Кто остепенен, тот вооружен

Наука обеспечит не только благосостояние граждан, но и независимость государства

8 февр. 2012 Электронная версия газеты "Владивосток" №3082 от 8 февр. 2012
af0ad490d5959a2677febf2c21ef9bd7.JPG

СЕГОДНЯ – День российской науки. 8 февраля 1724 года (28 января по старому стилю) указом правительствующего Сената по распоряжению Петра Первого в России была основана Академия наук. В 1925 году она была переименована в Академию наук СССР, а в 1991-м – в Российскую академию наук.Не бомбой единой держава живаВо все времена наука являлась движущей силой технического прогресса. Использование научных знаний обеспечивало экономический рост, благодаря достижениям науки повышалось благосостояние населения. Но у науки есть и политическая составляющая – обеспечение независимости страны.Понимание государственного значения науки пришло к лидерам держав в прошлом веке в период Великой Отечественной войны. Сражались не только солдаты и генералы, соперничали и военные технологии. Роль ученых и вклад их в победу невозможно переоценить, и с того времени научные достижения стали политическим инструментом и веским аргументом руководителей всех стран.В послевоенное время противоборство СССР и США велось не с помощью пушек и бронетехники, не капиталами друг друга давили, а уровнем научных достижений. Так, в докладе специальной комиссии управления по науке и технике национального фонда США, сделанном в 1963 году для американского президента, указано, что «…благосостояние нации определяется не сырьем, не минеральными и иными природными ресурсами и даже не капиталом. Решающим источником экономического роста становятся знания, а также носители и генераторы их – ученые, инженеры, врачи, педагоги и другие специалисты».Тогда такой же доктрины придерживались и в стране Советов. Вспомнить хотя бы знаменитый атомный проект. Чтобы сохранить СССР как самостоятельное государство, надо было развивать научные направления, в первую очередь ядерную физику. Тогда в науку были привлечены огромные материально–технические ресурсы. По некоторым источникам, объемы средств были сопоставимы со всеми материальными затратами на Великую Отечественную войну. Это позволило не только догнать, но и на паритетных началах сосуществовать с ядерными державами мира и сохранить государственный строй советского государства. С того времени наука стала отраслью народного хозяйства, появились научные программы, нормативные и законодательные акты, сформировалось понятие «научно-технический прогресс».Со сменой политического курса в стране поменялось и отношение к науке. Некоторые из влиятельных лиц уверены, что в нашем отечестве ученых и науки слишком много. Например, в начале 90-х в статье профессора Ракитова (между прочим, советника тогдашнего президента России), опубликованной в журнале «Вопросы философии», отмечалось, что наука в Россию насильственно привнесена Петром Первым. Народ, дескать, не дорос до уровня научных достижений, потому у нас существует ее избыточность.Но если в диких 90-х российское государство не нуждалось в инновациях, то сегодня все надежды на развитие страны связаны именно с ними. По крайней мере, модернизация всего и вся объявлена президентом РФ Дмитрием Медведевым стратегической задачей страны. Сегодня Россия занимает 0,2-0,3 процента мирового рынка высоких технологий. То есть если уйдем, то никто и не заметит. Вроде бы деваться некуда – надо развивать науку. Или все же прав Ракитов: зачем наука – шапками made in China врага закидаем?Наука может многое. Если не всеЭтот профессиональный праздник – еще один повод привлечь внимание общественности, власти и деловых кругов к огромным возможностям науки.– Сегодня потенциал российских ученых невостребован до конца, – считает заведующий лабораторией Биолого-почвенного института Дальневосточного отделения Российской академии наук (РАН), профессор, член-корреспондент РАН Виктор Богатов. Это он является автором учебного пособия для студентов «Организация науки в России», в котором указаны и доклад специальной комиссии национального фонда США и приводится мнение профессора Ракитова.– Конечно, сейчас ситуация меняется к лучшему, если сравнивать с тяжелейшими годами конца прошлого столетия, но это крайне медленный процесс. Потеряны многие научные школы, и восстановить их потребуются десятилетия. Отраслевая наука, к примеру, не выдержала – приказала долго жить.Сегодня нам многое уже не под силу. Вот взять проблему глобального изменения среды: мы ведь не понимаем, что происходит с климатом земли – потепление или похолодание. На протяжении существования человечества известно, что климатические циклы менялись: 18-15 тыс. лет назад было обледенение планеты, 7 тыс. лет назад – наводнение. В Средние века было теплее, чем сейчас, XVII-XIX века считаются малым ледниковым периодом. Климат все время меняется, и что ждет нашу экосистему – глобальное потепление или похолодание, акулы или пингвины в акваториях Приморского края – неизвестно. Заниматься этими проблемами надо сегодня, но некому, поскольку развалена гидрометслужба. Многие гидропосты давным-давно ликвидированы, не ведется гидробиологический мониторинг, восстанавливать его уже некому даже при большом желании – специалистов необходимого профиля никто не готовит.Зато в США принята и финансируется масштабная программа наблюдений за речными экосистемами. Считается, что именно они – не озерные, не морские, а именно речные показательны, когда идут глобальные изменения. Американцы по всей стране дополнительно к национальной наблюдательной экологической сети воздвигают два десятка научных речных станций, в разных регионах оборудуют еще десять крупных экспериментальных речных центров для наблюдений. Этим занимаются и в КНР, но мы не готовы к таким исследованиям. От советского уровня остались крохи, число научных работников резко снизилось, большинство из них – преклонного возраста. Да и по числу ученых на душу населения оно несопоставимо с США, странами Европы. Чтобы «догнать и перегнать» Америку – это в нынешних условиях едва ли достижимо. Не те темпы восстановления у нас. Сравните: в 1988 году делегация ДВО РАН побывала с визитом в китайском Даляне. Уже тогда нас поразил настрой коммунистической партии Китая на возрождение науки и превращение Поднебесной в развитую научную державу. В тот год Далянь за счет государства послал за границу учиться 12 тысяч студентов. На то время, я узнавал специально, за счет Советского Союза за границей учились 12 (!) человек. Хочешь в космос – учи русский И все же в последнее время потихоньку меняется отношение к науке органов власти. Из огромных сегодняшних плюсов – интеллектуальная независимость ученых. Раньше оглядывались на товарищей из партии, сейчас мы – открытая страна и есть большие возможности найти себя если не здесь, то где-то там, за бугром. Но чемоданных настроений среди ученых не наблюдается. У российской науки великое прошлое, наша страна дала миру много великих имен и открытий, и сегодня есть мощные отрасли, где мы законодатели «моды».Например, все космонавты мира и специалисты этой отрасли вынуждены изучать русский язык, иначе не достигнуть успешного будущего в этой профессии. Это ли не подтверждение значимости российских достижений! В науку пошла молодежь. По отдельным отраслям наблюдаем активный интерес студентов, например, популярна биотехнология. Мы движемся в нужном направлении: на последней сессии РАН отмечались замечательные достижения наших ученых, работающих в классических направлениях, – химиков, физиков-ядерщиков. Так что и в будущем ученые видят российскую науку в авангарде мирового прогресса.