Снобизм в моде

Я с большим удовольствием прочту Уайльда или Шекспира, чем возьму в руки современную книгу. Проза 2000-х вызывает во мне много разных чувств: удивление, например, от извращенного взгляда Коэльо на жизнь в «Одиннадцати минутах» или откровенную скуку от романов Пелевина

11 авг. 2011 Электронная версия газеты "Владивосток" №2984 от 11 авг. 2011
464826e9a89225dd92b3c044038ed995.JPG

Все-таки я ничего не понимаю в современном искусстве. Наверное, многие, услышав эту фразу, презрительно закатят глаза и назовут меня невеждой.Я с большим удовольствием прочту Уайльда или Шекспира, чем возьму в руки современную книгу. Проза 2000¬х вызывает во мне много разных чувств: удивление, например, от извращенного взгляда Коэльо на жизнь в «Одиннадцати минутах» или откровенную скуку от романов Пелевина.Вот совсем недавно решила сходить в музей современного искусства на один супермегаинтересный и разрекламированный проект, дабы хоть как­то приобщиться к культурной прослойке Владивостока. В абсолютно пустом пространстве зала стояло три одиноких стула, а проектор проецировал на стены видеоряд. Видимо, предполагалось, что посетители будут ходить как в картинной галерее и рассматривать чудо¬произведение видеоарта.Я честно пыталась понять смысл проекта. Где¬то минут 10 пялилась на фрагменты, изображающие открывающиеся и закрывающиеся двери лифта, движение по дороге, эскалатор и какого¬то смеющегося человека. И все это время ждала, когда же я, «находясь в процессе перемещения и опираясь на созерцание интервалов», получу возможность, как значится в пресс­релизе, «достаточно сильно изменить ощущение времени» и наконец­то «въеду» в это искусство новейших технологий. Так и не добившись от своего скудного умишки какого¬то понимания, решила пристать к виновнику данного торжества – одному из создателей экспозиции – хоть за какими¬то объяснениями. На что весьма странный дядечка загадочно улыбнулся и пробормотал что­то типа: «Это нельзя объяснить, это нужно понять самому». Я усердно пялилась на эскалатор еще минут тридцать и снова не выдержала. Дядечка опять меня тактично послал, порекомендовав «включить мозги» и заявив открытым текстом, что ему вообще лень со мной разговаривать. В общем, решила больше не насиловать свой мозг и махнула на все это дело рукой. Нет, правда, я не одна такая. Те немногочисленные любопытные, тоже решившие проникнуться прекрасным и креативным, находились в зале от силы минуты три, недоуменно пожимали плечами и уходили. Может, я и не высокоразвитая интеллектуальная личность, но церкви, природные ландшафты, классическая архитектура, имена художников, рекомендованные школой и общественным мнением, – это настоящая классика, она великолепна, восхитительна и облагораживает человека. Конечно, здесь можно сказать что­то о необходимости новых форм, и я действительно считаю крайне важным, чтобы нечто не только вызывало любопытство, но и заставляло по¬другому посмотреть на мир. Но подобные попытки лично меня разочаровывают и вызывают сожаление о потраченном зря времени.