Корабли-призраки растворились в тумане?

Как уже сообщал “В”, в середине этой недели на акватории Японского моря разыгрался военно-политический детектив, связанный с более чем суточным преследованием японскими патрульными судами и боевыми кораблями двух неопознанных (предположительно северокорейских) судов, нарушивших утром 23 марта территориальные воды Японии.

26 март 1999 Электронная версия газеты "Владивосток" №566 от 26 март 1999

Как уже сообщал “В”, в середине этой недели на акватории Японского моря разыгрался военно-политический детектив, связанный с более чем суточным преследованием японскими патрульными судами и боевыми кораблями двух неопознанных (предположительно северокорейских) судов, нарушивших утром 23 марта территориальные воды Японии.

Сообщалось и о том, что по просьбе японской стороны на рубеж российских территориальных вод командованием ТОРУ ФПС было выставлено несколько пограничных сторожевых кораблей.

В течение минувших суток ситуация продолжала оживленно комментироваться японскими средствами массовой информации. Наибольшее распространение получила версия, основывающаяся якобы на информации служб наблюдения управления национальной обороны Японии, что, заложив в течение полутора суток огромную петлю в Японском море (от Ниигаты на северо-запад, на траверз Находки, который был пройден утром 24 марта, а затем на юго-запад к основанию Корейского полуострова), к исходу дня 24 марта оба судна-нарушителя ушли в сторону северокорейского порта Раджин, находящегося чуть южнее госграницы между РФ и КНДР.

Одновременно в некоторых японских СМИ высказывалась версия, что суда-нарушители “спрятались” во Владивостоке. Версия, на наш взгляд, достаточно бредовая, и мы бы рады ее опровергнуть. Однако сделать это с абсолютной уверенностью не можем, в первую очередь, в силу той странной позиции, которую заняло командование Тихоокеанского регионального управления ФПС РФ. У нас сложилась твердая уверенность, что на любую информацию, связанную с тем, что в течение нескольких суток происходило в Японском море в непосредственной близости от госграницы РФ, наложено строжайшее табу. Руководители наших доблестных пограничников категорически отказываются что-либо комментировать, сообщать, опровергать или подтверждать. Позиция более чем странная, особенно на фоне той открытости, с которой действуют японские коллеги наших силовиков, спокойно сообщающие представителям национальной прессы все подробности и детали, не связанные, естественно, с гостайной. А может быть, для наших людей в погонах примеры не тренировочно-придуманного, а реального взаимодействия с зарубежными коллегами или примеры реальной боевой защиты наших рубежей тоже кажутся страшной тайной?..