Новый Петров

Интервью с гоночным инженером команды Renault

24 авг. 2011 Электронная версия газеты "Владивосток" №2991 от 24 авг. 2011
656e37ab6548c39f8f74033a205dce7b.jpg

Говорят, Виталий Петров в 2011 году стал совершенно другим человеком. Дебютный сезон получился для россиянина сложным, но в этом году он практически не допускает ошибок. Чем именно отличается Петров нынешний от Петрова прежнего, лучше других знает главный гоночный инженер команды Renault Алан Пермейн. По ходу Гран-при Венгрии в Будапеште британец рассказал об этом корреспонденту «Мотора». Все прилагательные, употребленные Аланом в ходе беседы, переведены в строгом соответствии со словарем. Чтобы описать прогресс российского гонщика, Пермейн действительно часто использовал слова «perfect», «excellent» и «fantastic».– Алан, вы уже более 20 лет в этой команде…– Да, с 1989 года, когда команда еще называлась Benetton. Непосредственно гоночным инженером стал в 1997 году, когда за нас выступал Жан Алези, – я работал с его машиной. Потом был ответствен за автомобиль Джанкарло Физикеллы, а после этого стал главным гоночным инженером – работал с обеими бригадами.– Теперь вы работаете с Виталием Петровым…– Я обратил на него внимание, когда он еще гонялся в GP2: с каждым годом он был все ближе к лидерам. Но первая личная встреча произошла только в Валенсии в 2010-м, перед началом зимних тестов. О том, что он будет гоняться за нас, было объявлено довольно поздно. Потом сразу начались тесты… Ему досталось не так много километров, потому что нам не везло с погодой и не все ладилось с машиной R30 в начале прошлого года – вообще очень непростая машина. Особенно для новичка. Начало того года было для Виталия сложным.– Дебютный сезон Петрова и в целом удачным не назовешь.– Он был трудным. Но, я думаю, Виталию повезло, что его напарником был Роберт. Я уже многим об этом говорил. За 20 лет в Формуле-1 я ни разу не видел пилота, который тратил бы так много времени на работу вне машины, как Кубица. По пятницам он оставался в моторхоуме до одиннадцати вечера. Иногда до полуночи.– Ни одного пилота за 20 лет? Вы ведь работали с Алонсо.– Да. Роберт – это пилот из другой лиги по сравнению с большинством гонщиков чемпионата. Это правда так. И Виталию повезло – перед ним сразу был идеальный образец. Наблюдая, как работает Роберт, Виталий пытался копировать его манеру. И результат – фантастический. Сейчас Петров – это совершенно другой пилот. Он проводит невероятное количество времени с инженерами. Всегда просит дать ему все распечатки, смотрит телеметрию, изучает графики – где был медленнее, где быстрее и тому подобные вещи. Много времени проводит, пересматривая записи своих квалификаций и гонок, анализирует. Он очень многое взял у Роберта. И то, как он работает сейчас, – высочайший стандарт. – Когда это стало заметно?– Очень простой вопрос. Мельбурн. Давайте скажем прямо: он не был быстрейшим пилотом в прошлом году. Роберт опережал его практически во всех квалификациях, но уже в конце того года была хорошая гонка в Абу-Даби. Потом мы приехали в Мельбурн. И перед нами предстал совершенно другой Виталий. Он был очень-очень сфокусирован – ни одной, даже малейшей ошибки за весь уик-энд. И подиум. Для всей команды. У всех была одна мысль: «Вау, этот парень совершенно другой. Он созрел, он готов к самым серьезным задачам». В прошлом году он тоже был быстр, мы видели это. Но каждый раз мешали какие-то мелкие ошибки. В Мельбурне все прошло идеально. И с тех пор нам намного проще работать. Обратная связь с ним превосходна. Он действительно знает, чего хочет от нас и от машины.– У него новый гоночный инженер в этом году.– Да, Айо. Он уже работал в его бригаде в прошлом сезоне – теперь стал главным. Они очень хорошо ладят между собой. Это первый год Комацу в качестве гоночного инженера, так что, по сути, они оба новички. Я за ними присматриваю, но то, насколько быстро они прогрессируют, впечатляет.– Многие из тех, кто знаком с Петровым, говорят, что он очень спокоен, что это один из главных его козырей.– Я бы не стал так говорить. Я думаю, он прирожденный гонщик. Посмотрите на его первые круги. У него было несколько фантастических стартов. Когда дело доходит до борьбы колесо в колесо… Люди говорят, что Льюис Хэмилтон агрессивен, но Виталий… Я не хочу сравнивать его с Льюисом, но Петров тоже очень агрессивно себя ведет, когда атакует. Он не уступит ни метра.– Какие у вас ощущения от работы с Ником Хайдфельдом? Эрик Булье сказал, что команда не получила от него того, на что рассчитывала, и что сейчас вы больше полагаетесь на обратную связь от Виталия.– Сейчас у нас нет тестов по ходу сезона, и вопрос на самом деле так не стоит – кому из пилотов доверять больше. Каждая бригада работает по своей программе. Мы слушаем пилотов и настраиваем автомобили для каждого из них. Я бы не стал говорить, что мы должны выбирать, кому доверять, а кому нет. Вы, например, видели, что в Германии мы испытывали новую систему выхлопа на машине Хайдфельда и получили от него много полезной информации. Так что я бы не стал говорить, что один намного лучше другого и тому подобное.– Вы работали со многими знаменитыми гонщиками. Петров может стать чемпионом мира?– Я думаю, да. Наша задача – дать ему достойную машину. Конечно, ему есть куда прогрессировать. Но одна вещь мне не очень нравится. Мне кажется, над этим нужно еще поработать: когда у нас хоть что-то не ладится с машиной, это оказывает на него очень сильный эффект. Это расстраивает его, наверное, чуть больше, чем нужно. Он фокусируется на проблеме, и это иногда мешает нам двигаться дальше. Работа замедляется. В остальном – у него все есть. У него есть скорость, есть понимание, как работать с инженерами.