еще через год он добивается своих высших достижений: выигрывает главный турнир России, а в чемпионате СССР делит первое-второе места, причем завершает оба турнира без единого поражения.

Искрометный, феерический стиль делает гроссмейстера из Владивостока популярным в шахматном мире. К тому же Александр Николаевич отличался редкой скромностью и обаянием, он - желанный гость в соревнованиях любого ранга. Встречается за доской с Петросяном и Карповым, Ларсеном и Глигоричем, Хюбнером и Бронштейном, Полугаевским... И мало кто мог подумать, что шахматисту, находившемуся в расцвете сил, отпущено совсем немного. Осенью 1971 года смерть внезапно настигает его на операционном столе. Александру Николаевичу едва исполнилось 36...

Большое видится на расстоянии, говорил поэт. Только спустя десятилетия мы начинаем сознавать истинные масштабы шахматного подвига первопроходца. Прошло более 30 лет, а к вершинам, покоренным Зайцевым, пока ни один шахматист Дальнего Востока даже не смог приблизиться. Над этим феноменом, право, стоит задуматься.