Споют ли с подмостков театра оперы и балета арию генсека?

Электронные оперы молодого автора знает и любит писатель-фантаст Сергей Лукьяненко, изображение на обложке диска с его оперой «Русалочка» обсуждают поклонники по всей России, а сам Виктор не прочь сделать постановку на сцене Приморского театра оперы и балета. Корреспондент «В» встретился и поговорил с творческим научным сотрудником.

16 июль 2014 Электронная версия газеты "Владивосток" №3571 от 16 июль 2014
b82e94de66aa198b313a9f87bf63e688.jpg

Почему поклонники аниме и научно-популярных программ слушаютмузыку владивостокца Виктора Аргонова

Фантастический идеализм

– Я подумал: почему, раз есть научно-фантастическиекниги, фильмы и анимация, никто не делает подобные произведения в крупноймузыкальной форме? И решил заняться этим сам, – говорит Виктор Аргонов в ответна вопрос о смысловом наполнении своего творчества.

Мой собеседник, кстати, не имеетникакого музыкального образования. Его работа не связана с музыкой – он старшийнаучный сотрудник ДВО РАН. Во Владивостоке известен в том числе как организаторинтеллектуальных семинаров. А в России – как автор первых техноопер.

Да, музыкальный стиль опер Викторавовсе не та классика, которую ставят на подмостках театров оперы и балета. Этои не рок, знакомый зрителям по бессмертной постановке театра Ленком «Юнона» и«Авось». Это любимая определенной частью молодежи электронная танцевальнаямузыка, а именно такое ее направление, как техно.

Всего техноопер у Виктора Аргонова наданный момент две. Помимо музыкального жанра выделяются они еще и необычнымсюжетом. Например, первая из них – «2032: легенда о несбывшемся грядущем» –написана в жанре альтернативной истории. А потому ее главный герой –генеральный секретарь ЦК КПСС СССР образца 2032 года. Среди поднимаемых авторомтем – искусственный интеллект и проблемы управления государством. Всего насоздание «2032» у автора ушло семь лет.

Со второй оперой вроде все проще:называется она «Русалочка», в основе сюжета, как легко догадаться, известнаясказка Ганса Христиана Андерсена. Но действие происходит в наши дни. Впрочем,от сложной тематики автор не отказывается и здесь. Основная мысль «Русалочки» –как легко человечество становится объектом манипуляции со сторонывысокоразвитых существ. Таким образом, Виктор Аргонов как бы переосмысливаетпохожие темы, поднимаемые в своих книгах братьями Стругацкими.

Примечательно, что действие«Русалочки» происходит во Владивостоке, а все ее диалоги записаны там, где идолжны происходить согласно сюжету произведения: на видовой площадке Институтабиологии моря ДВО РАН, в столовой Института автоматики и процессов управления ДВОРАН, на Патрокле. «Русалочка» также отняла у автора несколько лет.

Сегодня Виктор переключился с опер нанаписание получасовой симфонии, обещая, что на этот раз работа не затянется натакое долгое время. При этом каждую часть нового произведения он обсуждает сослушателями посредством своего интернет-блога. Однако последнее слово всегдаостается за автором.

ЛЭП, мелодии и «Русалочка» на сцене

– Как ты пришел к тому, чем занимаетесьсегодня?

– Впервые замахнуться на крупноемузыкальное произведение со сквозным сюжетом я решил еще в 1999 году. И еслиизначально работа над ним велась совместно с моей группой «Комплексные числа»,то со временем я остался единственным ее автором, – рассказывает ВикторАргонов. – Работа над оперой несколько затянулась, мне постоянно приходилиновые мысли о том, как улучшить произведение, и нелегко было поставить точку.Помимо собственно написания музыки, пришлось столкнуться с такой рутиной, какзапись диалогов и монтаж готового материала. Оперы выпускал уже в рамкахсольного проекта «Виктор Аргонов Project».

– Каково было писать оперы в одиночку?

– Вряд ли можно сказать, что яработал над ними один: сотрудничал со многими актерами и вокалистами, средикоторых такие известные у нас люди, как актриса театра ТОФ Александра Пряха,лидер метал-группыCryptox Николай Перминов, актер и радиоведущий Денис Шамрин. Но в целом этотакая современная общемировая тенденция – самому погружаться в производствомузыки, контролировать все его этапы. И я считаю, что это хорошо, когда всечасти производственного и музыкального процесса находятся в одних руках.

– А как можно сочинять музыку, имея немузыкальное, а научно-техническое образование?

– Лично меня теперь удивляетобратное: как в наше время люди пишут музыку без такого образования? В любыхпособиях по электронной музыке и вообще звукозаписи, будто в учебниках пофизике, постоянно натыкаешься на термины типа «анализ частотного спектра» итому подобное. Почти неизбежно придется вникнуть в то, чем отличается,например, частота в 1 килогерц от 10 килогерц и т. д. Я сам читал курс лекцийпо теории сигналов в Дальневосточной академии искусств и знаю, какая пропастьлежит между традиционным музыкальным образованием и этими вопросами. Но каждомумузыканту, который хочет делать какие-то записи и выкладывать их вИнтернет, желательно это знать.

Сегодня технические знания – неотъемлемаячасть музыкального профессионализма, как и знание основ гармонии.

– Ты ощущаешь свой профессиональныйрост?

– Конечно. Сейчас я вижу немалоошибок в своем раннем творчестве – в звучании, в стихосложении, некоторыхсюжетных элементах. А вот мелодии я, пожалуй, пишу так же, как раньше. Это нето, чему можно научиться.

– Как у тебя рождаются эти мелодии?

– Пишу я, как правило, в нотномредакторе. Затем слушаю получившиеся последовательности и отбрасываю всенеинтересное. Остальное развиваю дальше. Чтобы «поймать» действительно хорошуюмелодию – нужна большая удача. Надо перебрать много вариантов. А компьютерывразумительно писать мелодии пока не научились. Даже с их скоростью подбора –как определить, понравится результат человеку или нет? Для этого техника должнаобладать всем культурным и эмоциональным багажом, присущим человеку. Пока этонереально.

– Приходится ли композитору-энтузиастусталкиваться в творчестве с рутиной?

– Особо трудным занятием была записьполевых сцен на диктофон в реальных местах Владивостока, когда возили с собойдинамики, компьютер, источники бесперебойного питания и т. д. Порой дажеотдельно ловили моменты, когда будет подходящая погода (дождь или егоотсутствие). Постоянно занимался «доведением до ума» полученных записей, в томчисле инструментальных, – вроде бы все записано, но что-тоне то. Сложно было найти актеров на эпизодические роли – не всякий готовтратить свое время ради пары слов.

– А что с признанием твоего творчества?

– Так вышло, что меня слушают восновном на западе страны и в ближнем зарубежье. Мы сразу решили распространятьплоды нашего творчества через Интернет. Оперы выложены в открытый доступ вСети, и их аудитория дает мне важную обратную связь: люди не просто слушаютмузыку, а обсуждают ее. И комментарии для меня гораздо важнее, чем простоотметки «нравится».

Иногда, впрочем, доходит докомичного. Как-тообсуждали обложку моей «Русалочки». Людей неожиданно заинтересовала даже несама сказочная героиня, а ЛЭП на заднем плане: сказали, что она нарисовананеправильно. Я ответил, что это копия с реальной ЛЭП, что на Нейбута. Пришлитогда к конструктивному выводу: чтобы сохранить достоверность изображения, мынемного изменили пропорции Русалочки.

Время от времени общаюсь сослушателями в европейской части России, участвую в концертах, читаю лекции помузыкальным вопросам и не только. Знаю, что меня слушают такие известные люди,как Сергей Лукьяненко, Леонид Каганов, Михаил Вербицкий, Максим Калашников. Мнеэто очень приятно.

Вообще, стоит сказать, что моя музыканравится представителям преимущественно двух категорий людей. Первая, как нистранно, это поклонники японской анимации. Связываю это с тем, что для них, каки для самих японских аниматоров, характерна романтизация техническогопрогресса, при этом они не боятся заворачивать серьезные философские смыслы всовершенно детскую обертку. То же самое стремлюсь отразить всвоем творчестве и я.

Вторая категория – это интеллектуалы,которым нравится слушать в музыкальном формате нечто вроде телепроектовАлександра Гордона.

– Приносит ли твоя музыка материальныедивиденды?

–Обычно люди, которые хотят поддержать мое творчество, просто перечисляют мнедобровольные взносы на электронные кошельки. Но в 2013 году я экспериментировалсо сбором средств на конкретные проекты, и весьма успешно. Например, на сайтеboomstarter.ru собрал более 100 тыс. рублей на выпуск первого дискового изданияоперы «Русалочка» и второго издания «2032». Но то был целевой сбор, полученныеденьги не шли мне лично в карман.

– Когда мы увидим твои оперы на сцене?

– В принципе, некоторые люди изтеатральной среды говорили, что мою «Русалочку», которая в каком­-то смыслепосвящена нашему городу, было бы вполне реально поставить в малом залеПриморского театра оперы и балета. Но постановка – это отдельный сложныйвопрос, для которого нужны свои специалисты. Мое дело в первую очередь делатьмузыку.