Мы используем cookie, чтобы улучшить ваше восприятие нашего сайта. Вы можете увидеть, сохраненные cookie-файлы с помощью настроек cookie в вашем браузере. Просматривая наш сайт, вы соглашаетесь с использованием нами cookie-файлов.

$69.71 (-1.04)

€77.64 (-0.91)

traffic level: 0
sea

Он погиб на Донбассе

Поисковики Донецка сообщили жителю Владивостока о месте захоронения его деда

Электронная версия газеты "Владивосток" №4684 (6389) от 20 май 2020

Несмотря на непрекращающиеся боевые действия на востоке Украины, местные следопыты на Донбассе продолжают поиск безвестных могил погибших героев и выясняют имена похороненных в них бойцов. В мае этого года известие о месте захоронения деда получил из Донецка полковник полиции Магомед Лабазанов, много лет являвшийся командиром ОМОНа УВД Приморского края (ныне Росгвардия).

– Я – полный тезка своего деда по отцовской линии, – рассказал он корреспонденту «В». – Старший Магомед Лабазанов родился в горном ауле Манас Буйнакского района в Дагестане в далеком 1903 году. Женился на своей односельчанке Аминат, воспитал двух сыновей – Лабазана (моего отца) и Ису, а также дочку Патимат.  

Еще в молодости мой дедушка мечтал о суровой и опасной профессии военного, хотел защищать Родину. Однако вначале пришлось работать школьным учителем. Мечта реализовалась в 1937 году, когда был объявлен партийный набор коммунистов в кадровые политработники.

    В 1939 году молодой политрук участвовал в операции по освобождению Западной Украины от белополяков в составе 158-го кавалерийского полка (уже тогда орденов Ленина и Красного Знамени) 3-й кавдивизии имени Григория Котовского Киевского военного округа. В следующем году освобождал Северную Буковину, а затем прикрывал рубежи СССР в Западной Украине.

– Там же мой дед встретил Великую Отечественную войну, – продолжает свой рассказ Магомед Лабазанов-младший. – Бабушка рассказывала, как 22 июня он забежал в дом со словами: «Быстро собирай детей и уезжайте – началась война». В боевых действиях принимал участие с первого дня.

О том приграничном сражении рассказал в своих мемуарах «Так началась война» маршал и дважды Герой Советского Союза Иван Баграмян. «Удар немецкой авиации, хоть он и оказался для войск неожиданным, отнюдь не вызвал паники. Командиры прилагали максимум усилий, чтобы сохранить руководство войсками, – писал он. – Первый бой кавалерийского полка на границе произошел в районе Львова. Немцы въехали на нашу территорию… на поезде – наглость в высшей степени. В 30 км от границы фашистский пехотный полк на небольшой железнодорожной станции Пархача стал выгружаться из вагонов и разворачиваться в боевые порядки. Однако красные конники уж мчались с шашками наголо от мест своих горевших от бомбежки казарм. Практически вся вражеская часть была порублена и уничтожена. В этом бою кавполк вышиб немцев за линию государственной границы, а наступать на вражеской территории не получил приказа. Живыми на ту сторону вырвались лишь несколько захватчиков. Политрук Магомед Лабазанов вместе со своим ординарцем Харчуком взяли в плен шесть гитлеровцев».

Затем полк вместе со всем фронтом с тяжелейшими боями отступал к Бердичеву и Белой Церкви. Особенно тяжелыми оказались потери на Днепре и Пселе, под городком Ржищевом и Харьковом. Следом с успехом прошла наступательная операция под Елецком. За проявленные мужество и героизм дивизия получила звание гвардейской.
На рубеже 1941–1942 годов Магомед Лабазанов оказался в другом соединении. Был назначен политруком сабельного эскадрона 139-го кавалерийского полка 34-й кавдивизии Юго-Западного фронта. Причина перевода проста: новое соединение формировалось из молодых и необученных бойцов, поэтому офицеры назначались из числа уже имевших боевой опыт. Вот что по этому поводу командир 5-го кавалерийского корпуса генерал-майор Федор Камков докладывал в штаб Юго-Западного фронта: «34-я кавалерийская дивизия, сформированная из одного запаса и значительно уступающая по своей боевой устойчивости 3-й и 14-й кавалерийским дивизиям, нуждается в присылке кадровых командиров…» Особенностью новой дивизии было то, что в нее призвали служить представителей разных народов многонационального Советского Союза. Кстати, командиром этой дивизии в тот момент был полковник Андрей Гречко, ставший в дальнейшем маршалом и министром обороны Советского Союза.

В этот момент шли ожесточенные бои за Донбасс. Фашисты стремились любой ценой завладеть нашими шахтами и металлургическими заводами. Пользуясь тем, что враг еще не имел сплошной линии обороны, конники совершили несколько дерзких рейдов по тылам фашистов. Это ослабило наступательный пыл немцев.
В конце января 1942 года конный корпус провел крупную наступательную операцию в районе города Славянска. Но оторванность от линии фронта и основных сил 37-й и 12-й армий Юго-Западного фронта, не сумевших поддержать кавалеристов, на некоторых направлениях достигала 80–100 км. Не было снабжения, боеприпасы заканчивались. Гитлеровцы подтянули резервы и силами двух пехотных полков и 40 танков у Красноармейского рудника обрушились с флангов на уже обессиленный корпус. Возникла угроза окружения. Чтобы этого не допустить, пришлось возвращаться на исходные позиции.

Прикрывать отход основных сил у села Доброполье оставили 139-й кавалерийский полк. Свою задачу он с честью выполнил, но практически полностью погиб под ударами превосходящих сил противника.  

– Именно там, на восточных рубежах советской Украины, дед пропал без вести, – говорит полковник полиции Магомед Лабазанов. – По официальным данным, это случилось 31 января 1942 года в Добропольском районе Сталинской области. Все дети и внуки на протяжении многих десятилетий, не теряя надежды, с большим упорством искали и по крупицам собирали хоть какую-то информацию, которая пролила бы свет на обстоятельства его гибели и место захоронения. Делали запросы в архивные и исторические учреждения. В результате многолетних поисков выяснилось, что за свой последний бой политрук Магомед Лабазанов был представлен к ордену Красного Знамени. В архиве Министерства обороны РФ в Подольске сохранилось представление к этой награде. Кроме того, в архиве Главного управления формирования и укомплектования войск Красной армии имеется документ: «Политрук Лабазанов награжден медалью «За отвагу» приказом Юго-Западного фронта № 53/н от 19.03.1942».

Нам удалось найти однополчанина Магомеда Лабазанова – ныне генерал-лейтенанта в отставке Вадима Садовниченко (до сих пор проживает в Белоруссии). По его воспоминаниям, политрук Лабазанов был очень отважным человеком, собственным примером бесстрашия и мужества воодушевлял солдат ринуться вперед, вселял в них боевой дух. Сам всегда был на передовой. Во время боев за село Глинки лично уничтожил несколько боевых точек противника.

За этот бой дед был награжден медалью «За отвагу», став первым в истории аварского народа кавалером самой почетной солдатской награды. Через годы в торжественной обстановке медаль и удостоверение к нему торжественно вручили моему отцу Лабазану Лабазанову – сыну фронтовика.

Сложнее было с поиском места захоронения политрука-кавалериста. В мае нынешнего года на сайте «Подвиг народа» появилась новая информация о его подвиге, гибели и месте захоронения. Будучи раненым, 31 января 1942 года он остался с пулеметом прикрывать отход своих боевых товарищей на восточном склоне безымянной высотки у здания школы села Ново-Березовка Добропольского района. Там же и погиб в бою смертью храбрых.

Вместе с десятью кавалеристами был захоронен местными жителями в стрелковых ячейках за оградой школьного двора. Позже там установили пирамидку с их фамилиями. В 1955 году останки были перенесены в братскую могилу на гражданское кладбище на северной стороне села Ново-Федоровка Добропольского района.

– Эти данные нам сообщили представители поискового отряда Донецкой Народной Республики, – говорит внук политрука Лабазанова. – К сожалению, попасть сейчас на территорию воинского захоронения невозможно. Кладбище вместе со всем селом находится в прифронтовой зоне со стороны киевских националистов.

Фото из архива семьи Лабазановых

 
 

Автор: Николай КУТЕНКИХ

Комментарии для сайта Cackle