Жизнь спасут 20 тысяч рублей

К своим 17 годам Уля уже дважды пыталась свести счеты с жизнью, может, и несправедливо считая, что так, как она, жить нельзя. Почти от рождения имея тяжелую форму сахарного диабета, патологию почек и целый букет сопутствующих заболеваний и осложнений, она практически лишена даже тех немногих радостей жизни, которыми могут сегодня наслаждаться ее здоровые ровесники. Неласковой судьбой ей разрешено только небыстро ходить, если нет очередного обострения, немного есть, предварительно уколовшись инсулином, и общаться с окружающими - в основном пациентами больницы, в которой она проводит времени больше, чем дома.

19 янв. 1999 Электронная версия газеты "Владивосток" №528 от 19 янв. 1999

К своим 17 годам Уля уже дважды пыталась свести счеты с жизнью, может, и несправедливо считая, что так, как она, жить нельзя. Почти от рождения имея тяжелую форму сахарного диабета, патологию почек и целый букет сопутствующих заболеваний и осложнений, она практически лишена даже тех немногих радостей жизни, которыми могут сегодня наслаждаться ее здоровые ровесники. Неласковой судьбой ей разрешено только небыстро ходить, если нет очередного обострения, немного есть, предварительно уколовшись инсулином, и общаться с окружающими - в основном пациентами больницы, в которой она проводит времени больше, чем дома.

Почти весь небольшой доход семьи, состоящей из мамы с мизерной зарплатой, братишки и бабушки-пенсионерки, уходит на поддержание сил Ули. Какой же здравомыслящий человек может смириться с тем, что из-за него буквально обнищали родственники, а выхода нет, потому что диабет неизлечим? И первая попытка суицида была продиктована желанием облегчить им жизнь.

Недавно Улю чуть ли не в коме вновь увезли в больницу. Усилиями врачей и бабушки, сумевшей насобирать лишь самый минимум лекарств, девочку вернули к жизни. А она, едва придя в себя, с тоской спросила: зачем?

Ее и бабушку попытались успокоить: слава богу, сегодня даже тяжелая форма диабета не смертельна - одна операция по подсадке BT-клеток, вырабатывающих инсулин, может не только продлить жизнь, но и значительно оздоровить весь организм. Только бесплатно ее пока не делают. Необходимые препараты и подсадочный материал вместе с доставкой из Москвы стоят около 20 тысяч рублей...

От этой суммы у бабушки помутилось в глазах. Но мысль, что внучку можно спасти, придала ей сил. Преодолевая собственные недомогания, она бросилась по властным кабинетам и приемным фирм, где, ей казалось, могли проникнуться ее горем. Пусть по чуть-чуть дали бы в каждой - и, может, насобиралась бы необходимая сумма. Отчаявшаяся женщина не постеснялась бы и не поленилась поехать на другой конец города даже за сотней. Но никто ей пока этого не предложил.

Печальный в своей безнадежности тезис о том, что здоровье не купишь, мы знаем с детства. А когда не просто здоровье, а саму жизнь все-таки можешь купить, но не в состоянии?

В надежде на то, что не все еще сердца очерствели, мы даем телефон Улиной бабушки: 258-226.