Ноябрь – время для прибоя

Выставка «Полоса прибоя» открывается сегодня в выставочном зале Приморского отделения Союза художников. Основу экспозиции составили картины трех приморских художников: Сергея Барсукова, Евгения Коржа и Виктора Убираева.

20 нояб. 2014 Электронная версия газеты "Владивосток" №3643 от 20 нояб. 2014

Поэтическое название для коллективной выставки было рождено самим местом, вдохновившим художников, – замечательной бухтой Сидими.

Район Сидими – одно из красивейших мест Приморья. Бухты, каменные россыпи, соседствующие с изумрудными травами, склоны сопок, будто затянутые бархатом с темнеющими пятнами редких деревьев, наводят на мысль о гениальном дирижере, создавшем удивительную природную симфонию. Эта территория, связанная с именами Гека, Янковских и Бринеров, всегда обладала особой магической притягательностью. Выбравшие ее поначалу для устройства поселка, а позже для создания многоотраслевого хозяйства, вольный шкипер Гек и исследователь Янковский одухотворили эти места созидательным началом, напитали своей энергией и бережным отношением к совершенству природы.

Именно в Сидими на пленэр десятилетиями приезжают приморские художники. Дом Бринера, бухта Табунная, маяк, остров Кроличий стали источником вдохновения лучших живописцев нашего края.

Евгений Корж, Виктор Убираев, Сергей Барсуков – в числе тех, кто не просто выезжает в Сидими на пленэр, но, можно сказать, связывает с этой местностью свое творчество. На выставке будут представлены небольшие по формату холсты, в которых отражена вся красота природы этого «намоленного» художниками места.

Евгений Корж – художник мажорный, из тех, кого в профессиональных кругах называют цветовиком. Он передает натуру обобщенно, умело сопоставляя цветовые массы. В живописи Виктора Убираева воплотилось солнечное, светлое ощущение мира. Ему присущи импрессионистский подход к натуре и большая живописная свобода. Живопись Сергея Барсукова отличается спокойным и ясным колоритом, особой преданностью природе, стремлением создать пейзаж, где есть место рукотворному человеческому следу – дощатому домику, качелям под старой липой, деревянной скамейке. Его сюжеты поэтичны, созерцательны, напитаны большим чувством.