Нереволюционная мелодия для кисти с мольбертом

Выставка новых картин Сергея Черкасова не обманет ожиданий поклонников «воздушного» стиля художника

17 сент. 2014 Электронная версия газеты "Владивосток" №3607 от 17 сент. 2014

В середине лета в бухте Витязь, в одном из многочисленных живописных местечек, работал на пленэре художник. Работал увлеченно, очарованный и красотой места, и величием природы. То и дело к художнику подходили туристы, смотрели с любопытством, но вежливо.

– Молодец, мужик! – наконец не выдержал один из наблюдателей. –Хорошо у тебя получается, красиво. Только знаешь, я тебе честно скажу: очень ужна работы Черкасова похоже. Ты давай свой стиль ищи, не копируй…

– Ну, – смеясь, рассказывает заслуженный художник России СергейЧеркасов, – я обернулся, представился. Было забавно.

Не изменяя принципам

Работы, созданные Сергеем Черкасовым во время поездок на мысГамова, реку Стеклянуху, прогулок по Владивостоку, по любимому художникомСадгороду – словом, все, что было написано за пять месяцев, жители и гостиприморской столицы смогут увидеть в ближайшее время. 25 сентября в «Новойгалерее» Сергей Черкасов открывает выставку.

В двух залах галереи будет представлено более 35 работ. Каквсегда, отбирать картины для экспозиции будут профессиональные искусствоведы –от этого правила Черкасов не отступает никогда.

– Для автора, художника отбор всегда болезненная вещь, – говоритСергей Михайлович. – Все работы кажутся достойными, все хочется показать. Иэто, скажу честно, родительское отношение вредит результату. Помню, несколькодесятков лет назад один разбирающийся в искусстве человек, побывав на моейвыставке, сказал: «У тебя в мастерской работы лучше, намного сильнее. Тебенужно отдать отбор галеристам, тогда это будет и правильно, и безболезненно». Стех пор это мой твердый принцип.

Серия длиною в жизнь

Отправляясь на выставку Сергея Черкасова, владивостокцы, особенноте, кто уже видел его работы, ждут удивительно воздушных, наполненныхособенным, черкасовским голубым цветом пейзажей, сочных натюрмортов, городскихзарисовок. И нынче художник не обманет ожидания зрителей: в экспозиции будетпредставлено несколько больших серий, в частности, «Маяки», «Животные»,«Натюрморты».

– Легли мне в этом году на душу маяки, – объясняет Черкасов. –Писал маяк на Назимова, на Басаргина, на мысе Гамова, на Скрыплева.Владивосток, как всегда, много писал, пейзажи с мостом в том числе.

Я вообще в каком-то смысле консерватор, с трудом соглашаюсь наперемены – как в быту, так и в работе. Но потом смотрю, а получается, чтоперемены к лучшему, и принимаю их. Натура такая.

Вот как с мостами получилось: сначала я думал, что никогда писатьих не стану, что город изменится с их появлением. А потом присмотрелся: нукрасота же, и завершенность некая в образе Владивостока появилась. Вот ипоявились мосты – одна работа, другая…

Писал я и набережную Спортивной гавани с новыми парапетами. Долгопринимал ее новый облик, но постепенно увидел в нем и прелесть, и живописныйфон.

Вообще, готовясь к выставке, да и просто приступая к работе, явсегда мыслю сериями. Это понятно: я начинал как книжный график, а что такое работанад книгой? Это большая серия, подчиненная авторской идее. Вот так и привыкработать.

Я не революционер. Тему, которая меня подпитывает, могупродолжать и продолжать. Одни и те же места Владивостока, которые мне дороги,могу писать часто – с разными эмоциями, ощущениями. В каком-то смысле получается серия длиной вжизнь.

Есть художники-революционеры,они подпитываются чужими идеями, развивают их. А мне достаточно тех мелодий,которые звучат в голове и сердце. Пишу, как пою свою мелодию, никому ничего недоказывая.

Никогда не насилуйтесебя

– Публика считает вас – не раз слышалатакое мнение – художником-реалистом.Никогда не было желания создать абстракции, к примеру?

– Почему? Было. И я писал. Виктор Федоров, прекрасный художник,друг мой, покойный уже, всегда мне говорил по этому поводу: только непереступай грань, не уходи в авангард, потом трудно возвращаться. И ябалансировал, написал в 90­-х большую абстрактную серию. Но с тех пор такогожелания больше нет. Я не насилую себя, всегда прислушиваюсь к себе и поступаютак, как подсказывает внутренний голос. И так во всем, не только в искусстве.

– В течение месяца после открытия выставки вы будетеприсутствовать в зале, общаться с посетителями. Вы прислушиваетесь к их мнению?

– Конечно. В книге отзывов на выставке многое пишут, не толькохвалят, но и, бывает, очень разумные вещи высказывают, важные для меня. Связьхудожника и зрителя должна быть взаимной, без этого невозможно. Да и сам себе явесьма строгий критик. У меня под каждой работой две-три другие, записанныесверху.

– Уже во второй раз вы выставляетесь в собственной галерее…

– Да, и этот опыт оказался очень важным. Знаете, хорошо было бы,если бы во Владивостоке художники открывали свои маленькие салоны-галерейки,чтобы целая улица возникла или даже квартал. Как в Венеции, Сеуле, другихгородах. И публика обязательно найдется для каждой галереи, я вас уверяю.

А наличие своей галереиподстегнуло меня к работе. Знаете, седьмой десяток, иногда хочется закрыться вмастерской, иногда и не делать ничего. Мне уже не нужно самоутверждаться, ненужно доказывать ничего, раздвигать толпу плечами. Это расслабляет. А галереяне дает возможности начать кваситься и запираться от мира. Это ответственностьперед зрителем, перед собой: взялся за гуж – изволь.