Русская «Хунхузиада»

Хунхузы – слово теперь почти забытое, хотя в XIX веке не было в крае человека, который бы не знал его. Без сообщений об их «подвигах» не обходилось почти ни одного выпуска местных газет, а до появления здесь СМИ жуткие легенды о неуловимых разбойниках передавались из уст в уста, не давая покоя обывателю. Было время, когда Уссурийский край на полном серьезе называли Хунхузией, а русские власти были озабочены не столько защитой границ, сколько борьбой против «внутреннего врага» – шаек китайских бандитов.

16 июль 2014 Электронная версия газеты "Владивосток" №3571 от 16 июль 2014

Самымстрашным обитателем Уссурийского края был «краснобородый» бандит

Кто такие хунхузы?

«Хунхуз» в переводе скитайского на русский язык буквально значит «краснобородый». В старинукитайские разбойники, чтобы скрыть лицо и напугать своим видом купцов,прицепляли фальшивые большие красные бороды. Такие бороды сохранились до сихпор у артистов, изображающих разбойников, в традиционном китайском театре.Хунхузы, объединявшиеся в банды на новоприобретенной российской территории, практически ничем не отличались отсредневековых грабителей; правда, на русских они нападали сравнительно редко,предпочитая грабить китайцев и корейцев, живших в Уссурийском крае. Они делилисьна два вида: местные, постоянно живущие здесь, и временно приходящие из-за границы.

Иван Надаров, с 1880 годазанимавший должность правителя канцелярии военного губернатора Приморскойобласти, писал: «Хунхузами в Уссурийском крае называют китайских разбойников,грабителей и вообще убийц. В этом смысле слово «хунхуз» приобрело правогражданства среди русских жителей... Это преступники, спасавшиеся отпреследований закона; люди, бросившие свои дома и семейства вследствиеразорения от кутежей и игры в карты, вообще люди порочные. Не всегдаоправдывались расчеты этих людей даже на насущный кусок хлеба. И тогда они подвлиянием безысходной нужды обращались в разбойников и грабителей, известных подименем хунхузов».

О хунхузах в Уссурийском краеписали практически все путешественники и ученые, побывавшие здесь. Упомянул обэтом местном феномене даже Антон Чехов, описывая сахалинских каторжников в 1890году: «Мне говорили, что дольше всех могут находиться в бегах китайские бродяги«хунхузы», которых присылают на Сахалин из Приморской области, так как онибудто бы могут по целым месяцам питаться одними только кореньями и травами».Хунхузы объединялись во множество отдельных шаек от 3-5 до 30-50 человек, а иногда и более сотни; во главестояли старшины, как правило, выборные. В шайках существовала строгаядисциплина; главарь в буквальном смысле распоряжался жизнью и смертьюподчиненных.

Этническаяпреступность

Основной контингент шаексоставляли китайцы; некоторые современные авторы поэтому называют феноменхунхузничества «этнической преступностью». Однако надо заметить, что русскоенаселение, не особенно разбираясь в национальном составе преступных банд,называло хунхузами всех, кто грабил и убивал, по принципу: преступник – значитхунхуз. Перешло такое понимание хунхузов и в газетные сообщения, и даже вофициальные документы; нередко можно было встретить выражения типа «шайкахунхузов, состоящая из двух китайцев, двух русских и корейца»… Действительно, кначалу XX века появились и смешанные преступные сообщества и даже хунхузскиеотряды, возглавляемые русскими (!).

Борьба с этими разбойниками,порой приобретающая характер военных действий, продолжалась практически всевремя существования Уссурийского края. Однако отдельные успехи полиции ивоинских команд не приводили к явному перелому ситуации. Местное население,особенно китайское и корейское, смертельно боялось хунхузов. Панические и поройвесьма преувеличенные слухи об их страшных злодеяниях распространялись снеобычайной быстротой, парализуя саму возможность сопротивления разбойникам.Устные рассказы (вернее, легенды) перерастали в своеобразную хунхузскуюмифологию, которую активно поддерживали заезжие литераторы и корреспонденты, апозже и местная печать.

В 1879 году произошел случай,потрясший немногочисленных русских жителей Владивостока своей жестокостью. Виюне на дом знаменитого шкипера Гека в бухте Сидеми (теперь Безверхово, напротивоположной от Владивостока стороне Уссурийского залива) в его отсутствиенапала шайка хунхузов. Жену Гека повесили прямо в доме, трех работников убили,а 6-­летнего приемного сына, видимо, увели с собой. Преследование шайки, ушедшейв Китай, оказалось безрезультатным. Но после этого Фридольф Гек и поселившийсярядом с ним Михаил Янковский, отстроив усадьбы-крепости,объявили настоящую войну хунхузам, так что те стали обходить полуостровЯнковского стороной.

Навойне как на войне

Летом 1896 года на реке Уссурибыла проведена российско-китайская войсковая операцияпротив хунхузов. Тогда в Амур на лодках вышла шайка в 120 человек и, разграбивкитайский золотой прииск, двинулась к Хабаровску. Генерал Чжоу Мянь, имевший400 солдат в подчинении, обратился за помощью к российским властям. Зафрахтовавпароход «Ингода», он со своим воинством направился вдогонку бандитам. Темвременем хунхузы, войдя в Уссури, взяли в плен четверых русских. Для захватаразбойников в станице Венюковой было собрано около 400 казаков и солдат, смотрвойск провел сам генерал-губернатор Приамурья. Этимисилами при поддержке китайских солдат удалось разгромить банду только через двамесяца.

Бывали случаи (весьмаредкие), когда сами жители задерживалиразбойников. Например, в октябре 1906 года газета «Дальний Восток» сообщала:«29 сентября корейцами-крестьянами дер. Николаевки,на станции Сица Сучанской ветки, задержаны 4 хунхуза: Кэн-чхен-ко с револьвером, Кэн-сун-лин с револьвером, Ван-зун-лан с кинжалом и Сун-чан-хва с патронами. На хунхузовбыла произведена облава жителями д. Николаевки после получения ими письма сугрозами напасть на деревню, если им не будет представлен денежный выкуп. Вовремя облавы несколько человек хунхузов бежало». Кстати, если судить поприведенным фамилиям пойманных вымогателей, они были отнюдь не китайцами, акорейцами…

Порой столкновения с бандамипредставляли собой настоящие бои, об одном таком случае рассказывала заметка вгазете «Приамурье» (Хабаровск) в июне 1909 года. Около полуночи 15 июня на селоШкотово напали две шайки хунхузов численностью до 100 человек, вооруженныетрехлинейными винтовками. К счастью шкотовцев, в их селении случайно находилсяв это время отряд драгун, которые стали отстреливаться. Как пишет газета,«началось настоящее правильное сражение, продолжавшееся до 2 час. ночи. Состороны хунхузов было сделано до 2000 выстрелов, драгуны выпустили до 800зарядов». После перестрелки часть бандитов, прихватив четырех местных китайцев,ушла в горы, другие скрылись на джонках в море. Разумеется, преследованиеничего не дало.

Криминальнаяхроника

Однако это лишь очень редкиеисключения из общих правил, гласивших: «Невозможно сопротивляться хунхузам –они жестоки, неуловимы и мстительны». Такое мнение поддерживалось и слухами, и– после появления первых газет – хроникой текущих событий. Это было отражениемреального положения: действительно, хунхузы терроризировали Уссурийский край,порой действуя в непосредственной близости от русских воинских гарнизонов,которые по мобильности никак не могли сравниться с бандитами. Правда, время отвремени – когда разбойники особенно распоясывались – властями проводилиськрупные войсковые операции и полицейские облавы, но они лишь тревожилибандитов, не принося им особых неприятностей.

Причины такого положения делпояснял Владимир Арсеньев в работе «Китайцы в Уссурийском крае» (1914 год):«Обыкновенно при появлении хунхузов крестьяне собираются неохотно; они требуютвойска, а вследствие нашей проволочки и канцелярщины войска всегда опаздывают,выходят без всяких инструкций, вступают в распоряжение полицейского чиновника,который и сам-то не знает, где следует искать разбойников, ипотому такие экспедиции против хунхузов всегда безрезультатны. Стоит ли искатьразбойников, когда после появления их в данной местности прошло уже несколькосуток и хунхузы ушли отсюда по крайней мере верст за сто, если не больше?».Хунхузские шайки оперировали буквально по всему краю, не исключая и крупныегорода. Поэтому регулярные «хунхузские новости», конечно, выглядели пугающими.

Газета «Владивосток», июнь1903 года: «По слухам, в устье Суйфуна появились хунхузы; в четверг, 26 сегоиюня, туда выслана воинская команда в числе 20 нижних чинов при одном офицереот 8-го крепостного полка. Не так давно к манзам,работавшим в лагерях на Первой речке, пришел вооруженный китаец и спрашивалподрядчика, которого в то время среди рабочих не было; а затем потребовал урабочих денег или муки и, не получив ни того, ни другого, объявил им, что ночьюна них будет сделано нападение хунхузами, которые в числе 20 или 40 человекнаходятся будто бы близ сухопутной обороны. В ту ночь были приняты меры длязащиты манз; хунхузы как в то, так и в последующее время, пока там работалиманзы, не появлялись».

Газета «Далекая окраина», июнь1908 года: «Хунхузы в долине р. Монгугая (Барабаш) свили себе прочное гнездо.Они засели в ущельях и сопках, идущих вдоль монгугайского тракта, по которому изкитайского Хунчуна ввозят в нашу область разные сельскохозяйственные продукты игонят скот для потребностей барабашевского и славянского гарнизонов, и грабятсопровождающих обозы корейцев и китайцев (а при случае и русских, конечно).Недавно тут они захватили в плен в целях получить за них хороший выкуп шестерыхкорейцев, а одного богатого китайца замучили пытками и убили. Труп его был взят и увезен в Хунчун. Страшнаяпаника царит по этому поводу между мирным населением в этих местах».

Продолжениеследует.

По материалам архива ОИАК