Казачеству нужна чистка

В этом убежден атаман Уссурийского войскового казачьего общества, заместитель председателя Комиссии по вопросам международной деятельности казачьих обществ и объединений Совета при президенте РФ по делам казачества Олег Мельников

13 март 2013 Электронная версия газеты "Владивосток" №3304 от 13 март 2013
c5fc907513a4d58ac3461905bf73aecf.jpg КОРРЕСПОНДЕНТ «В» встретился с Олегом Мельниковым в его резиденции, на 7-м этаже здания администрации Приморского края. Разговор с батькой атаманом о ситуации с казачеством в Приморье состоялся прямолинейный. Без оглядки на регалии и звания. Потому как время пришло.Не секрет, что многие наши сограждане воспринимают казаков – с их папахами, золотыми погонами, штанами с яркими лампасами, нагайками за голенищем и шашками на поясе – не иначе как статистов в кино «про Гражданскую войну». Или как участников «станичных» коллективов художественной самодеятельности.Подавляющее большинство обывателей даже не подозревают, что в настоящее время все российское казачество подразделяется на две большие группы: реестровое и общественное. Реестровым казакам согласно федеральному закону № 154 от 5 декабря 2005 года «О государственной службе российского казачества» государство дает некоторые привилегии – иметь чины, носить кокарду и погоны, носить с казачьей формой нагайку, шашку и кинжал.– Вы знаете, что президент РФ вручил знамена казачьим войскам, которых сегодня 11. А хоругви вручены святейшим патриархом Кириллом. Эти знаки отличия, как и устав, – основные регламентирующие документы казачьего войска. Точно так же определено – указами президента РФ и соответствующими постановлениями министерства регионального развития, какую форму мы носим, вплоть до ее цвета и цвета лампасов, как нам выдаются звания, знаки отличия, нашивки. И практически до Урала все мы носим одинаковую форму, – пояснил Олег Мельников.– Однако на больших казачьих мероприятиях мы видим казаков в разной форме не только по крою, но и по цвету.– Чтобы одеть в форму одного казака, с головы до обуви, надо как минимум 10 тысяч рублей. Сегодня мы никак не можем сделать так, чтобы все казаки были заняты на хорошо оплачиваемой государственной службе. Это наша основная проблема. Мы хотим, чтобы казаки охраняли госграницу, но никто еще не придумал механизма, как им платить за это, какие социальные гарантии и какую социальную защищенность казак имеет во время службы на границе. То же самое с охраной общественного порядка. Раньше, если вы помните, были добровольные народные дружины. Мы выходили на патрулирование улиц вместе с участковым милиционером, и нам за это давали три дня к отпуску, а на предприятии сохранялась заработная плата. Сегодня казак выходит охранять общественный порядок, а жена ему говорит: «Ты куда, Вася, пошел? И что будут дети кушать вечером?» Или, к примеру, казак получил травму в уличной потасовке с хулиганами. За чей счет он будет лечиться? Он охранял общественный порядок своего города, а лечиться должен из своего кармана. А сегодняшняя медицина – удовольствие не из дешевых. Вот в чем беда. Пока все это не регламентировано. Мы ждем, чтобы была какая-то поддержка казачеству со стороны власти, но этого пока нет. То же самое и по линии МЧС. Правда, совместно с МЧС мы сейчас создаем пожарные посты. Здесь акцент сделан на казачество, его дисциплину и внутренний распорядок. МЧС находит возможность оплачивать казакам работу. – Это в тех регионах, где у МЧС не хватает собственных сил?– Абсолютно правильно. Это прежде всего отдаленные населенные пункты. В Амурской области создано восемь таких постов, где сегодня работают 62 человека с хорошей заработной платой.– А какова ситуация в Приморье?– Сегодня мы создаем добровольные пожарные дружины на базах Чичаговской станицы, Артемовской станицы и Дальнереченского районного казачьего общества. Во Владивостоке есть три строительные организации с хорошей казачьей историей. Они строили дома и офисы под ключ и готовы вновь выйти на работу. К сожалению, как-то так получается, что работы для них нет. А для приезжих гастарбайтеров есть. Это, наверное, неправильно.Все зависит от качеств человека– Вернемся к чинам казаков. Сегодня едва ли не каждый казак мнит себя если не полковником, то есаулом точно. При этом одеваются кто во что горазд, навешивая всевозможные награды и знаки различия. Что негативно сказывается на имидже казаков. Не отсюда ли, кстати, их стали называть ряжеными?– Слово «ряженые» уже уходит в прошлое. По большому счету, его так часто сегодня не употребляют, как раньше. Конечно, если ты надеваешь форму, то она должна соответствовать уставу. Не должно быть красных ботинок под форменной одеждой. Что касается присвоения званий, то есть соответствующий указ президента РФ и методические рекомендации Минрегиона России, где черным по белому прописано, что до подъесаула в реестровом войске присваивает звание войсковой атаман. Высокие казачьи звания – от есаула до казачьего полковника – присваивает полпред президента. Чин казачьего генерала присваивает сам президент России.– То есть никто в реестровом казачестве не может сам себя объявить, к примеру, хорунжим или старшиной?– Нет, конечно. У общественников своя иерархия, свой общественный верховный атаман и так далее. В реестре это жестко и строго регламентируется. Потому что одна из сегодняшних задач реестрового казачества – это интеграция в Вооруженные силы России. Казаки – это вторая линия обороны. Обороны тыла, скажем так, где каждый казак должен знать свое место по военному расписанию. Знать как следует свою воинскую специальность. Быть профессионалом в своем деле. По большому счету, казаки – это люди служивые, которые знают, как обращаться с оружием. Когда мы на одной из пограничных застав проводили военно-полевые сборы совместно с пограничниками, у командующего слеза наворачивалась при взгляде на высококлассную подготовку казаков. Сто человек легли и отстрелялись как положено, отработали на КСП, сдали нормативы на знание документов, и было очень приятно на них смотреть. Казаки – это те люди, на которых можно на границе положиться.– Каковы взаимоотношения между руководством реестрового казачества и общественного?– Очень хорошие. Например, в Приморье сильная общественная организация «Союз казаков России», где атаман Владислав Цепляев. У них очень сильные военно-патриотические клубы, они много работают с детьми, со стариками, с общественностью. У нас с ними заключено соглашение по взаимному общению. Мы дополняем друг друга. Никакого антагонизма нет. Я считаю, что казак, независимо от того, в реестре он или общественник, он всегда казак. По своему характеру, по отношению к жизни. Все зависит от личностных качеств человека...Просто так не выгоняютНа минувшей неделе, будучи в Уссурийске, корреспондент «В» общался с казаками, которые с сожалением рассказали, что среди казачества, как реестрового, так и общественного, немало людей с криминальным прошлым. По словам моих собеседников, среди казаков есть и такие, у кого еще не погашена судимость или которые находятся под следствием. Были случаи, когда казаков выгоняли за недостойное поведение из общественников и лишали казачьих званий, после чего они без проблем записывались в реестровое казачество. Пора делать чистку среди казачества, дабы избавиться от дискредитирующего балласта – таково было мнение казаков.Атаман Мельников – между прочим, полковник милиции в отставке – признал: проблема «казаков-разбойников», присосавшихся к доброму имени казачьего войска, существует.– Из казаков просто так не выгоняют. Если человек совершил поступок, за который его полностью исключают из казачества, это одна позиция. А когда он совершил поступок, за который надо ответить не только перед казаками, но и перед законом, уже другая. И этот поступок не надо замалчивать, – сказал атаман Уссурийского войскового казачьего общества. При этом подчеркнув, что чистка среди реестровых казаков непременно будет. В недалеком будущем казаков ждут большие дела. И с людьми с нечистой совестью и грязными руками казачеству не по пути.СПРАВКА «В»НА ТЕРРИТОРИИ РФ действуют 11 реестровых казачьих войск, казаки в них несут государственную службу по защите государственной границы, охране общественного порядка, взаимодействию с МЧС и другими федеральными структурами. Казаки-общественники находятся вне государственной службы, поэтому они не имеют права носить кокарды, погоны, нарукавные эмблемы, шевроны.СЕГОДНЯ Уссурийское казачье войско дислоцируется в восьми субъектах ДВФО. Его численность более 6000 человек, в Приморье реестровых казаков около 1300 человек. Во время переписи населения в России в 2012 году семь миллионов человек причислили себя к казачеству. Из них реестрового казачества – около 1,5 миллиона человек. В конце 2013 года зарегистрирована Казачья партия России.