Кто повернул горниста-знаменосца лицом к морю?

К 50-летию мемориального комплекса на центральной площади Владивостока

18 май 2011 Электронная версия газеты "Владивосток" №2934 от 18 май 2011
3fbc68fecf0e078a3a631a916c01c1de.jpg К 50-летию мемориального комплекса на центральной площади ВладивостокаПамятник борцам за власть Советов на Дальнем Востоке… Сегодня без этого монументального сооружения, возвышающегося на одноименной площади Владивостока, невозможно представить наш город, край, весь Дальний Восток. Памятнику – всего ничего: в конце апреля стукнуло полвека. Многие горожане еще помнят тот день, 29 апреля 1961 года, когда на торжественном митинге они стали свидетелями незабываемого зрелища: медленно сползло покрывало и взору предстала величественная картина. На переднем плане – многометровая фигура бойца-знаменосца с горном, а слева и справа — многофигурные композиции, отражающие боевые подвиги партизан- дальневосточников.Идея увековечить на самом краешке России – на берегу Тихого океана окончание Гражданской войны зародилась еще в 20-е годы. Тогда же были предприняты первые попытки ее осуществить, а так как воины Народно¬Революционной Армии ДВР совершили свой исторический марш 25 октября 1922 года по Алеутской, то в первую очередь прорабатывалась идея возведения памятника в районе вокзала. Так, в конце 20-х годов здание на 1-й Морской, в котором впоследствии находился крайисполком, было увенчано металлическим земным шаром примерно метр в диаметре и опутанном цепями, которые мускулистый пролетарий разбивает молотом. Об этом интересном факте рассказала мне старожил Владивостока Евгения Михайловна Рогозина, недавно отметившая свое 90-летие. Потом «земной шар» как­-то незаметно исчез – когда и при каких обстоятельствах, история умалчивает. Предпринимались и другие попытки запечатлеть эпохальное событие в металле и камне, пока наконец эта идея не была вброшена во власть по предложению группы дальневосточных партизан, прежде всего Героя Социалистического труда Алексея Аллилуева.От замысла до воплощенияМежду тем точных сведений, когда был дан старт проекту, нет. У специалистов на сей счет разные точки зрения. Известный ученый, видный знаток зодчества региона Виктор Обертас полагает, что впервые мысль создать нечто монументальное относится к 1952 году – тогда готовились широкие празднества к 30¬летию освобождения. Некоторые другие специалисты называют более раннее время. В частности, дочь создателя памятника, скульптора Алексея Тенеты – Виктория.На днях мы созвонились с Викторией Алексеевной. Живет она в Москве, пошла по стопам отца – художник. Так что все, что связано с именем отца, его творчеством, очень близко ей и знакомо. Виктория Алексеевна относит первый замысел к концу 40-х годов. Именно в послевоенные годы скульптор, работавший тогда над знаменитой композицией «Дружба народов», получил из Приморья заказ. Существуют и другие версии рождения проекта, но из¬за недостатка газетной площади не представляется возможным их разобрать. Бесспорно, однако, одно. Процесс, носивший поначалу вялотекущий характер, по¬настоящему сдвинулся, когда к руководству краем пришли Терентий Штыков (в 1956 г.) и Василий Чернышев (1959 г.). Прежде всего первый секретарь крайкома Василий Ефимович Чернышев, взявший с первых дней пребывания в Приморье создание памятника под личный контроль. Доблестный партизан Великой Отечественной, Герой Советского Союза, он как никто другой сознавал важность реализации замысла – увековечить в бронзе и камне великое историческое событие – окончание Гражданской войны в России. Он всячески продвигал идею в столичных коридорах, сам связывался с Украиной по поводу нужного гранита, пробивал отливку скульптурных форм на Мытищинском заводе художественного литья. Специально выделенных фондов под памятник, заметим, не было – средства изыскивались из местных ресурсов. Попутно хотелось бы сказать, что подобная практика имела место в начале 70-х при строительстве многометрового памятника Ленину на сопке Крестовой. И только потому, что не были предусмотрены соответствующие фонды и статьи расходов, строительство затормозилось, а потом и вовсе сошло на нет. Наверное, к счастью…Подвиг скульптора– Для отца создание памятника борцам было смыслом всей жизни, – рассказывает Виктория Тенета. – Он был просто влюблен в Дальний Восток, Приморье. На него неизгладимое впечатление произвели воспоминания дальневосточных партизан, он тщательно изучал их мемуары, зачитывался книгами по истории края – в общем, годами вынашивал идею. Наверное, сознавал, что создание такого памятника должно стать вершиной его почти 40-летнего творческого пути. Вдобавок Алексей Иванович был заядлый рыбак. Оказавшись в Приморье, он всегда находил возможность, чтобы с новыми приморскими друзьями денек-­другой посидеть с удочкой. Как знать, может, в уединении на берегу моря и сформировался окончательный образ… Работал над композицией долго и напряженно, нередко был недоволен собой, начинал все заново, искал максимально точное художественное воплощение замысла. Близкие сберегли эти «муки творчества»: все рабочие проекты хранятся в Москве в мастерской дочери скульптора, и не исключено, говорит Виктория Алексеевна, что со временем будут переданы в Приморье… Вместе с Алексеем Тенетой в Приморье прибыли маститые столичные архитекторы Татьяна Шульгина и Алексей Усачев, которые помимо всего прочего помогли при выборе окончательного места установки. Первоначально рассматривались три точки «посадки» – Приморский бульвар (так ранее, до 1964 г., именовался район нынешней центральной площади), городской парк культуры и отдыха (ныне – Покровский парк) и даже Спортивная Гавань…По предложению Татьяны Шульгиной было решено остановиться на Приморском бульваре. Она же приняла еще одно немаловажное решение: памятник должен быть установлен лицом к морю. Солдат­-знаменосец и все спутники по монументальному ансамблю завершили свой долгий, многотрудный путь и всматриваются в морскую даль. Помните песню «И на Тихом океане завершили свой поход»?.. Это сегодня все кажется естественным и привычным. А тогда каждый шаг при реализации проекта сопровождался ожесточенными спорами, взвешиванием всех «за» и «против». Весь творческий коллектив, строители, архитекторы, представители организаций культуры, руководители края и города прекрасно сознавали, что ничего нельзя упустить – речь шла о важнейшем элементе в облике града нашенского, по сути, его визитной карточке. К слову о примирении и согласииВ связи с проектируемым на площади Борцов Спасо-Преображенским кафедральным собором можно услышать суждения типа: «Не странным ли будет соседство монумента, увековечившего идею разрушения старой, дореволюционной России (один поверженный двуглавый орел чего стоит), и храма, символизирующего собой возрождение Российского государства добольшевистской, так сказать, эпохи?»Лично я думаю, что нет. Даже напротив – такое соседство желательно и необходимо, будет напоминанием, точнее, предостережением от пагубности шараханий в крайности – то разрушать «до основания», то с той же истовостью бросаться собирать все заново… И еще. Во всяком случае, лично для меня этот памятник не столько символ торжества власти Советов (у них, по большому счету, никогда никакой власти в стране не было, власть была у партократии и советизированной бюрократии), сколько символ независимости и освобождения Отечества от интервенции. Кстати говоря, именно так прежде всего воспринимается памятник за рубежом – в той же, например, Японии, Америке…