Медаль нашла солдата

Гвардии старшему сержанту Петру Пузырному вручена медаль “За отвагу” приказом от 24 июля 1943 года.

14 февр. 1999 Электронная версия газеты "Владивосток" №545 от 14 февр. 1999

Гвардии старшему сержанту Петру Пузырному вручена медаль “За отвагу” приказом от 24 июля 1943 года.

- Неужто праздник какой, - удивился Петр Николаевич, открывая дверь на звонок военкома Ленинского района и корреспондентов “В”, - а я запамятовал?

И вправду, немудрено было бы запамятовать - за 55 с половиной лет! Ведь сегодняшнее событие родом аж из 1943 года, и не случайно волнуется военный комиссар полковник Владимир Бадеев, снимая хрустящую обертку с купленных по пути к Петру Пузырному алых гвоздик. А мы, корреспонденты “В”, благодарны Владимиру Бадмаевичу, что позвал нас вместе с ним поздравить старого солдата.

- Петр Николаевич, сегодня не общегосударственный, а ваш личный праздник, - улыбается военком. - Скажите, в июле 43-го вы где были?

- Память, конечно, уже не та, что раньше, - говорит хозяин, рассаживая гостей поудобнее, - все-таки мне в январе 81 год исполнился, но как раз тот месяц июль всегда со мной: правая рука-то и через полвека по ночам ноет. Весь июль

43-го наша 78-я стрелковая дивизия воевала на Курской дуге. Я был помкомвзвода разведчиков в пехоте. А 27-го числа меня ранило. Попал в госпиталь и уже к своим в разведку не вернулся. Ранение было тяжелое, думал, без руки останусь, но хирурги ее, почитай, заново слепили, и кость срослась, и пальцы постепенно начали шевелиться. Так что мне еще довелось повоевать, и демобилизовался я в октябре 45-го.

 Медаль “За отвагу”, которой был удостоен Петр Пузырный 24 июля 1943 года, разминулась с разведчиком, поправлявшимся в госпитале после тяжелого ранения. Но, как пояснил нам полковник Бадеев, архивы наркомата обороны изучаются до сих пор, таким образом был поднят и фронтовой приказ о награждении Петра Николаевича и найден адресат, который, слава богу, жив и здоров.

- Принимайте награду, - обнимает Владимир Бадмаевич гвардии старшего сержанта, - поздравляю вас, а это вам подарок от нашего военкомата - часы.

Мы еще долго сидели со старым солдатом, который медали из 43-го года удивился и растрогался:

- Главное, что не забыли.

А посреди разговора вдруг встрепенулся:

- Обязательно надо будет Ивану написать, какая у меня новость.

Оказывается, в селе Красный Кут живет однополчанин Петра Николаевича Иван Кудревский. Встречаются они нечасто - возраст, на девятом десятке любая дорога нелегка - но связь поддерживают.

К слову, владивостокцем исконный приморский житель Петр Пузырный вновь стал не так давно. Вырос он в селе Дмитриевка, что недалеко от Черниговки:

- Туда из-под Чернигова, с Украины, мой дед переселился и отца моего привез еще мальчиком Колей. А у родителей наших Николая Марковича и Марьяны Антоновны детей было 13 душ, я восьмым родился. Тогда у всех семьи были большие. И село наше в то время было немаленькое: 520 дворов.

Там, в Дмитриевке, Петр Пузырный подростком начал работать в коммуне имени Клима Ворошилова. А потом отправился во Владивосток на стройку:

- Строил банно-прачечный комбинат, дом трамвайщиков на Луговой. А в 38-м году я уже на Хасане в траншее лежал - в ранце, с автоматом ППШ. Потом направили под Хабаровск, в Волочаевский гарнизон, там служил. Школу младших командиров прошел, треугольнички на петлицы получил. Когда началась Отечественная война, мы сразу рвались на запад, но под Москву попали лишь зимой 42-го. Часто вспоминаю наш эшелон, как мы ехали в теплушках - это такие двухосные вагончики. У меня все время ноги мерзли: мы носили ботинки с обмотками, и ботинки мне достались маловатые - ноги-то больше 45-го размера.

Вспоминает Петр Николаевич и вошедшую в легенды Орловско-Курскую операцию:

- После каждой вылазки в разведку мы с командиром отправлялись “в кусты”. Так мы между собой называли дивизионный штаб. Он располагался между деревнями Ольшанка и Хворостянка: ольха и хворост. “В кустах” докладывали свои наблюдения, что удалось высмотреть, когда по-пластунски подбирались к немецким позициям.

После войны гвардии старший сержант Петр Пузырный возвратился на родину, в Приморье. Обосновался в Спасске и 33 года проработал на цементном заводе. А когда овдовел и возраст стал давать себя знать, дочь Наталья, владивостокская жительница, уговорила отца переехать в краевой центр. Уже во Владивостоке еще раз поменяла его квартиру так, что сейчас живут они в одном доме: Петр Николаевич в первом подъезде, Наталья Петровна в пятом.

- Теперь рядом и дочка, и внуки Алексей с Антоном. Помогают мне. И убрать, и насчет продуктов, - с удовольствием рассказывает Петр Николаевич. - А кухарничаю я сам и готовлю, по-моему, неплохо. Кстати, время обеденное, а у меня борщ есть, хотите?

Замечательный оказался борщ!