Водка зверит, скотинит и убивает

- Я убил Петра, - ошеломил соседей, разбудив их вчера на рассвете, 58-летний Виктор Р., - и сам больше жить не хочу. - Повернулся и пошел обратно к себе в квартиру.

7 июль 1998 Электронная версия газеты "Владивосток" №410 от 7 июль 1998

- Я убил Петра, - ошеломил соседей, разбудив их вчера на рассвете, 58-летний Виктор Р., - и сам больше жить не хочу. - Повернулся и пошел обратно к себе в квартиру.

Пока до соседей, как говорится, дошло, и они кинулись вслед за Виктором Владимировичем в открытую дверь его квартиры, он успел запереться в своей комнате, а там отворил окно, забрался на подоконник и прыгнул - с 8-го этажа. Тело разбившегося лежало возле дома на улице Адмирала Завойко во Владивостоке все утро, пока опергруппа на 8 этаже восстанавливала жуткую картину случившегося.

До поры до времени в 3-комнатной квартире жили довольно мирно. Жена Виктора Владимировича умерла 3 года назад. Общих детей у них не было, но к обоим ее сыновьям он относился словно к родным. Старший, 40-летний Роман, огорчений не доставлял: жил тут с женой и 2-летней дочкой, чистоту и опрятность они поддерживали не только в своей комнате, но и во всей квартире.

Но вот в марте после почти 7-летней “отсидки” за разбой вернулся сюда младший сын, 28-летний Петр, и покоя никому не стало. Устраиваться на работу он не хотел, тем не менее деньги на пьянку всегда раздобывал, в том числе и у отца. Напившись, любил поскандалить.

Соседи говорят, что в таких случаях Виктор Владимирович обычно укрывался в своей комнате и запирался на замок. Бывало, “глава семейства” жаловался, что он, которому под 60, один из всех работает, трудится в порту водителем электропогрузчика, а “здоровенный” Петька мало того что бездельничает, так еще и дебоширит. Однажды Виктор Владимирович даже процитировал запавший когда-то в память афоризм классика: “Пьянство зверит и скотинит человека”.

Увы, озверел от водки вчера под утро именно Виктор Владимирович. Как они сошлись с Петром в совместном застолье, никому не понятно. Может, потому согласился он “посидеть” с пьяницей-Петькой, что чувствовал себя одиноким? Накануне Роман с семьей на несколько дней уехали из Владивостока.

Как бы то ни было, но в этот раз пили вдвоем: на месте застолья так и остались 2 рюмки и 2 пустые бутылки из-под водки. А потом, очевидно, возникла пьяная ссора. Соседи считают, что Петр довел-таки, “достал” отчима. Словом, впавший в неистовство Виктор Владимирович взял молоток и нанес Петру несколько страшных ударов по голове: по комнате разбрызгалась не только кровь, но и мозговое вещество.

Но Виктор Р., похоже, думал, что еще не добил ненавистного пасынка. Убийца пошел на кухню, нашел среди инструментов узкий, типа шила, нож и буквально истыкал им спину лежавшего на полу ничком Петра. Вот тогда-то Виктор Владимирович и отправился к соседям со своей ужасной вестью.

Что-то вроде ужаса испытал и прибывший на место происшествия милицейский эксперт, когда, зафиксировав в протоколе как орудия убийства раздробивший голову молоток и торчавший в спине нож-шило, перевернул труп навзничь и увидел воткнутый в живот еще один - большой кухонный нож. Возможно, сначала убийца схватил именно этот нож и ударил Петра, потом бил поверженного пасынка молотком и довершил “дело” шилом.

Так ли это было, уже никто не расскажет. Совершив этот жуткий, спровоцированный алкоголем самосуд, убийца казнил и себя. Он так сильно оттолкнулся от подоконника, прыгая с 8-го этажа, что упал в нескольких метрах от дома. Там он и лежал, в то время как эксперт считал десятки ран на теле убитого напившимся отчимом пьяницы-пасынка.