Люди, которые двигаются под музыку

22 ноября на сцене Большого зала Приморской филармонии Театр современного танца «Каури» к своему 10-летнему юбилею покажет зрителям два одноактных хореографических спектакля – «Новая» и «Жизнь как она есть».

13 нояб. 2009 Электронная версия газеты "Владивосток" №2632 от 13 нояб. 2009
3fa691608fd577fa8c68903eb5559c5e.jpg

22 ноября на сцене Большого зала Приморской филармонии Театр современного танца «Каури» к своему 10-летнему юбилею покажет зрителям два одноактных хореографических спектакля – «Новая» и «Жизнь как она есть».

– «Новая», – говорит Татьяна Домовидова, хореограф-постановщик «Каури», – это спектакль-зарисовка. Он о том, как может измениться устоявшаяся и замечательная в общем жизнь, как мы начинаем понимать, что ничего не бывает просто так, что с обстоятельствами нужно бороться, а если невозможно – проходить их с честью. В «Новой» будет танцевать Мугихо Иноуэ, наша новая актриса. Она – профессиональная балерина, во Владивостоке оказалась по семейным обстоятельствам и учится здесь в университете. Но без танцев жить не может, тело – оно ведь требует...

«Жизнь как она есть» – трагифарс, мой любимый жанр. Когда я создавала его, думала о том, что какая бы ни была у нас жизнь сложная и трагичная, она имеет право на то, чтобы быть прожитой...

«Потому что похоже на «аура»

10 лет назад театр современного танца «Каури» создала группа танцоров, объединенных любовью к современному танцу. Со временем жизненные обстоятельства развели основателей в разные стороны, сегодня в «Каури» из первоначального состава остались два человека – Светлана Мишина и Татьяна Домовидова. А название выбрали столь необычное потому, что очень уж понравилось слово «Каури» – и на «аура» похоже, и ракушка каури – очень красивая.

– Наш театр – мы так нахально называемся, – улыбается Татьяна, – это группа из семи человек. И есть еще студия, где занимаются люди, которые хотят двигаться под музыку. По большому счету мы воспитываем и зрителя себе – наши ученики ходят на наши спектакли, и актеров, потому что кого-то из студии приглашаем на спектакли. Вы знаете, я обожаю своих учениц – особенно тех женщин, которым за 40. Они, бывает, всю жизнь отдали дому, семье, и вот, преодолев сомнения типа «я ничего не умею, я толстая, некрасивая» – пришли танцевать. Как они выкладываются, как меняются их лица!
призыв к гражданам: окультуривайтесь, растите духовно, берите искусство, развивайте душу...

Выступления театра «Каури» – не способ зарабатывания денег, у всех актеров есть другие профессии – кто-то бармен, кто-то рекламный менеджер, кто-то даже строитель... Просто эти люди такие же сумасшедшие, как и я, бредят танцем... На постановку спектаклей мы тратим свои деньги, возвращаем их продажей билетов – и счастливы, мы хотим жить в этой атмосфере... У нас в театре нет авторитаризма, мы все – сотворцы, объединенные страстью к танцу.
Страсть к танцу в жизни Татьяны Домовидовой сыграла, можно сказать, определяющую роль. В 10 лет она, девчонка из Новокузнецка, сама себя записала в хореографическое училище в Новосибирске...

– В танцевальный кружок, – вспоминает Татьяна, – я ходила с шести лет. А когда было мне 10, мы на каникулах поехали классом в Новосибирск. Я зашла в хореографическое училище, показалась – и меня приняли. Мне повезло, я с раннего детства знала, куда иду и кем буду, мне не пришлось долго искать свое предназначение, свою профессию. Потом случилась трагедия – за два года до окончания училища я порвала связки. Казалось, жизнь закончилась. Но нашла дорогу – в 16 лет поступила в Кемеровский институт искусств и выучилась на хореографа.

Как я попала во Владивосток? Одни раз приехала сюда – со стройотрядом – и влюбилась в город. Отчаянно, насовсем. Меня должны были распределить куда-то там в Кемерово, но я одна, с чемоданчиком, никого здесь не зная, со 138 рублями в кармане, приехала во Владивосток. Куда идти и что делать – не знала, но была совершенно счастлива, что нахожусь в этом месте. Ночевала на вокзале... Наутро шла по Светланской – и встретила (вот и не верь в судьбу!) – мастера, которая работала с нами в стройотряде. Когда она узнала, что я приехала наобум, никого не зная, схватилась за голову. Устроила меня на стройку, там я проработала 3 месяца, думаю, строители их надолго запомнили – я все время что-то роняла, была вся такая нездешняя, ноги в кирзовых сапогах ставила в первую позицию... Потом устроилась в ДК строителей по специальности. И счастлива до сих пор, что живу во Владивостоке.

Когда в России появятся «Фабрики воображения»?

Недавно Татьяна Домовидова вернулась из Парижа. Вот куда могут танцы довести!
– В Москве есть агентство театров современного танца «Цех», – рассказывает Татьяна, – оно продюсирует и организует фестивали, помогает молодым хореографам. Агентство долго бедствовало, никак не могло найти подходящего помещения. В конце концов, на одной довольно большой фабрике, чьи гигантские площади нынче задействованы лишь наполовину, им удалось взять в аренду цех. Это агентство сотрудничает с французским центром Mains d’Oeuvres, которое ведет культурный проект «Фабрики воображения».

Как оказалось, во Франции – и не только, во всем Старом Свете – давно и всерьез озаботились вопросом: что делать с опустевшими промышленными зонами, с громадными цехами мощных некогда предприятий, которые когда-то были символами индустриальной мощи, а теперь стоят заброшенные...

– В Европе придумали такую вещь, – рассказывает Татьяна, – эти пустующие огромные территории стали отдавать художникам, танцорам, музыкантам... То есть на базе индустриальных территорий, которые уже не выполняют свои функции, они стали создавать арт-территории, имея такую идею: облагораживая этот завод, мы облагородим и пространство вокруг, зарядим новой энергией... Артисты и арт-предприниматели могут вдохнуть новую жизнь в социально и экономически запущенные районы.

И вот Mains d’Oeuvres попросил агентство «Цех» привезти к ним хореографов из разных уголков России. Мы – девять человек со всей России от Калининграда до Владивостока, в том числе из Челябинска, Самары, Красноярска, Уфы – приехали, даже не очень представляя, какая огромная программа нас ждет.

Mains d’Oeuvres расположен в огромном здании (по парижским меркам, на окраине, а по нашим – почти что в центре, до Эйфелевой башни 25 минут пешком). Раньше там собирали машины, а теперь 4 квадратных километра отдано творческим людям. Это государственная программа, государство дает деньги, что-то они сами зарабатывают тем, что сдают площади в аренду под дизайнерские или музыкальные студии. Причем, что поразительно, поддерживают просто безумные концептуальные идеи. Есть там и программы по поддержке молодых хореографов и танцоров. Если организаторы видят, что человек делает что-то интересное, концептуальное, то приглашают к себе и поддерживают: дают площади и деньги на безумные идеи. Человек спокойно творит – от трех месяцев до года. Его никто не трогает, главное – он должен показать, что сделал. Заполнять такие центры, кстати, приглашают не только французов, активно зовут и русские коллективы, и из других стран.

Париж – очень танцевальный город, там едва ли не на каждом километре – по театру современного танца, джаз-танца, аргентинского танго...

С нами работали девять педагогов – 10 дней по шесть часов в день, показывали танцевальные техники, уроки композиции, причем сначала мы даже не понимали, какого уровня это специалисты, пока не услышали их имена. С нами работала Гейша Фонтейн (в Париже танцоры и хореографы считают большой удачей, счастьем познакомиться с ней и дать диск с записями своих работ), нас водили в театр Триши Браун – это все равно как Галина Уланова в русском балете, я даже мечтать не могла, что увижу когда-нибудь выступления ее труппы... Это была невероятно щедрая, творческая поездка. Нам разрешали снимать занятия, давали любую информацию – в России такого и представить невозможно, у нас в стране любой «мастер-класс» упирается в слова: «Хотите знать больше? Платите!».

А французы и в самом деле верят, что работа в творческом направлении может изменить отношение людей к культуре, к самим себе, к городу... У них есть такая программа – пригласи художника на дом. Семья приглашает на праздник или на выходные в дом музыкантов или актеров, они приходят и дают представление бесплатно, платит за это центр. Это своего рода